– Почему ты убила золотого бессмертного в день его свадьбы?

Мы почти прилетели на постоялый двор. Я тихо ответила:

– Потому что он причинил вред мне и моему единственному близкому.

Чжиянь удивленно спросила:

– Твой близкий? Кто это?

В Цзянху никто не знал, что у Лу Чжаояо когда-то были близкие. Тем не менее я помнила все очень ясно. Когда я была маленькой, то моей родиной был небольшой участок бесплодной земли. Мои соплеменники покидали этот мир один за другим. Даже мои родители умерли прежде, чем я смогла их запомнить. В конце концов в темной горной долине остались лишь я да мой дед по материнской линии. Он целыми днями напивался до беспамятства, но, протрезвев, учил меня техникам культивации.

Я все еще помнила его слова: каждый в этом мире имеет право на выбор. Каждый сам решает, следовать ли ему пути небожителей, пути демонов или любому другому пути. Лишь наше племя выбора лишено, так как мы рождены, чтобы культивировать демонический путь.

Я была очень талантливой ученицей. Та бесплодная долина, в которой я росла, была наполнена ядовитыми испарениями, но она поспособствовала моему росту. Я никогда не думала, что культивация демонического пути была чем-то плохим… И думала я так до тех пор, пока однажды сверкающий золотом мужчина не упал с крутого горного утеса. Он был серьезно ранен, и его жизнь висела на волоске. В то время я впервые встретила чужака и была очарована его неземной красотой.

Я спустила его со скалистых гор и залечила раны. Он спросил меня, кто я такая, почему живу в таком месте и почему выбрала демонический путь. Тогда я еще не умела мыслить наперед, не умела строить коварных планов, ведь была всего лишь наивной девчонкой, выросшей в горах. Я не умела лгать и рассказала ему все о себе. Услышав, что я рождена стать демоном, он возразил, сказав, что даже если так было предначертано, никогда не поздно стать на путь праведный и стремиться к добру.

Я ему поверила.

Я заботилась о нем, пока он не окреп настолько, чтобы использовать технику Мгновенного Перемещения. В течение этого времени он всегда был со мной очень мил. Он мягко рассказал о дисциплинах, которые изучают школы небожителей, рассказал, как быть милосердной и приумножать заслуги; как делать все возможное, чтобы нести пользу окружающим, и как не растратить впустую эту жизнь. Я запомнила каждое его слово. Даже сейчас ясно помнила каждую фразу. Я также помнила и слова, которые он шептал мне на ухо изо дня в день; он повторял, что нельзя убивать и творить зло.

С тех пор я мечтала стать хорошей.

Я упорно занималась культивацией, ведь я так хотела отправиться во внешний мир и сделать себе имя. Мне хотелось использовать статус последователя демонического пути на благо человечества.

Я проигнорировала возражения деда и в конце концов покинула родные места. Отправившись на гору Праха, я неожиданно наткнулась на Мо Цина, который был окружен десятью Великими школами небожителей. Я спасла его, потому что Ло Минсюань говорил мне, что это плохо – издеваться над слабыми, а нападать скопом на одного – тем более.

Этой морали он сам меня научил.

Потом я попрощалась с Мо Цином и оставила его на горе Праха. Я хотела найти Ло Минсюаня и сказать ему, что усердно работаю над собой, чтобы соответствовать ему. Я хотела остаться рядом с ним и стать по-настоящему хорошей…

Когда я наконец нашла Ло Минсюаня, то попалась в ловушку Восемнадцати Запретов Бессмертных. Окруженный золотым светом, он снова заговорил со мной, но уже совсем другим тоном, не таким, как тогда, в долине. Ло Минсюань держался холодно и отстраненно, как если бы был на вершине. Он сказал: «Ты рождена быть демоном. Ты самая испорченная и порочная на свете. В твоем сердце одна лишь тьма, и ты – само зло. Тебя необходимо уничтожить».

Только тогда я поняла, что в то время Ло Минсюань находился в опасной ситуации; он был серьезно ранен и попал в мои руки. Он боялся, что я причиню ему вред, поэтому льстил мне всеми возможными способами вплоть до того, что даже молол эту чушь о добросердечии.

Я оказалась заточена в темнице.

В конце концов моему деду пришлось покинуть бесплодные земли, которые он охранял всю свою жизнь. Он пришел в школу небожителей, чтобы спасти меня, и использовал всю свою силу, чтобы разрушить небесную формацию, которая удерживала меня в плену. Он рисковал собой, чтобы вытащить меня. Переместив меня в горы, дед остался сражаться с Ло Минсюанем.

Я не видела, что тогда произошло, но после слышала рассказы, как великий золотой бессмертный сражался с каким-то последователем демонического пути на вершине горы Ветров. Этот бой едва не перевернул реки и горы, но в конце концов Ло Минсюань победил. От его неизвестного противника не осталось и следа.

Пока мой дед сражался, я три месяца пролежала в горах, дожидаясь, пока мои раны заживут, поврежденные мышцы срастутся, а сломанные кости восстановятся. Я ждала очень долго, надеясь, что скоро увижу дедушку, но он так и не вернулся. Как только я восстановилась, то покинула горы. Прошло полгода. Про битву между золотым бессмертным и моим дедом все уже позабыли. В Цзянху постоянно возникали беспорядки, то и дело появлялись могущественные последователи демонического пути, так что у Ло Минсюаня хватало забот.

