Кивком указываю на стену и непринужденно спрашиваю:
– Как думаешь, что означают эти булавки? План наступления?
Мы стоим перед письменным столом и изучаем карту. Наши плечи соприкасаются, и я ощущаю непривычный, легкий и немного волнительный трепет. Он такого же роста, как Хуан Карлос. Или Руми. Это может быть кто-то из них.
Эль Лобо поворачивает голову и внимательно смотрит на меня.
– Это места, где Аток прятал Эстрейю. Я проверил все, но ничего не нашел.
Я с трудом верю своим ушам.
– Что, прости?
– Я не люблю повторять дважды, кондеса.
По спине пробегает холодок; во рту пересохло, будто я наглоталась песка. Обычно я испытываю такие ощущения, когда понимаю, что бой проигран.
– То есть ты хочешь сказать, что эта карта бесполезна?
– Если бы ты побывала в одном из этих мест, то ничего бы там не обнаружила. Аток оставляет после себя только выжженную землю. В последнее время он совсем помешался и постоянно перепрятывает Эстрейю. Мне так и не удалось понять, насколько часто.
Понуро опускаю плечи. Даже если мой попугай добрался до крепости, мое послание совершенно бесполезно. Стиснув зубы, я сдерживаюсь, чтобы не выругаться. Я опять подвела Каталину. Все это время я наивно надеялась, что Эстрейя почти у меня в руках.
Возможно, он лжет… Но нет. Я не чувствую в его словах коварства и обмана. Он откровенно поделился со мной тем, что знает. Верить или нет – решать только мне. Интуиция подсказывает, что он говорит правду. Но даже если так, было бы наивно принимать на веру каждое его слово. Я не настолько глупа – что бы он там ни думал. Надо задать ему вопрос, ответ на который мне известен, и посмотреть, как он ответит.
– Ладно, Лобо. Скажи, кто хотел украсть Эстрейю?
Мой вопрос забавляет его, и он медленно качает головой.
– Я сегодня в очень хорошем настроении, поэтому, так и быть, удовлетворю твое любопытство. Принцесса Тамайя. Ее выходки против брата – это что-то новенькое.
И к чему они привели? Теперь он хочет принести ее в жертву богу солнца.
– Насколько новенькое?
– Началось за неделю до твоего появления в замке.
– Поэтому ее заперли?
– Ее заперли, потому что король не может управлять ею, и его это злит.
Тайны, окружающие сестру Атока, не дают мне покоя. Очевидно, она знает о своем брате больше, чем кто-либо из нас. Мне нужно поговорить с ней еще раз, хотя бы для того, чтобы выяснить, зачем она пыталась украсть Эстрейю у Атока. Возможно, в ее действиях есть своя закономерность и я смогу получить от нее какую-нибудь подсказку. Пока ясно лишь одно: она сотрудничает с Эль Лобо, и мне нужно как-то заслужить их доверие.
Судьба моего народа зависит от меня, и я не могу полагаться на случай. Я должна выяснить, кто скрывается под черной маской. Но эта мысль по-прежнему смущает меня. Как я могу предать того, кто раз за разом доказывает, что искренне хочет помочь всем жителям Инкасисы – и иллюстрийцам, и лаксанцам?
Что я вообще за человек, если меня посещают такие мысли? Этот узел невозможно распутать. Но у меня нет выбора: на кону стоит слишком много жизней.
Эль Лобо продолжает буравить меня взглядом и ждет продолжения разговора.
– Мы должны действовать сообща, – наконец говорю я. – Позволь помочь тебе свергнуть Атока с трона.
– Забудь об этом, кондеса.
Я морщусь от его категоричного тона.
– Он убил моих родителей. Одного этого уже достаточно. Но все гораздо хуже. Он обещал заботиться о своем народе и не сдержал слово. Все это время я беспомощно наблюдала за тем, как он заключает сделку за сделкой, ослабляя нашу экономику, уничтожая наши угодья и поднимая и без того непомерные налоги. Людям приходится платить за воду, которая должна быть бесплатной для всех. Я совершенно одна в этом замке, и из оружия у меня есть только собственный ум, но я очень хочу остановить этого безумца, пока он не уничтожил Инкасису окончательно. Я в отчаянии, Лобо. Именно поэтому я позволила тебе снять с меня маску. Хочешь дальше смеяться надо мной? Тогда иди к черту вместе со своими дешевыми трюками. Посмотрим, многого ли ты добьешься, подшучивая над королем.
Я замолкаю и пытаюсь отдышаться. Никогда еще не говорила ничего правдивее. Если он не поверит мне сейчас, то не поверит никогда. Эль Лобо молчит. Изучает меня. Просчитывает. Проклятье! Что я теперь скажу Сайре? Я не могу соврать. Замок кишит его шпионами. Он сразу распознает обман. Я надеваю маску и направляюсь к двери, попутно доставая из кармана мешочек лунной пыли, чтобы усыпить стражей снаружи.
–
Сердце замирает. Я оборачиваюсь, и Эль Лобо в несколько шагов оказывается рядом. Его темные глаза блестят в слабом свете звезд. Он наклоняется ко мне, и его маска колышется от прерывистого дыхания.
– Никогда, – хрипло говорит он, – не поворачивайся спиной к Волку.
