Я осторожно погладила его по щеке.

– Поверить не могу, что подвергаю тебя такой опасности, – прошептал он.

– Неужели у этого правила не бывает исключений? – тревожно спросила я.

Он покачал головой.

– Но никто не знает о нас, кроме Амели и Софи. Они нас не выдадут.

– Надеюсь, что ты не ошибаешься, – он обнял меня и покрыл мое лицо нежными поцелуями. Я вздохнула.

– Кажется, мне надо идти, Амели уже ждет.

Он нежно поцеловала меня в губы.

– Как бы я хотел, чтобы ты осталась со мной на всю ночь, – прошептал он мне на ухо.

Я почувствовала приятное покалывание во всем теле. Ничего бы мне не хотелось больше, чем этого. Я нехотя встала с кровати и надела куртку. Он довел меня до двери и так страстно поцеловал, что я споткнулась. Он тихо засмеялся мне вслед.

Все так нереально, думала я, идя по холодной улице. Может ли быть, что все эти существа с незапамятных времен жили вместе с людьми? Насколько же ярче был тот мир. Один из моих вопросов Коллам оставил без ответа. Мог ли он навсегда остаться человеком? Хотел ли этого? Могла ли я требовать это?

Амели прыгала на месте от холода и волнения.

– Где ты ходишь? – прошептала она. – Питер позвонил мне и сказал, что папа пришел домой раньше обычного. Нам надо поторопиться.

Я втянула холодный воздух.

– Черт, – вырвалось у меня. Мы бежали домой так быстро, как только могли.

Мы тихо закрыли за собой дверь и скользнули в дом. Итан стоял на кухне.

– Где вы были? – он рявкнул так громко, что мы вздрогнули.

– В библиотеке, – уверенным голосом ответила Амели. – Мама в курсе.

– Вы хоть знаете, который час, дорогие мои? Библиотека уже час как закрыта, не держите меня за идиота, – его голос был полон сарказма. Я испуганно втянула шею. Но Амели это не напугало.

– После этого мы пошли к Джейми, что вполне разрешено, к тому же мы вовремя к ужину, – она демонстративно вытащила свой стул из-за стола и села.

Итан признал свое поражение, но продолжал смотреть на меня с подозрением. Нам надо быть осторожнее, решила я.

Где был Коллам? Я лежала на его кровати, накрывшись теплым одеялом. Мы не виделись уже несколько вечеров. А сейчас я еще и заснула. Хотя каждое мгновение с ним было для меня бесценным. Однако мрачная и дождливая осенняя погода усыпляла меня. Что происходило внизу? Я испугалась. Это был голос доктора Эриксона. Почему он дома? Софи ждала его из Глазго только следующей ночью. Время от времени он проводил лекции на тему шотландских мифов в местном университете. Знал ли он, что я была здесь? Не обо мне ли они говорили?

Было ясно, что они ссорились. Доктор Эриксон что-то говорил сердито, а Коллам пытался его успокоить.

– Ты должен немедленно это прекратить, – услышала я голос доктора Эриксона. – Я не буду этого терпеть. Или ты скажешь ей, или я иду к ее дяде. Мое последнее слово.

Мое сердце будто сжала ледяная рука. Я не поняла ответа Коллама, он говорил слишком тихо. Затем он зашел в комнату и осторожно сел на край кровати.

– Эмма, – он нежно прошептал мое имя и осторожно коснулся плеча. – Тебе пора проснуться.

Я медленно открыла глаза. И испугалась, увидев его таким. Его кожа бледно сияла в темноте, а глаза были светлыми – как и всегда, когда он был расстроен.

– Тебе пора домой, уже поздно.

Я медленно села на кровати и хотела взять его за руку. В то же мгновение он встал и повернулся ко мне спиной.

– Я жду тебя внизу.

С этими словами он вышел. Я быстро надела куртку и пошла вниз по лестнице вслед за ним. Из кухни доносился грохот посуды.

– Я бы хотела попрощаться с Софи, – сказала я, но Коллам отрицательно помотал головой.

– Давай лучше пойдем.

Мы шли рядом, словно чужие.

Амели удивленно посмотрела на нас. Обычно мы с Колламом не показывались вместе. Так бы Итан слишком быстро обо всем узнал. Однако в такую погоду и в это время на улице не было ни души.

Он нежно погладил меня по щеке на прощание. Я едва почувствовала это прикосновение. Затем он развернулся и исчез в темноте. Мы с Амели шли домой в тишине.

– Все в порядке? – спросила она. Я пожала плечами. – Вам нелегко, понимаю. Все время приходится прятаться в доме.

Я сунула руки глубже в карманы, а лицо спрятала в ворот куртки. Но это едва ли спасало от кусачего ветра.

– Надо бы сделать перерыв в посещениях библиотеки. Мне кажется, отец начинает подозревать. Однажды он придет в библиотеку, чтобы проверить, действительно ли мы там.

Я лишь кивнула в ответ. Она, несомненно, права. Он начинал замечать, что мы не остаемся дома ни на один вечер. Мое сердце болезненно сжалось от мысли, что придется провести следующие вечера без Коллама.

– Мы можем пойти в кино с кем-то. Что ты об этом думаешь?