Мой дед умер у него на руках, но это никого не волновало. Я смогла сбежать, но все думали, что я не выживу после таких ранений.

С трудом сдерживая гнев и отчаяние, я вернулась на гору Праха. Там я нашла Мо Цина, который по-прежнему жил в разрушенном древнем храме на вершине. Основательно занявшись лечением, я восстановилась и распространила слух, что демоница Лу Чжаояо, которая в одиночку сражалась против десяти Великих школ небожителей, жива.

Демоница решила создать свою собственную школу и назвала ее школой Десяти тысяч убиенных; пригласила талантливых и призвала доблестных; приняла самых злых учеников и поклялась уничтожить всех праведных собак в этом мире!

Глава 18 Мо Цин

Глава 18

Мо Цин

Вспомнив прошлое, я почувствовала, как меня переполняют эмоции. Слишком много всего произошло, и я не могла впопыхах обсуждать это с Чжиянь. Поэтому, подлетев к постоялому двору, я сказала ей:

– Прямо сейчас я хочу кое-кого спасти, но не знаю, получится ли. Будет лучше, если ты спрячешься в комнате. Я использую всю свою силу, чтобы защитить твое тело.

Когда мы влетели в покои, то увидели, что тело девушки по-прежнему лежит на кровати. Я пристально посмотрела в глаза Чжиянь:

– Обещаю, завтра утром, вернувшись в свое тело, ты обретешь немного покоя.

Глаза девушки забегали, и прежде, чем я успела войти в ее тело, она схватила меня за руку. Чжиянь знала, что у нас мало времени, поэтому не стала говорить бесполезных слов:

– С того дня, как я вступила на демонический путь, я приняла все, что случилось со мной. Ты помогаешь мне отомстить, так что тебе не нужно защищать мое тело. Лучше хорошенько защити себя! Даже… даже если это тело перестанет существовать, я все равно останусь твоей ученицей!

Она выглядела очень серьезной, и, когда я посмотрела на нее, мое сердце слегка дрогнуло. Не потому, что никто никогда не доверял мне свою жизнь, просто глаза других были не так чисты, как глаза этой юной барышни…

Нет, возможно, я ошибаюсь.

Когда я впервые оказалась на горе Праха и спасала Мо Цина, бросив вызов невероятной мощи десяти Великих школ небожителей, этот юноша смотрел на меня точно так же… Он не боялся трудностей, боли или смерти. Единственное, что вгоняло его в ужас, – мысль, что я отпущу его руку. Вот только в то время я думала лишь о Ло Минсюане, поэтому не обращала на него особого внимания и просто оставила на горе Праха. Может, именно поэтому он возненавидел меня? Я так отчаянно хотела отыскать золотого бессмертного, и мне было неудобно таскать за собой мальчишку, поэтому я его оставила. Неужели это и породило в нем ненависть ко мне?

Я покачала головой и сказала себе, что сейчас не время думать о Мо Цине. Я погладила Чжиянь по голове:

– Не веди себя так, будто мы расстаемся навсегда. Со мной все будет в порядке, и я не позволю твоему телу пострадать. Зачем, думаешь, я притащила Ли Чэньланя сюда? Рисковать жизнью – это его задача.

Не дожидаясь, пока девушка еще что-нибудь скажет, я вошла в ее тело. Почему-то мне вспомнилась страшная рана на спине Мо Цина. Когда мы были на горе Пристанище духов, рана снова открылась. Сейчас мы в городе Цзиньчжоу, подконтрольном школам небожителей. Это же своего рода врата в школу Зерцало сердца. Мы проникли в логово тигра. Ночью над городом снова установят защитную формацию запрета, и, если что-то пойдет не так, я не смогу применить технику Мгновенного Перемещения…

Размышляя об этом, я подошла к двери в комнату Мо Цина и остановилась. Неужели я действительно хочу позволить ему… отомстить вместо меня и быть убитым в процессе?

Но почему бы и нет?

Изначально я хотела позволить Мо Цину и школе Зерцало сердца уничтожить друг друга, а также сделать невозможным пробуждение Ло Минсюаня. Разве это не идеальный план? Я без усилий избавлюсь сразу от двух врагов…

Так почему же я колеблюсь? Прямо сейчас в школе Зерцало сердца Лю Сужо и Лю Вэй хотели убить Шэнь Цяньцзинь. Даже будучи злым призраком, Цинь Юй рисковал собой, чтобы предотвратить их план, в то время как я стояла перед дверью Мо Цина, теряя остатки решимости. Пока я колебалась, вдруг раздался скрип, и дверь открылась изнутри. Передо мной возникла фигура в черном паоцзы. Я подняла голову, посмотрев на этого уникального мужчину. На мгновение я ощутила беспомощность, как вчера, когда поцеловала Мо Цина, и это поразило меня. Я в смятении уставилась на него, и какое-то время мы молча стояли в дверях.