– Будьте начеку, парни, поблизости жалорыси, – скомандовал Борз.

Боевики переглянулись и, не сговариваясь, достали из ножен клинки. Я встрепенулась. Прилив адреналина добавил сил. Природа вокруг будто замерла. Больше не было пения птиц, и исчезли с прелой травы вольпертингеры. Изредка из недр леса доносилось низкое скрипучее рявканье. На стволах деревьев встречались следы от когтей.

– Вверх на два часа, – сказал один из боевиков.

Я повернула голову и сперва ничего не заметила, но через несколько секунд уловила движение среди высоких крон и пожелтевшей листвы. Там высоко жалорысь перепрыгнула с одной раскидистой ветки на другую. Спустя минут пятнадцать дикая кошка так и не предприняла попыток напасть, но неустанно следовала за нами. Я постеснялась спросить почему, да и не хотелось отвлекать лишний раз ребят. Чувствовалось, что все на взводе.

Но долго испытывать страх нельзя. Усталость взяла свое, и вскоре единственное, о чем я думала, это размеренные шаги, которые никак нельзя было прекращать, иначе… Иначе я свалюсь прямо посреди дороги. Ко второму привалу я окончательно выбилась из сил.

На этот раз удобств не было, и я плюхнулась на подстилку под спальный мешок. Борз выделил двух ребят следить за периметром, пока остальные переводили дух. А у меня появилась еще одна проблема. Я хотела в туалет, и что-то мне подсказывало, что тихо уходить со стоянки в кустики не стоило. Тем более когда поблизости бродит жалорысь. Парни решали эту проблему просто. Отпрашивались по двое, да и далеко отходить им не требовалось. Итак, предвкушая новую порцию унижения, я подошла к Борзу.

– Мне нужно отойти по нужде, – сказала я тихо, чтобы никто, кроме него, не расслышал.

– Ваймс, – гаркнул Борз, явно не обладающий чувством такта. – Своди Фейн в кусты.

Кровь отлила от лица. Фраза преподавателя звучала до ужаса пошло. Такого унижения я в жизни не испытывала.

– А можно, я ее свожу? – хмыкнул Том.

– Заткнись, иначе под тем кустом тебя и похоронят, – одернул его Дан и бросил мне: – Пошли.

Я оставила рюкзак и с гордо поднятой головой последовала за Ваймсом.

– Вы только недолго там, – насмешливо предупредил Уолт.

– Да-да, оставь немного сил на обратный путь, – подыграл Том.

Больше всего меня возмущало то, что Борз даже не думал пресекать сальные шуточки парней.

Мы отошли от стоянки. Дан огляделся по сторонам и кивнул в сторону орешника. Я замялась, так как впервые оказалась в подобной ситуации и ужасно стеснялась.

– Нас не будут ждать вечно, Ника. О приличиях нужно было думать до того, как собралась с нами на задание.

– Какой же ты… несносный, – ответила я и пошла за орешник.

Поняла, что нет смысла зря сотрясать воздух. Да и сил ругаться не осталось.

Под сальные смешки мы вернулись на стоянку. Парни вели себя просто отвратительно. Я держалась только благодаря гордости и упрямству. В конце концов, почему мне должно быть стыдно за их поведение?

– Выдвигаемся, – сказал Борз. – Ваймс, ты следишь за Фейн. Итан, замени его. Будешь замыкающим.

Я взяла рюкзак. Казалось, после привала он стал тяжелее.

И снова меня ждали бесконечные шаги по прелой листве и боль в плечах. Жалорысь вроде бы прекратила нас преследовать, и все немного расслабились. На самом деле если не считать изматывающего пути, то задание оказалось вовсе не страшным. До этого я думала, что большую часть пути мы будем отбиваться от монстров, но все животные держались в стороне. Если не считать ошалевших зайцев, конечно.

– Тебе надо быть осторожнее. Обычно хищники нападают на самого слабого в стае, – тихо сказал Дан, шагая рядом.

– Знаю, – буркнула я в ответ.

Дикие животные обитали не только в заповеднике. Я, может быть, и училась на факультете предсказателей, но в путешествиях с родителями случалось всякое. В лесах Альтавы мы натыкались и на стаи диких волков, и на медведей. Один раз какого-то клоуна боднул кабан. И никто из каравана над ним не смеялся. Кто бы мог подумать, что у фокусников и бродячих артистов больше хороших манер, чем у парней из лучших семей королевства.

Усталость тем временем стала невыносимой. Я то и дело сбивалась с шага. Меня пошатывало из стороны в сторону. Незаметно мы с Даном из середины колонны оказались в хвосте, рядом с Итаном.

– Давай сюда рюкзак, – приказал Дан, видимо, злясь на меня за нерасторопность.

– Нет, – отрезала я, не желая проявлять слабость.

– Ника, не глупи, – вмешался Итан. – Нам еще идти часа полтора, а то и два.

Я махнула рукой, так как не хотела тратить силы на пустые слова. Увы, мое тело лишнее движение не оценило, и под весом рюкзака я начала заваливаться набок.

– Осторожно! – крикнул Борз.

