* * *

На обочине дороги показался белый волк. Мы с Аполлоном к тому моменту уже сильно отдалились от лагеря. Зверь подошел и потерся головой о мою ногу.

– Предатель, – пробурчал Аполлон, лукаво мне улыбнувшись.

Я погладила волка по мягкой шерсти. Чуть дальше от нас из кустов вышел черный волк. Он приблизился к Аполлону и внимательно посмотрел на меня, а затем перевел взгляд на деревья.

– Кому еще ты позволил жить в обличье волка?

– Это Кассандра. Одаренная прорицательница. Было бы глупо дать ей умереть.

– Ты очень великодушен.

– Можешь не тратить на меня свой сарказм, – отозвался бог и почесал Кассандру по голове. – Я поступил с ней несправедливо, но она все простила и любит меня. Сейчас. – Последнее слово в устах обычно невозмутимого Аполлона прозвучало несколько печально и слишком серьезно.

Кассандра Троянская отвергла его, если я не ошибаюсь. В наказание Аполлон проклял царевну, чтобы никто больше не верил ее пророчествам. Это ознаменовало падение Трои. Я задумалась, известны ли мне еще какие-нибудь легенды об Аполлоне. Похоже, с женщинами ему действительно не везло.

Перед нами предстала поляна. В тени высоких сосен стоял огромный белоснежный деревянный дом. Он оказался примерно в три раза больше домика, в котором я жила вместе с Робин и Афиной. Темно-зеленые ставни защищали комнаты от горячего воздуха. Веранда прилегала к первому этажу. В кресле-качалке на крыльце сидела миссис Росс и читала книгу. Заметив нас, она отложила ее в сторону и встала. Сегодня на ней была надета свободная пестрая туника, а густые блестящие волосы свободно ниспадали на спину. Мы пересекли небольшую лужайку и поднялись по деревянным ступеням.

– У тебя гости, Аполлон?

Он поцеловал ее в щеку.

– Зевс вернулся?

Если миссис Росс и удивилась, что я в курсе, кем был мистер Росс на самом деле, то не подала виду.

– Нет, но я жду его с минуты на минуту. Проходите.

Поколебавшись, я последовала за ней. Одно дело – находиться в лагере с самим Аполлоном. И совсем другое – проводить время с двумя богами в уединенном домике в лесу. На курсах миссис Росс вела себя дружелюбно, но держалась на расстоянии от других обитателей. В отличие от мистера Росса, который часто появлялся в лагере и по вечерам, она никогда не бывала там вне занятий.

Я снова неуверенно оглянулась. Волки разлеглись на веранде и тяжело дышали, высунув языки. Судя по всему, они тоже плохо переносили жару. Калхас подбадривающе мне подмигнул, и я решила довериться богам.

Даже с открытыми окнами в доме царила приятная прохлада. Удобные диваны располагались перед большим, выложенным из камня камином, в котором лежало несколько обгоревших поленьев. Гера провела нас через гостиную в не менее просторную кухню. Разглядывая гигантскую газовую плиту в ее центре, я спросила себя, умеют ли боги готовить.

– В конце концов, нам тоже надо что-то есть, – расплылась в улыбке Гера. Оставалось надеяться, что боги не могут читать мысли. – Не можем, – ответила она на мой второй незаданный вопрос. – Однако твое лицо как открытая книга.

Я, смутившись, отвернулась.

Аполлон усмехнулся.

– А чего ты ожидала? У нее было достаточно времени, чтобы изучить людей. Хотя ты в самом деле не умеешь скрывать эмоции.

– Большое тебе спасибо. – Надо будет поработать над покерфейсом.

– Прекращайте спорить и садитесь за стол.

Аполлон подтолкнул меня к кухонному уголку. Я села, и он развалился рядом со мной.

Гера налила в два стакана какой-то прозрачной жидкости из графина и бросила туда по паре кубиков льда.

Я недоверчиво принюхалась. Пахло безобидной мятой и лимоном. Чтобы не показаться невежливой, я пригубила напиток.

– Я не собираюсь тебя травить, – произнесла богиня. – Просто хотела проявить гостеприимство. Раньше эта человеческая добродетель высоко ценилась.

– Вероятно, с тех пор прошло очень много времени, – уклончиво ответила я. – Сегодня мы с большей осторожностью впускаем в свой дом незнакомцев.

– Примерно так я и думала. Тебе нравится в лагере? – сменила она тему.

– В целом да.

– Я слышу «но».

– Меня немного выбивают из колеи странные вещи, происходящие здесь. – И я влюбилась в парня, который и слышать обо мне не желает, запал на мою подругу и, ко всему прочему, является титаном.

Гера понимающе кивнула.

– Некогда люди считали наше существование абсолютно естественным. И не подвергали все сомнению.

– Значит, кое-что теперь изменилось. Это влияет на вас?

– Что вы больше в нас не верите? О небо, нет. Хотя людей вообще не должно было существовать.

– Простите, кажется, я на секунду об этом забыла.

