Они двинулись вперед, и тотчас по ушам и нервам ударил страшный грохот. Арнор и Диана инстинктивно припали к полу, зажимая уши. Пошатнулся и Эрик, оперся о стену и с изумлением уставился вслед Берсеню. Маг продолжал идти вперед, а перед ним как будто появилась завеса из железных комочков. Подземелье заволокло дымом, от которого мерцали и гасли светильники, но Эрик разглядел нечто вроде прозрачного кокона, окутавшего Берсеня. И ружейные пули вязли в этом коконе, все больше напоминая облепивший мага пчелиный рой.

Когда до щитов осталось десятка два шагов, из-под ног Берсеня, пересекавшего широкую лужу, взметнулись брызги. Призрачный кокон, стремительно набирая скорость, ринулся по коридору, гоня перед собой волну водяной пыли. Погасли ближайшие фонари, вдребезги разлетелись следующие, те, что дальше, вырвало вместе с железными скобами, а самые дальние срезало как ножом.

Магический ураган с ревом ударил в рыцарский строй. От грохота содрогнулись стены, Эрик со стоном рухнул на колени, зажмурившись и обхватив голову руками. Когда гул урагана растаял в глубине подземелья, Эрик осторожно приоткрыл глаза.

Рыцарей больше не существовало, как и освещения дальше по проходу. На границе света и тьмы стоял Берсень, окутанный клубами дыма. У его ног начинались и тянулись в темноту кровавые полосы.

— Факелы еще есть? — повернулся он к Эрику. — Я слегка перестарался.

3

Место, куда вывалился из портала Дарел, напоминало бойню. Обломки лат и мечей, клочья одежды и множество изрубленных тел, плавающих в лужах крови. Со стен подсвечивали несколько уцелевших фонарей, от остальных остались лишь масляные пятна на полу да стеклянное крошево.

Проклятые маги, судя по всему, изрядно повеселились. Два десятка рыцарей ордена Уриэля и столько же «тайных», видимо из группы Бельджера. И хотя ни к тем, ни к другим Дарел не испытывал особых чувств — первые были отпрысками самых знатных семей, вторые принадлежали к славной своими темными делишками ОСА, — все же это были люди. Люди, уничтоженные мерзкими магами!

— Ублюдки! — выдохнул Дарел.

Внутри с удвоенной силой всколыхнулась волна ненависти. Несколько минут назад рядом с архонтом капитана чуть ли не трясло от ярости. Но он смог это выдержать. Смог, потому что знал: Таркен, Теобальд, Коменж, Рагнар — все они не должны были погибнуть зря. Потому что помнил, как лежал у ног архонта, жалкий и беспомощный. Потому что цель его должна быть достигнута. Арнор и Берсень должны умереть. А потом, только потом умрет и этот Даэлор, задумавший перехитрить судьбу.