– Вы еще не были у Дана?

– Его с утра забрали на процедуры. Они как раз должны закончиться, так что я пошла. Обещаю передать ему от тебя привет.

Долорес исчезла за дверью. Но скучать мне было некогда, уже через несколько мгновений в палату постучали, и появилась архимагесса Верига.

– Вероника. – Она подошла ко мне и крепко обняла. – Как только стало известно о вашей пропаже, я не переставала вас искать. Этот упрямый солдафон утверждал, что вы погибли…

– Кто так говорил? – не поняла я.

– Борз. Была вероятность, что неисправный артефакт распылил вас с Даниэлем в пространстве. Повезло, что прибыл Артур Ваймс и лично настоял на продолжении поисков.

– Архимагесса Верига… А если Борз и есть Меняющий? – спросила я, комкая в руках краешек одеяла. После быстрого пересказа последних событий я продолжила: – У него была возможность вручить Дану испорченный артефакт и при первом удобном случае заставить нас всех перенестись в академию. Я плохо в таких вещах разбираюсь, но артефакт и вправду переполняла энергия. Ее хватило, чтобы перенести нас вдвоем, да еще и выжечь остальные артефакты. Не знаю, какие у Борза мотивы, но у него явно имелись возможности и необходимые навыки. Происшествие в начале учебного года, закладка опасного артефакта и теперь вот несчастный случай на практике. Вы, наверное, не знаете, но у Борза какие-то старые счеты с отцом Дана, может быть, его мотив – месть?

– Звучит, конечно, складно, – вздохнула архимагесса Верига. – Но Борз… этот закостенелый невежда, который считает предсказателей магами третьего сорта, и вдруг сам обладает даром Провидения? Я знаю его давно и помню еще те времена, когда Борз учился в нашей академии. Поверь, более приземленного человека я еще не встречала. Иногда мне кажется, что он и в магию-то не верит, предпочитая полагаться прежде всего на силу и меч.

Я замолчала. В словах преподавательницы была доля истины, и Дан говорил то же самое.

– Значит, Меняющий – кто-то из адептов.

– Вот в это мне верится больше, – кивнула архимагесса Верига. – Четвертый курс, двадцать лет… Это время вступления дара в полную силу. Не удивлюсь, если наш Меняющий совсем недавно осознал, что видит будущее. Но давай не будем исключать и такой вариант, что у Меняющего, к примеру, среди вашей группы мог быть сообщник.

– Родители Дана не знают о покушениях?

– Нет, мы с ректором пока не ставили их в известность. Слишком рано. И опасно. Спугнем Меняющего, и он заляжет на дно. Но учитывая проницательность Ваймса-старшего, он уже начал подозревать возможность покушения на сына. Пусть все идет своим чередом. – Архимагесса Верига устало вздохнула. – Вероника, я чувствую, что развязка близко. Умоляю, девочка, будь осторожна и никому не доверяй. Никому, кроме себя. Даже Даниэль Ваймс может ошибаться и поступать необдуманно. Он слеп и не чувствует того, что чувствуем мы. Верь себе и своему дару.

– Было еще одно видение. – Мой голос дрогнул. – На этот раз я ничего не поняла. Там нет никакой видимой опасности. А судя по последним событиям, предотвращать смерть Дана становится все сложнее и сложнее. Я боюсь… Боюсь, что не справлюсь. И аскезы… Не знаю, что на меня нашло. Понимаете, мы с Даном были совсем одни, и так получилось…

– Что получилось? – напряглась архимагесса Верига.

Краска стыда залила мое лицо.

– Я съела животную пищу, – призналась я со скорбным лицом.

– О боги, – с облегчением выдохнула архимагесса Верига. – Девочка моя, я слишком стара для таких… поворотов. В следующий раз говори прямо о сути проблемы, а не ходи вокруг да около. Аскезы аскезами, а доводить себя до истощения нельзя. Во всем нужна мера. – Старая преподавательница коснулась моей поникшей головы и погладила по волосам. Совсем как когда-то моя бабушка. – Ты несколько дней нормально не питалась, истощила магический запас, еще и физически пострадала. Нет ничего страшного в нормальном питании, тем более сейчас, когда тебе необходимо как можно скорее восстановиться. Вот тебе мое разрешение: до полнейшего выздоровления никаких ограничений в еде. Что же касается испытаний. Ты справишься. Провидение тебе поможет. И награда будет куда больше, чем зачет по практике предсказаний.

– Я хотела попросить освобождение от сдачи экзамена и «отлично» в дипломе.

Архимагесса Верига рассмеялась.

– Пойду проведаю адепта Ваймса, – сказала она. – Кстати, если мне не изменяет память, Риса, дежурная целительница, любит в десять часов вечера вздремнуть полчасика в подсобке.

Я удивилась, не понимая, к чему это замечание, но архимагесса уже скрылась за дверью.

После приходили маги из внутренней проверки, спрашивали про инцидент. Я рассказала обо всем, кроме видений. Больше за день ко мне никто не пришел. Я была немного расстроена, так как ожидала, что кто-то из друзей захочет меня навестить. Но ни Камилла, ни Калеб не появились. Нам с Ками предстоит многое обсудить. И заодно понять, что для каждой из нас значит дружба.

Вечером я предприняла попытку навестить Дана, но дородная целительница строго шикнула и запретила мне выходить из палаты.

– Но я просто хотела узнать, как у моего друга дела.

– У пациента Даниэля Ваймса все хорошо. Навещать его можно только родственникам. Вы к ним явно не относитесь, – сказала она, надвигаясь на меня всей массой.

Пришлось отступить в свою палату. Затем целительница захлопнула дверь.

– Ну и девицы пошли, никаких понятий о приличиях, – донеслось с той стороны.

Фыркнув, я вернулась в свою кровать. Ничего, подожду, пока целительница не пойдет спать. Оставалось только удивляться силе дара архимагессы Вериги.

Без пятнадцати десять целительница сделала обход. Я послушно выпила полагающиеся мне перед сном микстуры и сделала вид, что собираюсь спать. Но как только дверь за ней закрылась, откинула одеяло. Первым делом соорудила из подушек и одежды на кровати спящий силуэт. Затем причесала волосы и накинула на плечи халат, который днем принесла Долорес. Когда я решилась выглянуть в коридор, пост дежурного целителя пустовал. В одних носках, чтобы не наделать шуму, я прокралась в соседнюю палату.

Прошмыгнув внутрь, я закрыла дверь и уже хотела поприветствовать Дана, но кровать оказалась пустой.

– Да…

Договорить не успела. Кто-то схватил меня и зажал рукой рот.

– Ника, тебя не учили, что пробираться ночью в комнату парня может быть опасно? – прошептал Дан, опаляя дыханием ухо. – Грох побери, если бы не халат в цветочек, я бы тебя прибил. Случайно.

Он потерся носом о мою щеку. По коже пробежали мурашки. Я просто стояла в кольце его рук, и, кажется, мне это нравилось. Дан был рядом, теплый и, главное, живой. Он отпустил меня и, придерживая правый бок, вернулся к кровати.

– Не нужно, – предостерег Дан, когда я потянулась к светильнику. – Целительница заметит свет.

Я виновато спрятала руки за спину.

– Ты думал… это Меняющий?

– После всего произошедшего я бы не удивился, если бы у него сдали нервы и он решил избавиться от меня самым простым путем, – прямо ответил Дан.

Я подошла к нему и села рядом.

– Как ты себя чувствуешь?

– Так, будто мной подавился амарок, – весело ответил Дан.

– А если серьезно? – Я взяла его руку и переплела наши пальцы.

– Не знаю, Ника, – уже без показной веселости признался Дан.

– Тебе больно?

– Нет. Уже нет. Вывих залечили, а переломы ребер скоро зарастут. Меня беспокоит происходящее. Я не понимаю, за что можно так сильно желать кому-то смерти.

– Дан, ты ищешь причину в себе. Это неправильно.

– Но ведь она и вправду во мне. Что-то в будущем толкает Меняющего на преступления в настоящем. Ты не думала… что, возможно, он действует во благо?

– Я допускаю, что Меняющий может так считать, но он ошибается. Ты из тех людей, кто, не задумываясь, готов пожертвовать собой ради других. Ты хороший, Дан. И не смей оправдывать Меняющего.

– Кто бы мог подумать в начале учебного года, что ты будешь раз за разом спасать меня от смерти, – тихо сказал он.

– Да, кажется, все это было в прошлой жизни. – Я чуть сильнее сжала его ладонь. – Наверное, это странно прозвучит, но у всех ужасов, через которые мы вместе прошли, есть и плюсы. Мы больше не враги, и, кажется… – Я замолкла, не решаясь закончить предложение.

– Что, Ника? – мягко спросил он.

– Мне кажется, ты очень даже ничего.

Дан рассмеялся.

– Какая же ты глупышка, Вероника Фейн.

Он притянул меня к себе и крепко обнял. От него пахло лечебными зельями и травами. Дан не пытался меня поцеловать или позволить себе что-то лишнее. Он просто дарил мне тепло и нежность, в которых хотелось раствориться без остатка. Я закрыла глаза, мечтая, чтобы этот миг никогда не заканчивался. Нет, я не начинала влюбляться. Я уже влюбилась в своего некогда заклятого врага и… парня с дурацкой тягой к ночнушкам.

Дверь в палату распахнулась.

– Почему не спим, адепт Ваймс? – строго спросила госпожа Риса и, увидев нас с Даном, замерла.

Мне бы отпустить Дана, но от страха я только сильнее вцепилась в него. Оказывается, некоторые женщины могут быть куда страшнее Пруни и амарока, вместе взятых.

– Адептка Фейн! Немедленно вернитесь в свою палату! – Громогласный приказ целительницы Рисы, должно быть, был слышен даже в Тулсбери.

Уже в своей кровати после лекции о приличиях я поняла, что так и не успела рассказать Дану о новом видении и предупредить его. Оставалось надеяться, что у меня еще будет такая возможность.