Есения с трудом выговаривала слова, ее зубы стучали, а плечи тряслись от холода, но она не могла применить к себе согревающую магию: все утро Есения практиковалась со своим даром и теперь заметно ослабла. Последние силы ушли на мальчика рядом с ней. Внезапно он вздохнул и коснулся ее руки.

– Ты колдун, – округлила глаза Есения, когда почувствовала, как согревается.

– А ты ведьма. Где мы, кстати? – Он обвел взглядом песчаный скалистый берег.

– Возле поселения ягинь.

– Так ты ягиня? – изумленно прошептал мальчик. Есения кивнула. – Ничего себе. Я думал, они по-другому выглядят, а ты…

– Что я?

Она увидела, как он неловко открыл рот, а потом покраснел, вздернув подбородок.

– Ты мелкая для ягини.

– Мне вообще-то уже двенадцать! – возмутилась Есения. – А тебе тогда сколько?

– Мне пятнадцать, – гордо заявил парень.

– Небольшая разница, – фыркнула Есения и встала с песка. Она подумала, что мальчик явно приврал о своем возрасте. На вид ему было не больше тринадцати. Но решила промолчать. – Мне пора, пойдешь по берегу прямо и свернешь налево, там выйдешь к городу.

– Спасибо, – еще раз поблагодарил мальчик. – Теперь за мной долг, я обязан тебе жизнью.

– Не стоит. – Есения махнула рукой на прощание, подбирая сандалии.

– Постой, – колдун схватил ее за руку. – Меня Алексей зовут, а тебя?

– Есения.

Алексей пошел по указанной дороге, а Есения вернулась в поселение. Их пути на время разошлись, но только для того, чтобы через несколько лет соединиться вновь.

В следующий раз они встретились, когда Есении исполнилось шестнадцать. Она прогуливалась по горной тропинке, когда услышала чьи-то голоса. Спрятавшись за деревом, она притаилась в ожидании.

– Здесь правда поселение ягинь? – раздался женский голос.

– Точно, я в этом уверен, – ответил ей мужской.

Парень и девушка вышли на тропинку, оглядываясь вокруг. Девушка была незнакома Есении. А вот парень рядом с ней… Это был он. Тонувший мальчик. Алексей.

Спустя четыре года он стал еще красивее, чем в ее воспоминании. Кожаная куртка и черные джинсы обтягивали его стройную подтянутую фигуру. Он пристально осматривал местность.

– Что-то я не вижу ничего даже отдаленно похожего на ведьмино поселение, – сложив руки на груди, ответила девушка. Ее черные волосы, заплетенные в косу, блестели на солнце. Короткий красный сарафан туго обтягивал худощавую фигуру. Девушка была красива, но из-за чрезмерной худобы ее красота казалась болезненной.

– Да говорю тебе, Маша. Здесь оно, – настаивал Алексей.

– Слушай, мне надоело. Я возвращаюсь, а ты тут долго не плутай, не хватало тебя потом еще искать в этих лесах, – с этими словами Маша развернулась и ушла, оставляя Алексея одного.

– Должно же быть здесь! – разозлился он.

– Да здесь оно, здесь, – усмехнулась Есения, выходя из тени деревьев.

Алексей резко вскинул руки, но, увидев ее, опустил.

– Это ты? – не поверил он. – Девочка на берегу.

– Есения, – напомнила она.

– Да, точно. – Алексей странно взглянул на нее.

– Ты не попадешь в поселение, – огорчила она его. – Мужчинам туда запрещен вход, только если ты не при смерти или не находишься в опасности.

– Ну что ж, – ответил Алексей. – Так тому и быть. Не хочешь тогда прогуляться?

Есения немного подумала, а затем кивнула. Искать ее до вечера не будут, все ягини заняты приготовлениями к Покрову. По всему поселению стояли свечки, а в избушках ягини накрывали столы и пекли блины, заворачивая в них творог или грибы. В этом году случилась настоящая аномалия: в середине осени дорожки уже были припорошены первым снегом, словно фатой. Недаром этот день еще называли праздником невест. Обвенчаться на Покров считалось хорошей приметой.

– Хочешь посмотреть на водопады? – предложила Есения.

Все последующие дни она думала о предстоящем свидании, едва просыпаясь. И сломя голову бежала, как только часы отбивали одиннадцать. Алексей и Есения разговаривали обо всем на свете, складывалось впечатление, что знакомы они были всю жизнь.

День отъезда Власовых наступил незаметно. Есения все утро ходила подавленной, несколько ягинь спрашивали, что с ней, но она лишь отмахивалась. Прошлым вечером Алексей подарил ей первый поцелуй. Ее тело до сих пор горело от его прикосновений. Он обнимал, шептал, что вернется за ней, и она ему верила.

Наступила зима, природа увяла, а море с каждым днем становилось все темнее и свирепее. Есения большую часть времени вышивала или пряла пряжу у себя в избушке. Однажды, когда она сидела у прялки, в ее голове вспыхнула очередная картина. Она – Есения – была в красивом свадебном платье, но без жениха. Ягиня, живущая с ней по соседству, с грустной улыбкой говорила расстроенной ведьме: «Он не придет». Есения зажмурилась, прогоняя прочь видение. Ей не хотелось в это верить. От судьбы не убежишь, но можно же попытаться ее изменить.