Рука Дарела сомкнулась на рукояти, и та прильнула к ладони. Капитан ощущал меч так, словно всю жизнь провел с ним. Не нужно было делать пробных ударов или взмахов, он уже знал, чувствовал все, на что способен этот клинок.

— Видишь? Чувствуешь? Этот меч идеально подходит тебе. Он словно создан для тебя. Или, может, это ты родился для него. Понимаешь? А теперь иди и убей магов. А потом мы встретимся. И ты попробуешь убить и меня этим мечом. Согласись, я сделал тебе неоценимый подарок? — Архонт улыбался, демонстрируя ряды острых, как кинжалы, зубов.

— Еще бы. — Дарел опустил глаза. — Никто не делал мне таких подарков. И я… я благодарен тебе.

Клинок с шипением разрезал воздух в месте, где мгновением раньше находилась шея архонта. В тот же миг сильнейший толчок зашвырнул Дарела в портал.

— Убей Берсеня, — донеслось до тонущего в голубой мгле капитана. — А потом, быть может, мы и встретимся.

2

Рунный зал едва не ослепил Берсеня. Десятки фонарей, развешанных вдоль стены, источали ярчайший, до боли в глазах, свет. Но еще ярче блистали латы двух десятков рыцарей, преграждавших выход из зала. Облаченные в полные доспехи, с опущенными забралами шлемов, с небольшими треугольными щитами на локтях, они стояли, сложив руки на мечах. На груди каждого красовалось изображение голубя.

Зрачки Берсеня сузились, превратившись в крохотные черные точки. Колючий свет потускнел, теперь можно было без труда различить сотни рунных надписей, разбросанных по всему помещению. Впрочем, Берсеня они ничуть не интересовали. Маг не отрывал взгляда от девушки, стоявшей перед строем. Она разительно отличалась от рыцарей. Доспехов на ней не было вообще, а из одежды только черные лосины, едва-едва прикрывавшие пах, и обтягивающая грудь курточка, оставляющая открытым живот, но зато с рукавами, переходившими в перчатки. На поясе с двух сторон висели длинные кинжалы, на бедрах — ряды метательных ножей, на плечах — метательные иглы. Все это сверкало серебряной отделкой и больше походило на украшение костюма, нежели на оружие. Из-под длинных прядей черных волос тускло блеснули глаза, до краев залитые тьмой.

В спину Берсеня толкнуло теплым воздухом, чертыхнулся на свет Эрик, что-то недовольно прошептала Диана.

— «Голуби», — мрачно и зло уронил Арнор.

— Что еще такое?

— Рыцарский орден Уриэля. — Арнор остановился рядом, сказал как сплюнул. — Элита.

Берсень поскреб сильно зудящий рубец. Он все-таки отыграл время, пусть и совсем немного. Хозяева Башни сейчас поспешно стягивали все силы, и потому рыцари не спешили нападать — они тянули время.