Голос Мо Цина звучал безразлично:

– Не беспокойся. В моих снах все равно никто не появляется.

Э-э-э? Кажется, он пытался мне на что-то намекнуть. Он что, расстроен?.. Это из-за того, что я побывала в чужих снах? Но ведь сны-то чужие… Или дело как раз в том, что он сам хотел увидеть во сне Лу Чжаояо? Ну, вполне может быть. В конце концов, с самого начала он позволил мне держаться рядом с ним лишь потому, что я пообещала помочь найти Лу Чжаояо. Теперь я умудрилась присниться другим, а ему – нет. Видимо, Мо Цин решил, что я несерьезно отношусь к порученной мне работе.

Если так подумать, он так сильно обожает Чжиянь. Даже потратил столько сил, чтобы достать для нее – для меня – легендарный меч. А я не справилась с одним-единственным заданием. Неудивительно, что он недоволен. Теперь, когда я выяснила причину болезни, оставалось подобрать нужное лекарство. Я подошла к столу Мо Цина, наклонилась как можно ближе к нему и пристально посмотрела на него. Но прежде, чем я успела хоть что-то сказать, он поднял взгляд и спросил:

– Ты можешь использовать технику Мгновенного Перемещения?

Я немного отвлеклась:

– Да… могу.

Когда он сражался с Цзян У, разве я не использовала эту технику прямо перед ним?.. Услышав мой ответ, Мо Цин слегка прищурился:

– Хм, тогда почему же ты не сбежала, когда Темный страж отвлекал Цзян У?

Мое сердце дрогнуло. Донесли-таки! Стараясь выглядеть как можно более искренней, я ответила:

– Как же я могла бросить его и бежать? Учитель, вы послали Темного стража защищать меня, я никак не могла оставить его!

Мо Цин откинулся на спинку стула, скрестил руки на груди и пристально посмотрел на меня:

– Но Цзян У сказал, что ты хотела поговорить с ним о сделке. Что за сделка?

– Я предложила ему сжечь жертвенные деньги для Лу Чжаояо.

Мо Цин холодно смотрел на меня, на его лице читалось: «Я прекрасно понимаю, что ты вешаешь мне лапшу на уши».

Я откашлялась и вновь завела свою песню:

– Учитель, на самом деле я пришла, чтобы кое-что вам сказать…

– Говори.

– Учитель, когда вы пришли спасти меня, я не могла отвести от вас глаз – вы были так великолепны, так внушительны! Ваша сила сотрясла Девять Небес [48] и Девять Источников! [49] Когда вы появились, будто герой из легенды, я была тронута до глубины души! Я так хотела упасть в ваши объятия, хотела обнять вас, и чтобы вы обняли меня!

– Хм… – кашлянул Мо Цин.

Когда его щеки слегка покраснели, я подумала, что хватит на сегодня нежностей, поэтому перешла к другой теме:

– Учитель, вы такой могущественный. Я знаю, что в этом мире нет ничего, что могло бы поколебать ваше положение… Одна только Лу Чжаояо, как заноза, не дает вам покоя.

Мо Цин замер:

– Заноза?

Я кивнула и продолжила говорить:

– Именно.

Я еще ниже наклонилась, приблизившись к нему.

– Разве я просто так сжигаю жертвенные деньги для Лу Чжаояо? Я делаю это, чтобы втереться к ней в доверие, а затем получить полезные сведения из первых уст. Если я узнаю, какой вред она собирается вам причинить, то смогу защитить вас, учитель.

Мо Цин поднял брови и как-то странно посмотрел на меня:

– И как же она собирается причинить мне вред?

Я продолжала смотреть ему прямо в глаза и не стала избегать ответа:

– Лу Чжаояо говорила мне, что изначально не собиралась причинять вам вред, но недавно вы похвалялись на ее могиле, что заполучили меч Невыносимой Тяжести… Поэтому она захотела найти вас, чтобы отомстить. А когда Лу Чжаояо узнала, что вы убрали все ее смертоносные формации, избавились от столба для подвешивания трупов и подарили нефритовую платформу для порки… Тогда она решила во чтобы то ни стало воскреснуть и свергнуть вас…

Мне казалось, что сказанного будет достаточно, чтобы убедить его: я будто бы рассказала ему нечто важное, хотя на самом деле ничего значимого не сообщила. Но этой толики информации должно хватить, чтобы вернуть доверие Мо Цина. Я была уверена, что сейчас он размышлял, как бы заставить призрак Лу Чжаояо появиться. Он поднял взгляд и пристально посмотрел на меня: странное выражение, будто Мо Цин не знал, плакать ему или смеяться.

– Тогда передай от меня Лу Чжаояо… – он придвинулся немного ближе ко мне, – что, если она вернется, я с удовольствием уступлю ей место главы школы.

Мо Цин казался искренним и серьезным. Мне даже показалось, что он говорит правду… Я невольно попятилась. «Молодец! Теперь, когда обрел такую мощь, решил, что можешь спокойно разбрасываться словами и говорить всякие бредни? “С удовольствием уступит место главы школы”, конечно! Ключевое слово тут “если”!» – мысленно возмутилась я. Неужели он настолько уверен, что я не смогу возродиться? Я изобразила улыбку:

– Учитель, вы так великодушны! Лу Чжаояо непременно тронут ваши слова!