– Хорошая идея, – ответила я, и Амели торжествующе улыбнулась.

Как и было свойственно Амели, на следующий же день она воплотила свой план в реальность. Весь вечер мы сидели дома и играли в монополию с Эмбер и Ханной. Не самая моя любимая игра, но я оказалась в меньшинстве при голосовании. Итан сидел на диване и читал газеты. Время от времени он вмешивался в игру, чтобы помочь Эмбер или Ханне. Правда, в этом не было необходимости. Я и так была однозначным аутсайдером. Амели выиграла, и я не могла отделаться от чувства, что она смухлевала.

Уже за ужином она пошла в атаку.

– Пап, в пятницу мы собираемся пойти в кино с ребятами. Вы не против? – она повернулась к Бри.

Та согласно кивнула.

– Что сейчас хорошего идет?

– Пока не знаю, хочу сначала спросить, не против ли вы.

Итан оценивающе посмотрел на Амели. Он слишком хорошо знал свою дочь, и, когда она просила о чем-то сладким голосом, он понимал, что за этим скрывается что-то большее.

– Кто пойдет с вами? – спросил он, отрезая кусок от шницеля.

– Думаю, Джейми, Марк, Брайан и Эйдан. Надо завтра спросить, кто хочет с нами.

Она выжидающе посмотрела на него.

– Максимум до двадцати трех часов, – прорычал он.

– Да ладно тебе, пап, – возразила Амели. – Мы же не малыши. После кино мы пойдем в паб.

– Питер, ты пойдешь с ними?

Бри тут же вмешалась.

– Им уже не нужен воспитатель, Итан.

После этого возражения вопрос неожиданно был закрыт.

Вечером в пятницу мы вышли из дома, чтобы пойти в кино.

– Питер, ты все-таки идешь с нами? – удивилась я, когда он присоединился к нам.

– Я встречусь в пабе с друзьями. Эмма, Амели рассказала, что Коллам идет с вами.

Я посмотрела на него.

– Будь осторожна, ладно? – попросил он. – Я еще никогда не видел отца таким сердитым, как в тот вечер.

Я знала, о каком именно вечере он говорил.

– Он настроен серьезно, и он в состоянии отправить тебя обратно. Я не знаю, что случилось между вами, и мне нравится Коллам. Однако отец, кажется, знает о нем что-то… очевидно, что-то нехорошее.

Я посмотрела на Питера, и мне стало жаль, что у меня были от него тайны. Я обняла его.

– Спасибо, – прошептала я ему на ухо.

– Не за что, – он поцеловал меня в щеку. – Просто будь осторожна. Пообещай мне. И не делай ничего, не подумав. Если тебе понадобится совет… я всегда рядом, – он откашлялся.

Мы встретились в городе, чтобы оттуда поехать в кинотеатр с остальными, и расселись в три машины. Коллам сидел на заднем сиденье со мной. К нам влезла и Валери. Я выругалась про себя. Чувствовать его так близко и делать вид, что мне на него плевать, было за пределами моих актерских способностей. Питер развеселился при виде этого и улыбался мне в зеркало заднего вида. Я вдруг почувствовала, как Коллам взял мою руку в свою и осторожно погладил ее. К счастью, в машине было так темно, что Валери ничего не заметила.

Коллам не отпустил мою руку, когда мы подъехали к кинотеатру. Питер попрощался с нами, и мы договорились встретиться у машин около одиннадцати.

Зал был заполнен, и мы не смогли сесть все вместе. Амели в своей обычной бессовестной манере смогла усадить нас четверых на задний ряд.

Валери сидела далеко от нас.

Так я могла спокойно прижиматься к Колламу весь фильм и представлять, что мы совершенно обычная пара. Коллам приобнял меня, гладил и целовал все время, так что я не особенно понимала, о чем фильм. Но меня все устраивало. Как же я любила его, как сильно нуждалась в его близости.

Фильм слишком быстро закончился, и мы покинули кинотеатр.

– Давайте выпьем чего-нибудь, – предложил Эйдан, когда мы оказались на улице. – Сейчас только начало одиннадцатого. У нас еще есть время.

В пабе играла хорошая музыка, а на танцполе собрались несколько пар. Мы остались у барной стойки и заказывали напитки. Я взяла пунш, как и все остальные, потому что замерзла. И с тоской вспомнила ту ночь в пабе. Коллам словно прочел мои мысли: он посмотрел на меня с другого конца стойки. Можем ли мы рискнуть на виду у всех?

Я прикусила губу и быстро выпила горячий пунш, в котором сильно чувствовался ром. Алкоголь заставил меня осмелеть. Кто может рассказать об этом Итану? Я умоляюще посмотрела на Коллама. Он подошел, потащил меня на танцпол и крепко обнял. Краем глаза я видела, как у Валери отвисла челюсть, а Амели неодобрительно покачала головой.

– Мы очень, очень неосторожны, – нежно прошептал Коллам мне на ухо.

– Мне все равно, – тихо ответила я, и мое тело интенсивно завибрировало от его присутствия.

– Ты пьяна.

– Нельзя напиться половиной стакана пунша, – слабо возразила я, зная, что он прав. – Меня опьяняет твое присутствие, – сказала я в свою защиту.