— Возвращаемся? — спросила Ирица, чтоб хоть как-то заглушить омерзительный треск.

Дежень не ответил, и она вновь повернулась лицом к обрыву. Очередной камешек полетел вниз, щелкая и отскакивая от камней. Девушка с интересом проводила его взглядом.

— Да, пожалуй, скоро пойдем, — ответил Дежень.

За ее спиной скрипнуло. Похоже, Деженю не терпелось испробовать «возрожденный» лук.

— Ирица, а что ты там говорила насчет меча? — вдруг спросил Дежень. — Ты серьезно хочешь оставить его себе, то есть нам?

Ирица вздохнула. После беседы с братом она ощущала сильную усталость и не испытывала никакого желания продолжать разговор на эту тему.

Если бы она бросила на Деженя взгляд, она наверняка прочла бы на его лице кое-что новое, возможно, очень важное для себя. Но она не обернулась.

— Да, я думала об этом, — лениво ответила она. — Коли Адамир платит за него такие деньги, значит, ценность меча куда выше.

— Здравая мысль, но как ты собиралась распорядиться мечом? Это магическая вещь, и не всякий может ею управлять.

— Не знаю. Берсень вон тоже не умеет, — ответила Ирица.

Ирица зевнула. Она разомлела от жары и не раздумывала над своими словами.

— Когда ему приспичило сразить Дару, он ее сразил, — продолжила она. — Хотя до сих пор не знает как, представляешь? Он думает, что магия самого меча вмешалась.

Дежень не ответил.

— Ты не заснул там?

Она повернулась. Дежень стоял с наложенной на лук стрелой. Лицо его прорезала сеть глубоких морщин. От его взгляда Ирице сделалось холодно, точно ее окатили ледяной водой. Еще не понимая, что происходит, она шагнула к брату:

— Что с тобой, Дежень? Ты пугаешь меня.

— Прости.

Он вскинул лук. Жало стрелы взглянуло на нее, и Ирицу парализовал страх. Она и помыслить не могла, что когда-нибудь смертоносное искусство брата будет угрожать ей!

— Что ты задумал? — прошептала она, едва шевеля губами.

— Прости, — повторил Дежень.