Мо Цин все еще пристально смотрел на меня, как будто хотел заглянуть мне в душу. Я обернулась и увидела Небесный Клинок:

– Кстати, учитель, вчера вы разрушили магический барьер Цзян У с помощью этого меча, да?

Я обошла вокруг клинка и внимательно осмотрела его. Сотворенный стихией, он был грубым и массивным, но тем не менее тонкое, как бумага, лезвие выглядело так, будто его тщательно отполировали.

– Это действительно уникальный клинок, – сказала я.

Я как раз собиралась взяться за рукоять меча, когда заметила неясный темно-красный след на сверкающей, грубо обработанной стали рукояти. Это выглядело как… засохшее пятно крови. Я немного удивилась и посмотрела на Мо Цина, уткнувшегося в документы.

– Учитель?

– Мм?

– Вы ранены?

Мо Цин даже не поднял головы:

– Просто царапина.

Круглый год Небесный Клинок подвергался ударам небесных молний, которые придали ему форму. Кроме того, его охраняли мифическое чудовище и стихийные формации.

Достать этот клинок было так же тяжело, как и меч Невыносимой Тяжести. Вряд ли рану, полученную на том острове, можно было назвать «царапиной».

Я вдруг вспомнила, что ночью, когда Мо Цин сражался против Цзян У, он так и не использовал меч как надо. Тогда я думала, что он просто презирал Цзян У. А ведь куда проще было бы сразить врага одним точным ударом, не пришлось бы так долго возиться…

Я не мигая смотрела на Мо Цина. Он почувствовал мой пристальный взгляд и наконец посмотрел на меня, как будто что-то понял:

– Беспокоишься обо мне?

В его глазах вспыхнул свет, и уголки губ чуть приподнялись. Эти его слова заставили меня спросить саму себя: «Я… беспокоюсь за него? Прямо сейчас я… волнуюсь?» Но я тут же одернула себя. Какая глупость! Это Чжиянь может беспокоиться, а я – нет. Мо Цин – мой враг. Я улыбнулась:

– Беспокоилась, но раз вы говорите, что это всего лишь царапина, то я вам верю. В этом мире нет ничего, что могло бы навредить вам.

Я не дала Мо Цину столь желанный им ответ. Взяв Небесный Клинок, я попробовала пару приемов, искоса поглядывая на мужчину.

Искорки в его глазах погасли, уголки губ опустились, а выражение лица было таким, будто он смеялся над собой. Видимо, мои слова ранили его.

Потренировавшись немного с мечом, я повернулась к Мо Цину и спросила:

– Учитель, у Небесного Клинка нет ножен. А ведь разряды, которые исходят от лезвия, могут случайно кого-нибудь ранить…

У меня, конечно же, хватало умений обращаться с таким легендарным мечом. А вот Чжиянь точно поранится, так что лучше хранить этот клинок в ножнах. Мо Цин кивнул.

– Да, ножны необходимы.

Его выражение лица вновь стало прежним. Я пошла к столу, снова наклонилась к Мо Цину и сказала:

– Уж если провожаешь Будду, так провожай до Западных Небес [50]… Учитель, вы дадите мне ножны? – Я немного поразмыслила. – Готовых ножен не так много, но на рынке должен быть кто-то, кто изготавливает их…

Мо Цин кивнул. Он отложил кисть для письма и встал:

– В городе Фэнчжоу [51] даже в такое время суток все еще кипит жизнь. Если отправимся сейчас, думаю, без труда найдем мастера, который изготовит тебе ножны.

Мм, прямо сейчас? Все-таки у Мо Цина твердый и решительный характер…

Мы быстро очутились в городе Фэнчжоу. Он сильно отличался от города Цзян: если тот был оплотом торговли на границе небесных и демонических школ, то Фэнчжоу полностью принадлежал адептам демонического пути и выглядел очень зловеще.

Здесь школа Десяти тысяч убиенных обладала абсолютной властью. Конечно, это не мешало адептам других демонических школ приезжать сюда торговать. По сравнению с шумным великолепием города Цзян, это место было больше похоже на безудержно веселящуюся Преисподнюю. Тут предавались чревоугодию, пьянству, разврату и азартным играм, убивали ради забавы – как тайно, так и открыто. В этом городе царил хаос. И именно поэтому здесь можно было найти все, что угодно. Все, что можно придумать, и все, что не поддается воображению. Пока у тебя есть деньги, все можно было купить.

Как давно я не бывала в подобных местах! Я не смогла сдержаться и глубоко вздохнула:

– Как мне нравится это место!

Хотя атмосфера прежней школы Десяти тысяч убиенных не была столь безумной по сравнению с городом Фэнчжоу – наоборот, скорее отличалась торжественностью и серьезностью, – но такая порочная обстановка мне была по душе.

– Разве ты не ученица школы небожителей? – не удержался от вопроса Мо Цин. Я посмотрела на него и закатила глаза:

– Учитель, разве это не доказывает, что в сердце я уже связана с вами судьбой?

Произнося эти слова, я подцепила мизинцем его мизинец. Прикосновение было легким, но вполне достаточным, чтобы подразнить его. Глаза Мо Цина потемнели, и он отвернулся: