Скай нахмурилась.
– Она сбежала, а ты теперь должна приводить ее дела в порядок?
Конечно, так это выглядело со стороны.
– Этим колдунам нужна не только печать, но и Кассандра.
Звонок прервал наш спор. Я застонала.
– Почему еще не наступили каникулы? Почему мы еще не сдали экзамены? Хотела бы я иметь ауреол, с которым можно прыгнуть в будущее.
– Пока у тебя такого нет, – Скай потащила меня за собой в прохладное здание школы. – Пару дней потерпишь.
– А потом мне что делать? С Перу все отменяется. Летом папа будет читать курс в университете.
– Могли бы вместе заняться чем-нибудь крутым, – предложил Фрейзер. – У меня есть пара идей. В июне будет несколько фестивалей, на которые можно сходить. Должен пройти фестиваль Эден. Закидываем палатку на спину и вперед. Что скажете?
Я пожала плечами.
– Я не смогу торчать дома неделями напролет…
Кто-то налетел на меня, и моя сумка упала на пол. Наклонившись, ударилась обо что-то твердое. Потерев голову, выпрямилась, и мой взгляд упал на медно-рыжие волосы. Затем я обратила внимание на его широкую ухмылку и запах сигарет, который маскировал другой, более сладкий запах. Если бы меня спросили, я бы сказала, что это жасмин. И какой парень пахнет жасмином?
– Я тебя знаю, – выпалила я.
Он протянул мне сумку.
– А я тебя нет.
С этими словами он устремился прочь, оставив меня посреди коридора. Я даже не успела поблагодарить его.
– Кто это был? – Скай смотрела ему вслед, пока парень шел через толпу учеников.
– Жуткий сын профессора де Винтера, – ответила я.
– Почему ты так думаешь? У де Винтера темные волосы, и он похож на ворона. Они ни капли не похожи. Если придерживаться твоих сравнений, то он скорее похож на ястреба, – сказала Скай.
Я приподняла брови. Обычно подруга не позволяла себе таких высказываний в адрес парней.
– Они были на похоронах профессора Галлахера, и он выглядел так же высокомерно, как сейчас.
– Даже если он высокомерный, – вмешался Фрейзер, добравшись до своего шкафчика, – смотри, как народ следит за ним.
Я и сама видела, как многие девушки хихикали, склонив головы.
– Жаль, что у тебя появился соперник, – поддразнила я Фрейзера.
– Никакой он не соперник, – ухмыльнулся тот в ответ.
Он взглянул на Скай, и его улыбка исчезла. Прежде чем ей пришло в голову ляпнуть глупость, я потащила ее на урок французского.
– Почему бы и нет? – У него был легкий французский акцент и теплый голос. Он ему совершенно не подходил, и меня это вывело из равновесия. У высокомерного идиота не может быть такого соблазнительного голоса.
– Потому что здесь сижу
– Можешь сесть рядом со мной, – парень похлопал по стулу.
– Как щедро с твоей стороны, но здесь сидит моя подруга Скай. А вот сзади свободно, там никто не сидит. – Я указала на последний ряд.
– Мадам сказала, что я должен сесть здесь, – он указал на мадам Мартин, которая обсуждала что-то со Скай у доски. Подруга в отчаянии посмотрела на нас, а потом покорно кивнула. В тот день, когда она пойдет против решения учителя, солнце зайдет навсегда.
– Я сяду с Грейс, – сказала она, подходя к нам. – Привет, – обратилась она к парню. – Я Скай.
– Извини, – улыбнулся он ей. – Я Виктор де Винтер. Если хочешь, я сяду сзади.
У меня открылся рот, когда Скай улыбнулась в ответ:
– Все в порядке.
– Но я не хочу сидеть рядом… – запротестовала я, но замолчала, когда мадам Мартин хлопнула в ладоши.
С ней шутки плохи. Так что я скользнула на свое место, стараясь держаться как можно дальше от самого грубого парня в мире, глаза которого теперь были прикованы к спине Скай. Грейс наверняка обрадовалась бы, если бы он сел с ней. Почему мне всегда не везет?
– Я хотела бы познакомить вас с новым одноклассником, – начала урок мадам Мартин. – Виктор де Винтер. Его мать француженка, и, надеюсь, он сделает наши уроки еще лучше. К сожалению, до окончания школы осталось всего несколько недель. Было бы хорошо, если бы он приехал к нам пораньше. Прошу вас поддерживать его в случае необходимости. Переезжать в чужую страну – это непросто.
Я понимала только каждое второе слово по-французски, но теперь, по крайней мере, знала, что права. Он сын профессора.