Я гордо вскидываю голову и смотрю ему в глаза. Я не боюсь его, что бы он там ни думал.
– Я не знаю, могу ли доверять тебе, – продолжает он.
– И никогда не узнаешь, если не проявишь немного гибкости.
Ткань у его щеки слегка морщится: он улыбается. Я знаю: он всерьез обдумывает мое предложение. Но в следующее мгновение он отстраняется от меня и качает головой. Я с горечью подавляю разочарование. Эль Лобо протягивает руку в перчатке.
– Мне нужен наркотик, который ты используешь.
Какая наглость! Но я все же отвечаю:
– Я не пользуюсь наркотиками.
– Еще как пользуешься, – тихо отвечает он. – Я хочу то, что ты прячешь в карманах.
Он обыскивал мою комнату?
– Откуда ты знаешь?
– Кто-то одурманил стражника у бокового входа в замок. Это ведь ты?
Ничего себе! Он следит за мной. Словно прочитав мои мысли, он наклоняется ко мне, и его лицо, скрытое маской, оказывается всего в нескольких дюймах от меня.
– Да-да, кондеса. Я знаю, где ты спишь. Знаю твою любимую скамейку в саду. Знаю, что ты любишь острое и жареное. И знаю, в какой руке ты предпочитаешь держать меч.
Я замираю. Он по-прежнему протягивает руку за лунной пылью. Помедлив, я кладу ему на ладонь маленький мешочек.
– Только осторожно. Один вдох – и тебя вырубит на несколько часов.
Эль Лобо высыпает немного порошка себе в ладонь, и мы одновременно задерживаем дыхание. Лунная пыль сверкает в свете свечей, и он удивленно вскидывает голо в у.
Я киваю, чтобы ободрить его, и Эль Лобо решительно разворачивается. Не сказав больше ни слова, он открывает дверь и сдувает пыль прямо в лицо испуганным стражникам. Через несколько мгновений они валятся на пол. Эль Лобо оставляет меня одну посреди кабинета; в дверях – двое бездыханных стражей. Конечно, ведь это совсем не подозрительно.
– Идиот, – тихо бормочу я проклятия.
Досадливо вздохнув, я надеваю маску и бросаюсь в коридор. Стараюсь двигаться бесшумно. Остановившись перед поворотом, я внимательно озираюсь в поисках стражей. Трое патрулируют коридор, один идет в мою сторону. Где-то за пределами замка раздается громкий шум. Испуганное ржание лошадей в конюшне. Стражи обнажают мечи и бросаются к лестнице. Я бегу следом – на безопасном расстоянии.
Благодаря неразберихе на улице почти вся стража покидает замок. Правда, сомневаюсь, что в этом есть смысл. Кажется, мне стоит поблагодарить Эль Лобо за беспрепятственное возвращение в комнату.
Захлопнув дверь, я прислоняюсь к ней спиной и вполуха слушаю, что происходит снаружи. В голове всплывают обрывки разговора с Эль Лобо. Что мне удалось узнать? Итак, он лаксанец и работает в замке. Поэтому он знает, где я сплю и что люблю есть. Либо же у него есть шпионы. Может, он один из поваров на кухне?
Эль Лобо высокий и широкоплечий. Он умеет вести бой. Пока из моих знакомых в замке больше всех он напоминает Хуана Карлоса. Вполне возможно, он и есть разбойник.
Но. Еще есть Руми. Тоже высокий. Правда, я не знаю, владеет ли он мечом. Кроме того, в ночь, когда мы с Эль Лобо вместе отбивались от стражи в кабинете короля, он ухаживал за ранеными. Он не может быть Эль Лобо. Если только он не способен быть в двух местах одновременно. К тому же все бы унюхали его приближение.
Сердце сжимается. Эль Лобо восхищает меня все больше и больше с того самого дня, как он попытался спасти Ану и остальных иллюстрийцев. Внутри меня словно загорелось яркое теплое солнце. Он действует во благо народов Инкасисы. Он носит маску – так же как я. Его смелость и принципиальность вызывают бесконечное уважение. Я бы хотела делать так же много, как и он. Свободно перемещаться по Ла Сьюдад и замку, бороться за лучшее будущее для всех жителей Инкасисы.
Но так ли важен этот человек лично для меня? Я не готова спасти одну жизнь, если в результате погибнут сотни других людей. Я не обещала быть верной ему. Нас не объединяет многолетняя дружба. Он действует против Каталины. Человек в черном – мой враг. Нет! Я сама в это не верю. Не все лаксанцы мои враги. Я больше не понимаю, где истина, а где ложь, и голова просто взрывается от противоречивых мыслей. Поэтому я принимаю решение остановиться на той, которая не вызывает никаких сомнений.
Я больше не допущу смерти ни одного иллюстрийца. Даже если мне придется предать Эль Лобо.
Глава девятнадцатая
Глава девятнадцатая
ТЕПЕРЬ, КОГДА Я ОКОНЧАТЕЛЬНО решила действовать против Эль Лобо, я никак не могу найти себе места. Ворочаюсь в кровати каждые две минуты. Что будет, если Сайре удастся поймать разбойника? Аток будет в восторге и осыплет его похвалами. Победы жреца никогда не остаются незамеченными.