Роланд заставил себя подняться, метнул на архиепископа полный ненависти взгляд.

— Сколько ненужной бравады, — Райнхард поморщился. — Неужели нельзя спокойно дождаться своей участи? Я столько лет готовился, старался, а ты думаешь прийти и все разом испортить? Какая наивность!

— Если тебе нужно то, что сидит во мне и Селене, так отпусти хотя бы Киру!

— Ну что ты! — Райнхард хохотнул. — Вы трое — мои самые дорогие гости на этом празднике! Да, без Киры, признаюсь, можно было обойтись, но кто же будет отказываться от вкусного десерта?

— Ты превратился в людоеда, поп?

Райнхард вновь расхохотался.

— Ну, нельзя же быть таким тупым воякой! Я не собираюсь никого есть, фу, какая мерзость! Я что, похож, на какого-нибудь сатаниста? Кира — всего лишь свежий и мощный источник магической силы. Она не первая и не последняя в этом замке.

— Зачем тебе это, Райнхард? Ты и так обладал огромной властью, зачем тебе это все?

Карнелиец отчаянно тянул время. Он еще ничего не придумал, он еще не знал, что вообще можно сейчас сделать, но хорошо знал, что времени не бывает много.

— Что ты знаешь о власти, человечишко? — скривился Райнхард. — Что ты, о, великий карнелийский воин, можешь сейчас сделать? И также любая власть этого мира против власти иной.

— Потом, поп... Что будет потом? Когда ты воспользуешься этими дьявольскими Осколками? Ты оставишь Селене жизнь?

— Ты все еще беспокоишься об этой девчонке?

Райнхард медленно подошел к нему.

— Но ты ведь ничего не знаешь о ней, не знаешь ничего о ее прошлом, о ее будущем, о ее предназначении наконец, как ты можешь беспокоиться о ней? Знаешь ли ты, смертный, что для всех вас было бы гораздо лучше, если бы она умерла?

— О чем ты говоришь?

— О том, что жизнь этой невинной девушки означает конец вашего мира.

— Что за чушь!

Райнхард кивнул.

— Вот именно. Твой жалкий разум бессилен понять такие вещи. Ты понятия не имеешь, сколько лет я ждал рождения этой девушки. Ты не знаешь, каких усилий мне стоило найти ее семнадцать лет назад. Ты не знаешь, что это я избавил ее от жалкого нищенского существования, в каком прозябали ее настоящие родители. Я подобрал ей в отцы Хальгара и, можно сказать, что я подарил ей семнадцать лет счастливой жизни. Но ты ведь должен знать, что рано или поздно приходит пора отдавать долги.

— Но как Селена может угрожать миру?