– Значит, вы все…

– Не приняли сторону. Да, так и есть, – пожала плечами Яра.

Ведьмы, окружившие меня, избрали путь и шли по нему. Я же до сих пор не могла найти свой. Единственное, что я поняла: мне не нужно выбирать сторону, чтобы его обрести.

16. Когда цветет папоротник

16. Когда цветет папоротник

С самого утра в поселении царила суматоха. Я не могла отделаться от мысли, что нахожусь в своей школе, где на Купала все колдуны и ведьмы целый день носились с приготовлениями к ночным гуляниям. Сегодня занятий со старшей ягиней не было, и я, проснувшись утром, вздохнула с облегчением.

Девушки плели венки, собирали хворост для костров, едва ли не из каждой избушки доносился молочный запах каши. Принято было есть ячменную или овсяную, смотря какая нравится. Несколько ягинь вынесли столы из своих избушек, соединяя их вместе. Девушки катали тесто и лепили вареники с вишней.

Мы с Есенией и остальными ведьмами, которые не славились кулинарными способностями, отправились собирать травы и коренья. Считается, что в день празднования Купалы их природная сила достигает пика.

– Срезай прямо под корень, – поучала Есения, перебирая собранные мной цветы.

Рядом с высокими деревьями, под которыми мы расположились после того, как собрали полные корзины, зеленела высокая трава, до сих пор влажная от росы. В воздухе витал аромат свежей земли и сладость срезанных летом цветов.

– Сегодня что-то случится, – внезапно сказала Есения и вгляделась куда-то вдаль.

– С чего ты взяла? – нахмурилась я. Она молча указала на спускающегося ко мне паука. – Это же положительный знак, к хорошим известиям.

– Или к нежданным гостям, – отозвалась Есения, отряхнув сарафан от травинок.

Мы потащили тяжелые, доверху наполненные корзины к дому старшей ягини, где ведьмы перебирали травы и решали, что пойдет на целебные отвары, что на чайные сборы, а что можно использовать для зелий.

– Вы пойдете венки плести? – подбежала к нам Полина, когда мы высыпали содержимое корзин в общую кучу. Сейчас в лучах восходящего солнца ее рыжие волосы горели ослепительно ярко.

– Конечно, не хочется в избушке сидеть в такой духоте, – отозвалась я. Есения была со мной согласна.

Яра с Аленой уже расположились на берегу шумной горной реки, когда мы, переодевшись, присоединились к ним. Деревья вокруг были украшены разноцветными лентами, свечами и цветочными гирляндами.

Выбрав для венка иван-да-марью, васильки и фиалки, я принялась плести. Руки, покрытые мозолями от частых работ с землей, кровоточили и болели, но я не обращала внимания. Венок получался пышным, пахучим и очень красивым. Закончив, я расплела косу и вытащила из волос алую ленту. Обвязав ею венок и надев его на голову, я прислонилась к стоящему рядом дереву и прикрыла глаза.

Вспомнились Марьяна и наши ежегодные плетения венков на лесной поляне. Интересно, как она там? Прошла ли обряд?

К вечеру вокруг поселения зажглись костры. Мы вернулись обратно в избушку, решив подготовиться к празднику. Есения долго держала какой-то сверток в руках, а затем протянула мне.

– Что это? – не поняла я, но развернула ткань. – Это платье. Какая красота! – изумилась я, разглядывая вышитую жар-птицу. На традиционном белом платье золотыми нитями сверкала сказочная птица, вокруг которой вились языки пламени. – Ты сама это сделала?

– Конечно, – отозвалась Есения, подняв голову. – Не все ж тебе в обносках ходить. Я девочкам тоже подарила, платья одинаковые, но вот рисунки отличаются. Оно защитит тебя в случае опасности.

– Спасибо, – искренне поблагодарила я Есению, надевая платье на празднование.

Ночь казалась волшебной. Все ведьмы вышли из своих избушек и уселись за длинные столы, накрытые белыми скатертями. Повсюду горели свечи, а в вазах стояли пышные букеты цветов. На столах, кроме фруктов, горячих вареников и ароматных пирогов, расположились кувшины с квасом и медовухой.

– Так объелась, что не могу пошевелиться, – жалобно протянула я, съев половину пирога с яблоками и делая глоток пахнущего медом напитка.

– Ты что? – изумилась Полина с другого конца стола. – Нам еще венки пускать.

– Почему большинство женских гаданий связано с замужеством, может, я хочу узнать, когда разбогатею? Мне уже два гадания предрекали свадьбу в этом году, но, поверьте, ею и не пахнет.

– Не дури, Алиса, – усмехнулась Яра, вставая из-за стола и таща меня за собой.

После захода солнца возле реки стало еще красивее. Свечи горели, качаясь на ветвях деревьев, а ленты развевались на ветру. Зайдя по щиколотку в воду, я медленно опустила венок и поставила на него заранее приготовленную свечу. Остальные сделали то же самое. Венки, подхватываемые течением реки, уплывали от нас все дальше и дальше. Мы, спотыкаясь и смеясь, бежали вдоль берега, твердо намеренные узнать, кто раньше выйдет замуж.

