Райнхард покачал головой.

— Не знаю, стоит ли рассказывать тебе. Хотя, ты ведь один из главных участников нашего праздника, — Райнхард хохотнул и направился к сфере.

— Роланд...

На полу, рядом с пузырем, притаившись за вывалившимся из стены камнем, сидел звереныш и почти по-человечески хмурился.

— Тирри! — прошептал Роланд. — Тебе лучше убраться отсюда!

— Путешествуя с тобой, Роланд, я кое-что понял. Побеждает не тот, кто сильнее или быстрее. А тот, кто наносит удар вовремя и точно.

— Тирри, что ты...

— Эта штука вокруг тебя, — он махнул лапкой на стенку пузыря. — Это просто боль. Убивать тебя он не будет, иначе давно бы уже...

— Тирри, он убьет тебя за две секунды!

— Значит, у тебя будет целых две секунды.

Тирри юркнул под прикрытие камня и, перебегая из тени в тень, стал подкрадываться к Райнхарду.

— Тирри!

5

Зарель устало опустился на холодные ступени. В груди осатанело колотилось сердце, ныли многочисленные раны, а одежда была мокрой от крови. От своей крови. Погибавший враг не кровоточил. Нараки просто исчезали. Поэтому двор замка был усеян лишь телами «белоголовых».

Зарель остался один. Такое уже бывало с ним. Не один, не два, и не три раза. Он уже сбился со счета.

Много лет назад, во время одной из первых своих вылазок ему удалось взять живым одного карнелийца. Это был старик, и все же, перед тем как его — израненого — бросили на землю, он успел уложить дюжину «белоголовых». Голыми руками.

Охваченные жаждой крови неко хотели его тут же прикончить, но Зарель не позволил. Это был первый и последний человек, которого пощадил Зарель. Но он никогда не пожалел об этом. Потому что карнелиец был учителем. И Зарель сразу понял, что с его помощью «белоголовые» из обычной банды, пусть даже чрезвычайно жестокой, могут превратиться в реальную силу.

Они увели старика с собой. Зарель долго раздумывал над тем, что нужно сказать карнелийцу, чтобы заставить обучить неко. Зарель знал, что пытки не помогут — любой карнелиец умел останавливать собственное сердце. Нужно было придумать что-то еще. Но деревня старика лежала в руинах, а все его родные и близкие были мертвы.

Зарель не смог ничего придумать и отправился к старику в весьма мрачном состоянии духа. Впрочем, старик давно уже понял, почему он еще жив. И, похоже, тоже успел все хорошенько обдумать. Потому что когда Зарель зашел в хижину к пленнику, тот сказал, что согласен. Пока Зарель переваривал услышанное, старик сказал еще несколько слов.