Из-за деревьев выпрыгнула жалорысь. Очевидно, все это время она ждала удобного случая, чтобы напасть на самое слабое звено в цепочке. Все, кто шел впереди, отшатнулись. Только Итан и Дан не отступили. Первый принялся плести чары. А Ваймс, не задумываясь, бросился с клинком вперед.

Я же распласталась на земле и почувствовала, как предплечье что-то больно сдавило. Жалорысь достаточно прытко пыталась утащить меня в лес. Подозреваю, если бы не рюкзак за спиной, меня бы уже поднимали на ближайшее дерево.

Дан взмахнул клинком раз, затем второй. Утробно рыча, жалорысь отказывалась выпускать добычу и защищалась длинным хвостом с ядовитым наконечником.

Все закончилось так же неожиданно, как и началось. Оглушающий магический импульс ударил по хищнику с двух сторон. Челюсть на моем плече разжалась. Я не видела, но почувствовала, как на землю упала тяжелая туша жалорыси, а затем меня резко подняли на ноги и оттащили подальше от животного. Голова кружилась. Сердце отбивало в груди чечетку и, если бы не защита, давно бы выпрыгнуло наружу.

Я запоздало поняла, что у меня подкашиваются от страха коленки и я из последних сил цепляюсь за Дана. Он поддержал меня и нахмурился. Не говоря ни слова, Ваймс одной рукой обнял меня за талию, а второй стащил с плеч рюкзак.

Удивительно, но стоять стало в разы проще.

– Что за грох, – произнес Дан, покачав в воздухе моей сумкой.

Пока Борз осматривал рысь, все молчали, отводя взгляд. По щекам Дана заходили желваки.

– Привал, – сказал преподаватель. – Итан, установи защитный купол над рысью часа на полтора. Ей хватит, чтобы очухаться. Сильно мы ее приложили. Мда. Фейн и Ваймс, вас нужно проверить на любые ранения, вплоть до царапин. Снимайте защиту.

Руки плохо слушались, но все же я смогла отстегнуть пластины на руках и нагрудник. Отодвинув ворот трикотажной кофты с длинным рукавом, я заметила синяк в районе ключицы. Слава богам, жалорысь не прокусила защиту. Радость была недолгой. Скривившись, я принялась снова надевать амуницию.

– Значит, обошлось, – заключил Борз и, окинув меня взглядом, неожиданно сообщил: – Ну, с почином, Фейн. Я думал, когда что-то этакое случится, ты будешь визжать как девчонка. Обратно-то не хочешь вернуться? Ничего страшного, если ты используешь артефакт, а мы пойдем дальше.

– Нет. Признаться, я подумываю перевестись на боевой факультет, – заявила я с серьезным видом, хотя руки все еще тряслись от пережитого шока и едва справлялись с ремешками.

Черные кустистые брови Борза поползли вверх, а затем… он рассмеялся.

– А ты не промах, – усмехнулся преподаватель, хлопнув по лопаткам так, что у меня едва не подкосились ноги. – Все, принцессы, привал окончен. Идем дальше.

Я потянулась к рюкзаку, но его перехватил Дан и с легкостью закинул на свое плечо. А ведь у него за спиной уже была ноша гораздо больше и тяжелее моей. Плюс клинок на поясе.

– Не нужно ради меня идти на такие жертвы, – покачала я головой и хотела забрать свои вещи.

Но Дан проигнорировал этот жест.

– Отдай, я сама о себе позабочусь.

– Ника, ради всех богов, хватит. Просто иди и смотри под ноги. Так ты не будешь всех задерживать.

К сожалению, Дан был прав. Я тянула всю группу назад. От осознания собственной никчемности нижняя губа задрожала. На глаза навернулись слезы. Пришлось прикусить щеку, чтобы не выдать своих чувств.

– Спасибо, – произнесла я сухо и пошла вперед.

Вскоре все снова свелось к нескончаемому пути и призрачной надежде на отдых. Без рюкзака у меня словно открылось второе дыхание. Идти стало в разы легче, и остаток пути до ночной стоянки мы преодолели без происшествий.

На небольшом участке земли, расчищенном от деревьев, имелось кострище. Кто-то выложил его по краям камнями, дабы защитить заповедник от пожара.

Все принялись разбивать лагерь. Кого-то Борз отправил за водой и подрядил собирать хворост. Остальные боевики шустро ставили двухместные палатки. Я поняла, почему у них были такие большие рюкзаки, и снова почувствовала себя виноватой. Получается, все это время кто-то нес палатку для меня…

– Ника, перебери рюкзак, – сказал Дан, ставя у моих ног сумку.

– Зачем? – удивилась я.

Послышался смешок, и Дан коршуном посмотрел на Уолта. Тому сразу стало не до смеха. Заподозрив неладное, я расстегнула застежки и стала доставать вещи. Неожиданно моя рука наткнулась на нечто твердое. Я извлекла на свет увесистый булыжник. Стало понятно, почему после второй стоянки рюкзак показался тяжелее. И равновесие я потеряла тогда из-за неправильно размещенного в сумке веса.

Вспомнилась вся та усталость и боль, которую я испытала, таща на себе этот грохов камень, и мне остро захотелось в кого-нибудь его запустить.