– Давно пора было указать этой тупой курице на ее место, – сказала Джейд.

– Не говори так о своей будущей невестке! – проворчал Кассиан ей в ответ.

Джейд немного засмущалась.

– Только не надо мне об этом напоминать, и так тошно.

Я закрыла глаза. Если эти двое сейчас начнут ссориться у всех на виду, день достигнет дна.

– Мы действительно не можем выходить отсюда? – спросила я у Лориса.

Тот покачал головой.

– Дэмиан тоже разместил на территории собственную стражу, – тихо сообщил он. – Якобы боится, что молодых колдунов обидят. Майрон не хочет, чтобы вы с ними сталкивались. Они еще более зловещие, чем наши новички.

– Что-что он сделал? – переспросил Рубин. – Почему Совет это допустил?

– Он счел несправедливым, что здание охраняют только эльфы и теоретически его стражники должны подчиняться Рэйвен.

Виктор горько рассмеялся.

– Они не будут подчиняться женщине.

– Совет не мог отказать ему в этом, – продолжил Лорис, не отвечая на возражения Виктора.

– Хорошо это не закончится, – сказала Солеа. – Лучше бы я осталась в своем кусте.

Я приобняла ее за плечи, желая утешить, но она лишь покачала головой и ушла. Нам не осталось ничего, кроме как разойтись по комнатам.

Ужин, состоявшийся часом позже, сопровождался почти громогласным молчанием. Трое колдунов не сочли нужным к нам присоединиться, хотя присутствие на ужине считалось обязательным. Однако никому из нас не хотелось им об этом напоминать.

Я заползла в свою кровать, чувствуя себя разбитой, пока Виктор и Скай продолжали взволнованно переговариваться друг с другом.

Ночью я не сомкнула глаз, поэтому, когда мы с Рубином отправились к Мойре, выглядела весьма помятой. Он шел впереди, а Джоэль следовал за нами по пятам. С моей стороны было наивно не воспринимать всерьез опасность, в которой я находилась, пока печать находилась в моем распоряжении. Однако теперь я все осознала. Аваллах до этих пор казался мне островом блаженства, где Дэмиан не имел надо мной никакой власти. Еще не так давно я была потрясена тем, что кто-то из учеников толкнул меня в огонь в вечер Самайна. Я была не только наивной, но и глупой, учитывая, что это вполне могли сделать Рубин и Виктор. Но этим двоим я доверяла, не хотела верить, что они могут так поступить. И теперь, когда Дэмиана в его усилиях, направленных на достижение равноправия, поддержали представители других народов, я понимала, что появилось гораздо больше людей, охотно отправивших бы меня обратно в Дом желаний. Мойра должна помочь мне сориентироваться в этой неразберихе. Она знала гораздо больше, чем была готова признать.

Путь к маленькой гадалке казался мне сегодня бесконечно долгим. Мы снова и снова натыкались на фигуры в черных плащах, и с каждым разом мне становилось чуточку холоднее. Я не стану проходить курс, который будет преподавать кто-то из этих парней.

Джоэль придвинулся ближе.

– Тебе не нужно их бояться. Они не причинят тебе здесь вреда.

Эта фраза звенела в моих ушах. А что, если я покину замок? Смогу ли пойти куда-нибудь, не опасаясь Дэмиана де Винтера и его последователей? Ответ был простым и понятен – да, не смогу. Мне не хотелось, чтобы кто-то еще погиб из-за меня: я должна ускориться и унести печать. Я в ярости поджала губы. Речь шла не только о моей безопасности, но и о безопасности моих друзей. С моей стороны было эгоистично придерживаться теории, в которую верила лишь я одна. Мерлин и Элизьен неоднократно давали мне понять, что Грейс давно мертва. Дом желаний забрал ее с собой, а печать ее не вернет. Я всеми силами удерживалась от того, чтобы прикоснуться к маленькому камешку, спрятанному под свитером на моей груди. Не манипулировал ли он мной? Неужели я была не так уж невосприимчива к его силе, как я полагала?

Я вздохнула, когда мы подошли к ведущему к Мойре коридору.

– Здесь вы в безопасности, – сказал Джоэль. – Я оставлю охрану у входа и лично вернусь за вами через час.

– Спасибо, Джоэль. Очень мило с твоей стороны, – отозвалась я, собираясь последовать за идущим впереди Рубином. С завтрашнего дня Мойре больше не разрешалось вести курсы, и меня это огорчало. Почему ничего не может остаться как прежде? Я буду наслаждаться последним уроком с ней и продолжу навещать ее время от времени после.

– Элиза! – выкрикнул Джоэль. Смущенный, он почесал за ухом. – Ты не знаешь, какой сегодня утром курс у Джейд?

Я на мгновение округлила глаза от удивления.

– Я просто не хочу, чтобы она попала в руки стражников Дэмиана, – объяснил он. – Ты знаешь, как она неосторожна.

– Она будет внимательней, – я успокаивающе кивнула. – Утром у нее ничего нет, а потом она идет на курс Мерлина с Солеей.

Джоэль кивнул.

– Спасибо. Я пришлю кого-нибудь, чтобы он сопровождал их обеих. Будь добра, не говори ей о том, что я беспокоюсь. Чтобы она не подумала, что…

– Я ничего не скажу, – перебила его. – Ты просто делаешь свою работу. Я понимаю.

