– Для этого Зевсу сначала нужно его поймать. Он превратился в змею.

Аполлон присвистнул.

– Дары Метиды и Зевса объединились в их сыне.

– Почему он считается лишь легендой?

– До сих пор его никто не видел.

– Мне показалось, что Кейден хорошо знал его, – возразила я, помешав трубочкой коктейль. – Агрий говорил странные вещи: о пророчестве, о том, что он хочет свергнуть Зевса. Ему же это не под силу, да?

– Он как минимум попытается. Наверно, он очень зол. История с Метидой и Зевсом наделала тогда много шума. Зевс просто слишком остро отреагировал. Он не должен был проглатывать Метиду, но, между нами говоря, я думаю, что это ошибка.

– Почему вам известно об этом Агрии, если он якобы не родился?

– Это сложно.

– Думаю, если ты объяснишь мне все очень медленно, то я пойму. – Я подбадривающе улыбнулась Аполлону. Он не избавится от меня, пока я не узнаю детали.

Видимо, он заметил мою решительность.

– Каждому богу и титану известно о проклятии Кроноса. Это сложновато держать в секрете. Хотя никто не знает, какой из сыновей Зевса его свергнет. – Он постучал чайной ложкой по столу. – Прометей сам виноват. Его проклятое любопытство привело его на скалу. И упрямство.

– Не поняла. Он выяснил, о каком сыне идет речь?

Аполлон кивнул.

– Втайне ото всех спросил у Дельфийского оракула. Даже Зевс на это не отважился из страха получить ответ. Ты наверняка знаешь, что оракул отвечает на вопрос лишь один раз. Скорее всего, Прометей не ожидал, что именно Метида окажется матерью того сына. И знание это подвергло его опасности. Понятия не имею, простит ли его когда-нибудь отец за то, что он предал Метиду.

– Но почему он предал ее? Не мог же Зевс вечно удерживать его на той скале?

– Вечно, наверное, и нет. – Аполлон устремил взгляд вдаль. На его лице отразилась непривычная серьезность. – Я бы не вынес и половины того времени, что смог он. Зевс его перехитрил. Пообещал исполнить заветное желание, если взамен Прометей назовет имя. Так он и сломал его. Когда Прометей согласился, Зевс позволил своему сыну Гераклу убить орла и разрушить цепи.

Мне вспомнилась татуировка орла у Кейдена под грудью. Невзирая на жару, спина покрылась мурашками.

– Мы думали, шумиха уляжется после того, как Зевс проглотил Метиду. Очевидно, мы ошиблись. Агрий пойдет на все, чтобы исполнить свое предназначение. На Олимпе словно ад разверзся. Там царит такой хаос, пока Зевс торчит здесь. Единственный, кто рад происходящему, – это Арес. Он давно мечтает об очередной настоящей войне.

– Какое заветное желание загадал Прометей? Зевс его исполнил? – полюбопытствовала я, хотя меня это, вероятно, не касалось.

– Нет. Но про желание, я тебе, увы, рассказать не могу.

– Где Агрий находился все это время? – задала я следующий вопрос. После обязательно выясню, чего пожелал Прометей.

– Судя по всему, Метида спрятала младенца от Зевса. И просить о помощи она могла лишь одного. Того, чьим долгом было позаботиться о ее сыне. Она поручила своему возлюбленному Иапету вырастить ребенка. В голове не укладывается, что у него получилось так долго скрывать его. Если честно, боги и титаны чертовски болтливы.

– Поэтому он назвал Кейдена своим братом, – добавила я.

– Скорее всего. Тебе не показалось, что они ладят? – напористо спросил Аполлон.

– Наоборот. Кейден терпеть его не может.

– Наконец-то он проявляет благоразумие. И тем не менее Агрий попытается заставить Прометея присоединиться к нему.

– Может, Агрий провоцирует Зевса, чтобы тот признал его своим сыном?

Аполлон жалостливо взглянул на меня, услышав столь глупый комментарий.

– Свержение Зевса – задача, к которой Агрий готовился много веков. Некоторые титаны не простили Зевсу того, что он лишил их власти. Мир, пусть и шаткий, продлился довольно долго. Скорее всего, многие из них изголодались по войнам и крови.

– Агрий утверждал, что когда он покончит с нами, то камня на камне не оставит в этом мире. Как со всем этим связаны мы, люди?

– Он так сказал? – настороженно посмотрел на меня Аполлон. – Такими же словами?

Я пожала плечами.

– Да. Разве Кейден не сказал об этом Зевсу?

Аполлон запустил руки в волосы.

– Кейден мало чего рассказал. Если бы он, испугавшись за тебя, не проболтался Афине, мы бы даже не узнали, что Агрий жив. Нам неизвестно, какими еще способностями он обладает. Но это явно не пустые угрозы. – Аполлон допил свой уже растаявший к тому времени коктейль, встал из-за стола и потянул меня за собой. – Нам ни в коем случае нельзя его недооценивать.

– Что ты задумал?

– Мы поговорим с Зевсом и Герой. Ты подробно им обо всем расскажешь. По версии Кейдена, Агрий был не очень разговорчив и не особо опасен. Зевс должен немедленно узнать об угрозе. Этот глупый титан считает, что держит все под контролем. Иногда я жалею, что Зевс не оставил его плесневеть на той скале.

