«Дьявольская магия, что тут скажешь, — напомнил о себе Дитус. — Но ты бы лучше спросил, как с ними справиться».

«Хочешь померяться силами?»

«Нет. Ты еще не готов».

«Другими словами, мое тело — все еще мое?»

«Называй это как тебе угодно, суть одна. Против них тебе не устоять. Хотя будь у тебя правильные рефлексы…»

«Как у тебя?»

«Именно. Рефлексам можно и нужно доверять, — с ноткой самодовольства ответил Дитус. — Конечно, если они хороши. Потому что, если плохи… Впрочем, у этих „голубков“ они в полном порядке».

Эрик и сам видел, что, несмотря на явное преимущество в скорости, «тайные», однако, не имели решающего перевеса в схватке. Рыцарей выручали доспехи, по которым то и дело скрежетали короткие мечи, а отличные рефлексы, о которых твердил Дитус, изредка помогали ударить на опережение. Потери с обоих сторон случались редко и были примерно равными.

— Эрик! — встряхнул виконта голос Берсеня. — Мы должны идти.

— Да-да, конечно, — пробормотал Эрик. — Но что с этими?

Бельджер и командир «голубей» оставались там же, где и раньше. В самом центре бушующего сражения. Они были недвижимы и, казалось, совершенно отстранены от боя. Словно бы он происходил где-то в другом мире.

— Они сражаются, — тихо сказал маг. — Хочешь досмотреть?

Распахнув дверь, он быстрым шагом двинулся по коридору, следом поспешили Арнор и Диана. Эрик, уже переступая порог, оглянулся на Бельджера и… виконта вышвырнуло наружу. Рухнув на пол, Эрик с трудом приподнялся. В груди испуганно колотилось сердце, а перед внутренним взором все еще горели раскаленным добела железом глаза Бельджера.

— Эрик? — Диана помогла ему подняться.

Тот опасливо покосился на закрывшуюся за ним дверь. А ведь Бельджер и не смотрел на Эрика, так, зацепил краешком.

— Да что же он за ублюдок такой?! — прохрипел Эрик вслед уходящим магам.

— Сердце Уриэля, — не оглядываясь, ответил Ар-нор. — Посвященные много экспериментировали. Как я понимаю, собственно, сам обряд Посвящения и есть одно из следствий этих экспериментов. Маги при этом замыкают всю свою магию на Сердце, а простые смертные…

— А Бельджер?

— Сын короля, принц Эдгар. Еще один эксперимент. Не уверен, что удачный, но, говорят, в отличие от других он все-таки выжил. Кстати, Аманда — тоже королевская дочь.

Коридоры Башни были хорошо освещены — через каждую пару шагов здесь горел масляный фонарь. В остальном подземелье выглядело обыкновенно — прохладное, затхлое, а местами, где канализационные стоки были забиты, подтопленное.