– Извини, прозвучало невежливо, но тебе наверняка известно, что нам всегда было трудно оправдывать ожидания людей. От нас вечно кто-то что-то требовал… Я просто рада, что это закончилось. Мне хватает перемены настроений богов, нимф и титанов. Наш мир достаточно заселен. Для меня и Зевса стало облегчением, что больше не нужно заниматься проблемами людей. Если бы Прометей не настаивал на той идиотской сделке, мы бы и не думали приходить к вам.

– На какой сделке?

Аполлон нарочито громко кашлянул.

– К сожалению, мне нельзя рассказывать. – Гера взмахнула рукой. – Как бы сильно я ни хотела положить конец этой ерунде. Но я дала обещание Зевсу.

Снаружи донеслись шаги, и я услышала голос Афины. Вскоре она вместе с Зевсом появилась на кухне. Зевс удивленно взглянул на меня. Видимо, не каждый день у него на кухне находились человеческие девчонки.

– У нас гости? – с изумлением спросил он. – Тебе уже лучше?

Я смогла только кивнуть, потому что у меня пропал дар речи. Фигуру Зевса окружало слабое золотистое сияние. Незаправленная белая рубашка была поверх джинсов, и в кругу семьи он выглядел гораздо моложе и будто бы… божественнее.

– Ты не против? – встревоженно уточнил он. – Я могу вернуть более человеческий вид. – Свечение немного потускнело.

Я замотала головой.

– Нет, все в порядке.

– Спасибо. Я напрочь забыл, как тяжело целыми днями следить за тем, чтобы люди не заметили, как мы от них отличаемся.

Он остановился рядом с Герой и поцеловал ее. Богиню теперь словно окутала невесомая серебристая вуаль. Я перевела взгляд на Афину и Аполлона, которые тоже светились. Афина казалась такой красивой, что у меня едва не перехватило дыхание.

– Джесс нужно рассказать вам кое-что важное, – безо какого-либо предисловия объявил вдруг Аполлон.

Зевс выдвинул стул и сел. Гера налила ему и Афине воды с лимоном.

– А где Кейден? – сперва спросила я, не уверенная, будет ли он возражать, если я перескажу Зевсу его разговор с Агрием. С другой стороны, он мне этого и не запрещал.

Афина и Зевс обменялись взглядами.

– Он плавает с Робин, – ответила Афина.

Я сделала глубокий вдох. Меня это не волнует. Пусть купается с кем хочет.

Гера улыбнулась, посмотрев на меня, и я начала расслабляться.

– Лицо «любящей бабушки» она делала еще в те времена, когда пела мне перед сном колыбельные, – шепнул Аполлон.

Черты лица Геры незаметно изменились, и внезапно она превратилась в потрясающе красивую женщину.

– И это всегда помогало. Ты спал как младенец. Даже родная мать не могла успокоить тебя так быстро.

– Лето тебе в подметки не годится, – польстил ей Аполлон.

Гера снова улыбнулась.

– Рада, что ты так считаешь. Она никогда не упускала шанса покритиковать меня за спиной.

Зевса, казалось, ничуть не беспокоило, что жена так откровенно обсуждает с рожденным от любовницы сыном его мать.

– Она хотела, чтобы Зевс принадлежал только ей, – пояснила Гера и положила ладонь на плечо супруга. – Разумеется, я не могла это допустить. Лето пришла в ярость, когда Зевс сказал ей, что я единственная женщина, которую он будет любить до скончания времен. Ослепленная гневом, она распустила слух, будто я собираюсь убить ее и ее детей. Просто смешно. Я даже посылала Афину помочь ей при родах, люблю Аполлона и Артемиду как собственных детей.

Зевс ласково похлопал ее по руке.

– Не заводись, моя дорогая. Мы очень ценим твое доброе сердце.

– Вы – да. А Джесс знакома лишь с невообразимыми историями обо мне, что ходят среди людей. Я там обычно предстаю не в лучшем свете.

Мне показалось или у нее в глазах блеснули слезы? Гера отвернулась и завозилась у холодильника. Несколько минут спустя на столе стоял сочный лимонный пирог. Когда Аполлон потянулся за куском, она шлепнула его по руке.

– Сперва угощают гостей.

– Прости. – Аполлон умоляюще взглянул на меня. – Бери скорее. А то я умру от голода.

– Ты недавно выпил два шоколадных коктейля. От голода ты точно не умрешь.

– Знаешь, как сложно постоянно поддерживать человеческий облик?

– Не знаю. – Я взяла кусок пирога и откусила. Он таял на языке, а лимонный вкус оказался просто идеальным. – Очень вкусно, – пробормотала я с набитым ртом.

Гера просияла и разрешила остальным угощаться. За пару секунд с тарелки исчезло все до последней крошки.

– Надо было отложить Прометею. – Гера покачала головой.

– Кто не успел… – начал Аполлон, смахивая крошки со рта. Одного взгляда мачехи хватило, чтобы он виновато поднял руки.

– Это любимый пирог Прометея, – объяснила она и пожала плечами. – Значит, испеку завтра еще один.

– Может, перейдем уже к более насущным вещам, нежели лимонные пироги? – предложил Аполлон, чем заработал осуждающий взгляд Геры.

– Мы гостеприимны. Всегда такими были, – поучительным тоном сказала она ему. – И нет никаких причин что-то менять прямо сейчас.