– Ты думаешь, что так просто меня «подкупить». Тысячелетней волей не так просто помыкать, – падший архисерафим повёл лошадь назад. – Может мной и руководила когда-то месть, но сейчас, – предводитель войска ухмыльнулся, – я пришёл в Эндерал, чтобы покончить с тобой и порядком, который ты породил, – последние слова прозвучали с особой язвой и ненавистью. – Тирово отродье.

– Что!? Подожди, ты думаешь…

– Ты можешь отпираться, можешь говорить иное, – оборвал того Аркт. – Но мы знаем, что к чему. Знаем, что произошло больше тридцати лет назад, когда Тир тайно приплыл в Эндерал. Мой агент добрался к архивам и летописям в тайной библиотеке Инодана, и откапал информацию о том, что этот выродок посещал Эндерал, и что делал…

– Аркт, ты уверен…

– Тир не просто великий обманщик, не просто мешок с костями и дерьмом, возомнивший себя «богом», – желчь обильным потоком лилась из речей Аркта, а в его глазах Велисария поразил оттенок боли. – После Азатарона, я приклонил колено перед Тиром и ещё шестерыми выдающимися магами, признав их публично божествами, когда они того потребовали. Во имя порядка, Велисарий, чтобы разрозненные утопающие в крови народы обрели мир и покой. Тир же оказался не лучше Азатарона. Он раз за разом посылал меня и моих серафимов давить мечом и огнём тех, кто восставал против нового порядка, – архисерафим посмотрел в раскрытую ладонь, обтянутую перчаткой. – Однажды я поклялся, что убью Тира и уничтожу любое его наследие, повторил клятву, что любую религию втопчу в землю, – Аркт заговорил минорно. – Знаешь, это произошло, когда Тир приказал убить Адальвайса, моего друга из рода серафимов, который пожелал жить среди смертных. Он помог мне пасть духом, когда я потерял Иллиану, избавил от хандры. Он дал мне смысл жизни, помог нам в войне против Азатарона. И… получил нож в спину за подозрения в изменен за хранение… листовки мятежников сорокалетней давности, а также книг по магии! Он просто хранил древнюю листовку, подобранную случайно, а книги, как раритет! А Тир подумал, что это возможное предательство, готовность к мятежу! И не только его предал смерти, а всех родственников. Жену и…

– Не продолжай, – подняв руку, оборвал его Консул.

– Предопределение и месть, освобождение народов и крушение «божественного» порядка, низложение судьбы и богов – всё это удачно вписалось в единую линию, – ехидно заметил архисерафим.

– Аркт, ты положишь столько людей из-за мести, из-за какого-то левого предопределения. Остановись!

– Переговоры окончены, – сухо произнёс архисерафим, развернув дьявольского коня, остальным оставалось лишь наблюдать за яркими пламенными копытами лошади и готовится к сражению.