— За Ладогу не переживай. То мне силком дали. Коли сам пожелаешь, то так и останешься тут дела делать. Я-то все больше на Неве буду. Власть старую сохранишь, только передо мной ответ держать станешь. А уж я перед Вечевым сбором.

— То есть, ты меня не погонишь?

— Зачем? Ты многоопытный человек. Дело и город знаешь, а тебя люди. Чего же тебя гнать? Али тебя кто глупостей наплел про меня?

— Было дело… — несколько рассеяно произнес бывший наместник.

— Так плюнь им в лицо за такое. У меня половина людей — подобрано по всему свету только за то, что дело знают. В человеке я ценю, прежде всего, опыт и мастерство. Так что тебе опасаться нечего. Ладно. Это прояснили. Теперь пойдем в дом. Расскажешь, как у тебя тут дела идут. Должен же я знать, какое дело на меня повесили и за что отвечать стану.

— Чудно… — покачал головой Еремей Кириллович. — Раньше так никто не поступал.

— Так раньше и не я был, — усмехнулся дракон. — А теперь, друг мой, Ладогу ждут новые времена. И мануфактуры поставим, давая хороший заработок людям. И улицы камнем замостим, дабы по грязи не шлепали. И дома большие из кирпича сложим. Дай только срок.

Глава 10

12 июня 1230 года. Остров Котлин

— Годриг, — произнес Максим, смотря на своего рыцаря, — утром придешь на лодке за мной.

— Да, господин, — кивнул француз, вызволенный драконом из плена в Иерусалиме, и с того момента верно ему служащий. — Но тут тысяча разных крупных животных. Вы не боитесь оставаться с ними? Вдруг они выйдут из-под вашего контроля?

— Это практически исключено.

— Ведь многие на Балтике знают, что мы скупали коров и лошадей. Что мы скажем об их судьбе? Пойдут слухи.