Мадам Мартин завела с ним разговор, и даже мне пришлось признать, что его мрачная внешность в сочетании с французской речью, звучавшей так естественно, заставляла сердца девушек биться чаще. Не мое, конечно, но всех остальных в кабинете. Мадам Мартин была в восторге и почти забыла про своих учеников. Все обаяние де Винтера было потрачено на нее. Ей было уже за пятьдесят, худая как палка, с тонкими темными волосами, завитыми в унылые кудри. Настоящую француженку я представляла иначе. Однако и Виктор не походил на француза, а скорее… на мистера Плохого парня. Дикий и непредсказуемый – вот первые прилагательные, которые приходили в голову при мысли о нем. Другие этого, кажется, не замечали. Мадам Мартин была не единственной, кто не мог оторвать глаз от его губ, и каждая девушка в кабинете наверняка хотела бы поменяться с ней местами. Я ничего не имела против.
Я взглянула на него сквозь завесу волос. Сегодня Виктор заплел свои густые волосы цвета меди в косу. Это сделало его лицо еще более суровым, чем на похоронах. На нем была белая рубашка с короткими рукавами, из-под которых выглядывали мускулистые плечи. На правом трицепсе виднелась татуировка, но я не могла разобрать, какая именно. В любом случае там был хвост. Значит, это змея или что-то подобное. Он окинул меня быстрым взглядом, продолжая со скучающим видом отвечать на вопросы мадам. Я смущенно отвернулась. Пусть не воображает о себе слишком много.
Благодаря ему мадам Мартин совершенно забыла, что хотела написать с нами тест, так что от его присутствия была хоть какая-то польза. Мое время на учебу и подготовку к экзаменам сокращалось до минимума. В конце концов, у меня имелись и более важные дела.
После уроков я собрала вещи и хотела уходить, когда Виктор окликнул меня.
– Проведешь мне небольшую экскурсию? – тягучий акцент в его голосе стал более заметным. Он что, может включать и выключать его, чтобы отвлекать девушек?
– Эээ… – я не могла придумать предлог, чтобы избавиться от него так быстро. Грубость была его сильной стороной, не моей. На его лице не отражалось никаких эмоций. Он, наверное, спросил бы у другой девушки, скажи я «нет». Зато так я смогу немного разузнать о его отце, глаза которого я никак не могла забыть. Те, что преследовали меня во сне.
– Почему бы и нет. У тебя уже есть расписание занятий? – Я перекинула сумку через плечо.
– Я должен забрать его попозже. Может, покажешь мне где. У меня сейчас окно.
– Без проблем.
Я показала Виктору здание школы, рассказала про самые важные помещения и спортивный зал. Он все записал, не задавая много вопросов.
– Здесь где-нибудь можно получить приличный кофе или чай? – Его серые глаза выжидающе смотрели на меня. Когда я кивнула, уголки его рта изогнулись в улыбке, которая ему очень шла. Может, стоит дать ему шанс.
Когда мы вошли в кафетерий, на нас все обернулись посмотреть. Мы стояли в очереди, и Виктор делал вид, что не замечает повышенного внимания. Наверное, он привык к этому. Неужели все французы так хорошо выглядят и так уверенно с этим справляются? Я взяла бутерброд с тунцом и колу. Сегодня утром позавтракать я не смогла. Виктор взял яблоко, кофе и бутылку воды. Немного напоминало фанатика здорового образа жизни. Он, должно быть, подумал, что я оголодала. Мы сели на наше со Скай любимое место, у стены в школьном дворе. Виктор молча откусил яблоко и начал жевать, внимательно оглядываясь. Он учился во многих школах? Во всяком случае, казалось, он не нервничал из-за того, что оказался в центре внимания.
Его белые зубы снова и снова впивались в плод. Я зачарованно наблюдала за его челюстью. Виктор и правда выглядел отлично, даже я не могла этого отрицать.
Парень повернулся ко мне и усмехнулся. От его внимания не ускользнуло, как я смотрела на него. Я смущенно укусила бутерброд, и тут же кусок помидора упал мне на юбку. Я вспыхнула и попыталась вытереть пятно, от чего стало только хуже.
Фрейзер подошел к нам.
– Это Виктор, – представила я его. – Он ходит на французский со мной и Скай. Я ему школу показываю.
Фрейзер только кивнул, в то время как запыхавшаяся Скай, которая как раз подбежала к нам, уставилась на него так, будто солнце наконец прорвалось сквозь облака после нескольких месяцев дождя. Лицо Фрейзера скривилось, словно он укусил лимон. Я не могла его винить. Если бы Кассиан так посмотрел на Опал, я бы разозлилась.
– Чем вы займетесь днем после школы? – спросил Виктор.
– Ничем особенным. – Не говорить же ему, что мы займемся магической реликвией, которая также интересовала темных колдунов.
Он приподнял бровь.
– По выходным всегда проходят концерты, – поспешно сказала Скай. – Или домашние вечеринки.
Как будто она ходила туда! Она всегда училась. Под это определение подходили разве что вечеринка у костра или ночевка у меня или у нее дома.
– Примерно так я себе это и представлял, – скучающе ответил Виктор.
– Где ты раньше жил? – У Фрейзера был такой вид, будто он хотел его разозлить.
– В Париже, – коротко ответил Виктор.