Первым расплелся венок Полины, а затем и Яры, отчего она нахмурилась и заявила, что это все равно ничего не значит. Три венка продолжали свое плавание, не желая уступать в этой гонке. Вот расплелся венок из фиалок и мака. Алена закатила глаза, приговаривая: «Не очень-то и хотелось».

Остались я и Есения. Две ведьмы, которых мало заботило это гадание.

– Может, пойдем уже? А то холодно у реки? – спросила Есения, кивая в сторону поселения. – Не будем же мы полночи за ними бежать!

– Пойдем, мне все равно не интересно, – пожала плечами я.

– Да вы что! – ахнула Яра, догоняя нас у дороги. – Не хотите узнать, кто из вас первой найдет суженого?

– Не хотим, – хором ответили мы и засмеялись.

– Ну, чудные, – протянула Полина.

* * *

Демьян стоял возле полуразрушенной избы. Небо было затянуто тучами, а вокруг шумели деревья. Стая ворон, пролетая над ним, громко закаркала, привлекая внимание.

Осмотревшись по сторонам, Демьян толкнул ногой тяжелую дверь в избушку.

– Чего надобно? – раздался грубый голос. Из-за стола встала высокая худощавая женщина с длинными седыми волосами. Серые, как у него, глаза блеснули в полутьме.

– Здравствуй, бабушка, – холодно ответил Власов, присаживаясь на стул возле окна.

– Это ты, Демьян? – прохрипела ведьма, зажигая свечу. – Зачем пришел?

Он оглядел непригодную для жизни комнату, удивляясь тому, как бабушка могла здесь жить. Потомок богини Марены доживала свой век в ветхой избушке, не желая покидать этот дом после смерти дедушки. Вот уже тринадцать лет бабушка не посещала приемы и не участвовала в делах ни светлого, ни темного сообществ.

– Мне нужна твоя помощь.

– Кто бы сомневался, – усмехнулась она. – Просто так ты бы сюда не пришел. Алексей тоже пусть заходит, нечего в машине прятаться.

Выглянув на улицу, Демьян махнул рукой дяде. Тот нехотя вышел из машины и зашагал в сторону дома.

– Привет, – фальшиво улыбнулся он, вальяжно рассаживаясь на единственном мягком кресле.

– Все вышивает она да пряжу зимой прядет, чтобы мучился ты от воспоминаний, – загадочно проговорила ведьма, глядя на улыбающегося сына. – Чувствую, как сердце раскалывается, причем у обоих, – она с укором поглядела вначале на Демьяна, а затем и на побледневшего Алексея.

– О чем ты говоришь? Какая еще пряжа? – не понял Демьян.

Но Алексей, кажется, понял, к чему клонила бабушка. Его привычное напускное веселье сменилось задумчивостью. Наконец он ответил:

– Мы здесь не за этим. Нужно найти Алису Кощееву.

– Ко всем знакомым ведьмам ходили, они ведь лучше чувствуют женскую энергетику, – вступил Демьян. – Но все впустую, не могут уловить ее.

– Есть вещь девушки? – задумчиво протянула бабушка, продолжая глядеть на Алексея.

Демьян достал бриллиантовую серьгу, которую Алиса обронила у него дома, и аккуратно положил на середину стола. Камень одиноко блестел, отражая свет свечи.

– Как пробовали искать? – спросила ведьма.

– Да как только не пробовали! – усмехнулся Алексей. – И на картах смотрели, и через зеркало, и ритуал поиска пробовали…

– Другой способ нужен, – прервала его старуха, наливая полную миску воды. – Дай мне свою ладонь, Демьян.

Он не мешкая протянул руку. Ведьма достала нож и сделала неглубокий надрез.

– Близость у вас с девушкой была? – прямо спросила она, наблюдая за стекающими в миску каплями крови.

– Была, – кивнул Демьян, наблюдая за своим отражением в воде.

– Любишь ее?

– Люблю, – не задумываясь, ответил. Отчего Алексей в углу недовольно хмыкнул.

– Тогда думай о своей Алисе, а я попробую увидеть, где она.

Демьян вспоминал темные длинные кудри, бирюзовые глаза, которые всегда смотрели и видели его настоящего. Не наследника рода Марены и темного мага, а его, Демьяна. Только бы найти ее, объяснить, что так было нужно.

– Нашла, – резко вскочила бабушка. – Ну, мо́лодцы, придется вам постараться, чтобы встретиться с ней.

– Где она? – нетерпеливо спросил Власов.

– В поселении ягинь, под их защитой. Вход на эти земли вам закрыт.

– И что делать?

– Ведьмы иногда покидают поселение, чтобы сходить к морю либо к горным рекам. Выждите момент и увидите своих суженых.

Колдуны переглянулись, поднимаясь со своих мест.

– Суженых? – переспросил Алексей. – Ты что-то путаешь, любовные муки здесь только у Демьяна.

– С ней потомок Макоши, не прогневайте пряху судьбы.

Демьян уже вышел из избушки, успев краем уха услышать напутствие ведьмы задержавшемуся Алексею:

– Будь осторожен, богиня не прощает предательства.