Я пихнула Аполлона в бок.

– Не говори так.

Тот раздосадованно посмотрел на меня.

– Одно дело – связываться с богами, но впутывать в это людей – совсем другое.

– А что он может сделать? Наслать семь язв? – попробовала пошутить я.

– Боюсь, их было больше семи. – Аполлон не засмеялся, лишь ускорил шаг, и я с трудом поспевала за ним.

– Что от тебя хотели волки? – через пару минут спросила я, тяжело дыша. Аполлон вел меня по дорожке, по которой я ни разу не ходила.

– Калхас должен выследить Агрия и предупредить нас, если он объявится. Но Альбинос исчез. Этот трус прячется.

– Кто из них Калхас?

– Белый.

– Разве Калхас не был провидцем?

– Ага, я позволил ему жить в волчьем обличье.

– Как любезно с твоей стороны.

Аполлон усмехнулся.

– Я тоже так думаю. Он предан мне.

– Волки тоже бессмертные? – поинтересовалась я.

– Иначе это не стоило бы усилий, – ответил он, как будто это самая логичная вещь на свете.

– Конечно, прости. Я сглупила.

– Ты не глупа. Совсем наоборот. Я никогда еще не встречал такой храброй и умной девушки. Неудивительно, что Кейден… – Он осекся.

Смутившись, я ткнула его в бок.

– Не преувеличивай, – сказала я.

Аполлон покачал головой.

– Раньше девушки приходили в восторг, когда я осыпал их комплиментами.

– Раньше девушки зависели от благосклонности мужчин, – парировала я.

– Ах, но не сейчас? Наблюдая за здешними порядками, можно подумать, что жизнь некоторых девушек зависит от того, завоюют ли они чью-то симпатию или нет. Вас в любом случае застенчивыми уже не назовешь.

– Кто-то из них тебя достает? – поддразнила его.

– И не одна, – заявил он. – Мне постоянно приходится скрываться, чтобы меня хоть ненадолго оставили в покое.

Я расхохоталась.

– Почему бы не начать с кем-то встречаться? Наверняка есть девушка, которая тебе нравится. Тогда, возможно, от тебя все отстанут.

Аполлон, не сбавляя шага, склонился чуть ко мне.

– Никому не говори, но любовь – не для меня. Я скорее одинокий волк.

– Серьезно? Да ты надо мной прикалываешься. – Я напряженно вспоминала, что мне известно о личной жизни Аполлона.

Тот пожал плечами.

– Мне не везет с женщинами. Бедняжка Дафна, к примеру, по сей день остается лавровым деревом, и виноват в этом только я. Мне пришлось пообещать отцу не ввязываться в неприятности, иначе он бы меня с собой не взял.

Я успокаивающе положила руку ему на плечо и решила сменить тему.

– Кстати, каково это – быть бессмертным? – спросила я, вынуждая его идти помедленней. – Разве в какой-то момент не приходит осознание того, что ты сделал все что мог? Не становится скучно?

– Точно не мне, – ответил Аполлон. – Но за остальных богов отвечать не могу. – Он сделал небольшую паузу. – Мы не ведаем другой жизни. У тебя была бы совсем иная ситуация. Представь, ты бессмертна, а все люди, которых ты любишь, – нет. Рано или поздно ты останешься одна.

– Не очень-то воодушевляет, – согласилась я. – Но я бы знала, что произойдет дальше. Не застряла бы на этом крошечном отрезке истории. Смогла бы познакомиться с новыми людьми.

– И потерять их. Снова и снова. Дорогих тебе людей. Они будут стареть, а ты – нет.

– Зануда, – проворчала я. – Почему ты все выставляешь в таком неприглядном свете? Ты ведь тоже бессмертный и недавно утверждал, что, по-твоему, это классно.

– Ну я же бог. В моем мире другие законы. Если бы ты стала бессмертной среди смертных, однажды просто сошла бы с ума.

– Не сошла бы. Я бы использовала это по максимуму.

Аполлон предпочел промолчать в ответ, а я – представлять свое бессмертие в самых ярких тонах.

XIII

XIII

Записки Гермеса

Пришло время кому-то проявить инициативу. Потому что Зевс впал в своего рода оцепенение. Он даже не появлялся на Олимпе. Никто из нас не знал, что произойдет дальше. Я пытался подсчитать, сколь долго между богами не возникало разногласий. Кажется, целую вечность. Неудивительно, что отец понятия не имел, как справиться с подобной ситуацией. Возможно, пора более молодому богу забрать власть в свои руки.

Я бы возложил это на Прометея. Несмотря на свои ошибки, он самый умный мужчина, которого я когда-либо знал. Ему удастся как-нибудь взять происходящее под контроль, если он, конечно, перестанет думать только о себе.

Прометей пользовался большим уважением как среди титанов, так и среди богов. Естественно, ему придется отказаться от своего нелепого желания стать смертным.

Агрий непредсказуем, и у него были столетия для составления плана, как свергнуть Зевса и всех нас.