– Точно, делаю свою работу. – Он поспешно развернулся и ушел. По пути он рыкнул на эльфа, который, по его мнению, был недостаточно внимателен, а затем направил его в коридор, где по-прежнему стояла я. Судя по всему, Джоэль был немного растерян.

– Ты идешь? – крикнул Рубин. – Мойра уже ждет нас.

– Да, конечно, – пробормотала я.

У нас было не так много времени, и мы должны были воспользоваться им по полной. Кто знает, вдруг Дэмиан все же решит выгнать Мойру? Я попыталась поскорее отогнать эту мысль. Было слишком много вещей, о которых я беспокоилась. Майрон не стал бы подвергать Мойру опасности.

– Мне только кажется или сегодня здесь прохладнее, чем обычно? – спросила я, потирая свои руки, у Рубина после того, как направилась за ним.

Он не ответил, а зашагал только быстрее. Почему столько факелов не горело? Скорее всего, феи погасили их ночью, но не успели зажечь снова.

Рубин остановился и повернулся ко мне.

– Тебе лучше подождать здесь. – Его голос дрожал, и он побледнел.

– Почему? – обеспокоенно поинтересовалась я, вставая на цыпочки, чтобы посмотреть, что происходит позади него. Но он закрыл мне обзор, и я не могла ничего разглядеть.

– Пожалуйста, Элиза. Поверь мне.

Я подняла руки и сделала шаг назад.

– Хорошо, – ответила я, чувствуя себя неспособной на нечто большее. Что-то было не так. Несмотря на холод, я чувствовала, как по всему моему телу проступает пот.

Рубин свернул за угол, и я, дрожа, прислонилась к каменной кладке. По моим конечностям пробежал ледяной холод. В подвале, конечно, и так всегда было холоднее, чем в остальном замке, но этот холод казался другим. Он пронизывал все вокруг, завладевал мной, и казалось, что я больше никогда не согреюсь. Кончики моих пальцев побелели, а ноги будто вросли в землю, но тем не менее я оттолкнулась от стены и пошла вперед. Я должна была увидеть Мойру и вывести ее отсюда. Она не может оставаться внизу. Она замерзнет. Чем ближе я подходила к ее комнате, тем холоднее мне становилось, хотя это казалось попросту невозможным. Тонкий слой льда покрывал стены и пол. Рубин не двигался, замер в дверях.

– Рубин? – Мои зубы стучали так сильно, что я и слова не могла произнести.

Он повернулся, словно в замедленной съемке. На его бровях висели белые кристаллы льда.

– Ты не должна была этого видеть, – сообщил он. Его губы посинели, а влага в его светлых волосах застыла маленькими сосульками.

Я из последних сил рванула к нему. Зрелище, открывшееся мне, я не забуду никогда.

Все выглядело так же, как и во время моего последнего визита, однако мебель, стены и остальные вещи были покрыты толстым слоем льда. Даже пламя в камине замерзло. Мойра сидела в своем кресле, широко раскрыв рот и глаза. У маленькой гадалки не было ни единого шанса. Глаза ее все еще были темными, но все остальное заволокло белизной. Слой льда покрыл ее изуродованное тело. Смерть таки настигла ее. Я не могла не вскрикнуть. Картина было просто ужасная.

Позади нас что-то грохнулось, и мы обернулись. Мне на ноги выплеснулась горячая вода, которая тут же замерзла, а у стопы валялся поднос. Чайник и чашки, рассыпавшись на тысячи осколков, лежали среди расколотого печенья. Моргайна стояла в слое льда на полу на коленях. Она посмотрела на нас, закатила глаза и рухнула на пол. На ее нежных крыльях образовались трещины.

Этого не должно было случиться. Только не Моргайна!

– Мы должны унести ее отсюда. Ее крылья ломаются на морозе, – сказала я Рубину, который все еще стоял на том же месте, словно парализованный.

Я осторожно подняла Моргайну на руки и накинула на нее свой кардиган. Не то чтобы это сильно помогло. Вся моя одежда была покрыта тонким слоем льда, который с бешеной скоростью распространялся по всему моему телу, захватывая все и вся. Рубин наконец посмотрел на меня.

– Я этого не хотел.

– Что ты имеешь в виду? Это ты сделал? – Я не смогла уловить ни одной ясной мысли. Мой мозг медленно, но верно замерзал, и его, видимо, тоже. Я взяла его за руку.

– Идем. – Он не мог быть настолько хорошим актером, чтобы сначала устроить весь этот хаос, а теперь быть потрясенным этим. Позже я выясню, что он имел в виду.

Я потащила его за собой. Каждый шаг обжигал мне ноги. Моргайна на моей руке, казалось, с каждой секундой становилась все тяжелее, хотя она была такой крошечной. «Мойра мертва», – безостановочно пульсировало в голове. Кто сделал это с ней? Кто мог быть настолько жестоким? Ответ я, конечно же, знала. Я убила бы его за это. Это так просто не оставят. Такого конца девушка, которой столько всего пришлось пережить, не заслуживала. Ярость еще некоторое время подпитывала мои силы, чтобы двигаться вперед, но этого было недостаточно – выход был слишком далеко. Мои колени подогнулись, и я рухнула, в последний момент не позволив Моргайне выскользнуть из рук. Фея больше не шевелилась. Мне кажется или лед будто полз вслед за нами? Я была готова поклясться, что так далеко он раньше не заходил.