Мой взгляд перемещается с них на генфина.

Того, кто обвинил меня в нападении на его остров, того, кто угрожал мне. Он холодно смотрит на меня, и я вижу вызов в его глазах, словно он ждет, что я не сдамся принцу и не сохраню их жизни.

– Ну? – говорит принц Эльфар, вновь привлекая мое внимание. – Что будем делать? Должен ли я отдать приказ убить всех, чтобы ты смогла попытать счастье стрелой? Будешь ли ты настолько эгоистична, чтобы рискнуть? Или воспользуешься тем небольшим интеллектом, который у тебя есть, и пойдешь со мной?

Стрела в моей руке внезапно кажется тяжелее, чем любая другая во всех мирах, и я сгибаюсь под тяжелым бременем выбора. Было бы так приятно послать ее принцу в лицо, но я не могу. В этой игре мне не победить, и мы оба это знаем.

В глазах принца плещется удовлетворение, когда он видит на моем лице поражение.

Я не оглядываюсь на своих ребят. Я не могу. Даже когда они выкрикивают мое имя. Даже когда Чосел открывает портал. Даже когда принц тянется вперед и хватает меня за руку.

Я просто роняю стрелу и падаю в портал.

Глава 48

Глава 48

Мы приземляемся на секретном острове принца.

Я понимаю это благодаря описанным Лекс посевам. Я сразу же замечаю их слева, и она была права, за ними явно ухаживают.

На острове, как я могу судить, все еще находится несколько сотен солдат, и это показывает, насколько велика сила принца. Ему даже не пришлось посылать всех солдат, чтобы полностью уничтожить наши войска.

Солдаты принца стоят, идеально выстроившись и глядя прямо перед собой. Ни одна голова не поворачивается в нашу сторону, когда мы появляемся, и я не вижу ни одного двигающегося и производящего хоть какой-то шум фейри. Кажется, они даже дышат одновременно. Я хмурюсь, наблюдая за ними.

Что-то очень, очень неправильно.

Тут мое внимание привлекает движение, я поворачиваюсь и вижу короля Белуара, который возвращается с посевов. Ему помогают два фейри, он опирается на них. Еще ниже стоит очередь солдат, ожидающих напитка. Сначала я думаю, что это вода, и смотрю, как солдаты подходят один за другим, чтобы выпить полный ковш жидкости. Но когда я вижу, как подвозят тачку с листьями и парной водой и сливают все в огромную бочку, то понимаю, что это не вода – это чай. И листья – те самые чайные листья с посевов.

– Давай, ламашту, – слышу я, и мое внимание переключается на Окота, которого подгоняет Гаммон.

Когда Гаммон дотрагивается до него, Окот рычит, и это его первая замеченная мной эмоция. Окот ударяет кулаком в лицо Гаммона, отчего страж отлетает назад.

Чосел воздвигает между ними барьер, прежде чем Окот успевает напасть снова, и тот ударяет по барьеру кулаком, разъяренный и желающий добраться до Гаммона.

– Хватит, – говорит принц. – Ламашту, отступи.

И тут же тело Окота дергается, а кулаки опускаются к бокам. Гнев уходит с его лица, и он снова выглядит хладнокровным.

Я перевожу взгляд с Окота на клинок Белуара, который он сжимает, на солдат с ничего не выражающими лицами, на короля, на посевы, на чай, и все встает на свои места. Я закрываю рот рукой, мои глаза расширяются от шока.

– О, боги!

Я знаю, что сделали король и принц. И от этого ошеломляющего понимания кружится голова, пока разум не останавливается на одной мысли. Окот.

Прежде чем я успеваю высказать эту мысль, портал, все еще открытый, внезапно вспыхивает. В следующее мгновение я понимаю, что через него проводят моих ребят и Белрена. Все они в железных цепях, а Ронака перекинули через спину лошади, и он не шевелится.

– Ронак! – Я пытаюсь добраться до них, но мои собственные стражи крепко держат меня.

– Он в порядке! – кричит мне Силред. – Просто вырубился.

Лицо Силреда опухшее и окровавленное, у Эверта похожие травмы.

– Чесака. Исчезни, – приказывает Эверт, но принц только смеется.

– Исчезнешь, и они умрут. Как ты думаешь, почему я взял их с собой? – спрашивает принц Эльфар, его льдисто-голубые глаза смотрят на меня. – Они здесь, чтобы дать тебе должный стимул.

– Не причиняйте им вреда, – говорю я, мой тон находится где-то между предупреждением и мольбой.

– Это будет полностью зависеть от тебя.

Боги, как я его ненавижу.

– Эльфар!

Все оборачиваются, чтобы посмотреть на выходящую из портала принцессу. Под носом и на лифе платья у нее все еще видна кровь.

– А. Моя жена, – с ухмылкой говорит принц, направляясь к ней.

Я недоуменно вскидываю брови, когда он подходит к ней и целует в щеку. Он отстраняется и гладит ее по голове, как собаку.

– Отличная работа, женушка. Твои актерские способности поразительны, – он поглаживает засохшую кровь над ее губой. – Ужасно сожалею о барьере. Это нужно было сделать, ты же знаешь.

Она сжимает пурпурные руки в кулаки.

– Ты напал на мой родной остров. Мы об этом не договаривались. Ты подверг мою семью опасности! Ты сказал, что не будешь убивать без необходимости!

Принц Эльфар просто пожимает плечами, ее гнев ничуть не смущает его.

– Я хотел сделать этот ход на доске. Ты знаешь, что я люблю хорошие сюрпризы. Помогает держать других игроков в напряжении.

Принцесса качает головой, на ее лице видны слезы ярости.

Белрен переводит взгляд с одного из них на другого, недоверчиво качая головой.

– Нет… Это… Это невозможно. Ты не могла… Сура?

Она смотрит на него, и ее лицо сразу же мрачнеет, отягощенное виной.

– У него в руках Бенисия, – отвечает она, как будто это может смягчить ее предательство.

Лицо Белрена становится суровым.

– Как давно ты нас обманывала?

– Белрен…

Все его тело напрягается от ярости.

– Как. Долго? – цедит он сквозь стиснутые зубы.

– Четыре недели. В ту ночь, когда он схватил меня, он дал мне выбор. Я должна была рассказать о планах восстания, или он убьет Бенисию, – признается она, и я смотрю, как по ее лавандовой щеке скатывается слезинка.

– Ты обманула нас всех, – говорит он, его голос скрывает потрясение, которое он испытывает. – Ты подписала нам смертный приговор.

– Я была вынуждена! – возражает она, впервые подняв на него глаза. – Я не могла позволить ему убить ее.

Я прижимаю ладони к глазам. Этого не может быть.

– Моя сестра возненавидела бы тебя за такой выбор, – рычит Белрен. – Она жила, истекала кровью и дышала ради этого восстания; боролась с этим монстром, который просто использует фейри, играя с нами, как с фигурками на доске, и выбрасывая, когда надоест.

– Ты бы предпочел, чтобы я позволила ей умереть? – с вызовом спрашивает принцесса. – Твоей собственной сестре?

– Я бы предпочел, чтобы ты поступила по чести! – кричит он ей в ответ, вырываясь. – Я бы предпочел, чтобы ты сказала мне. Я мог бы помочь, Сура. Я всегда помогал тебе, даже когда ты бросила мою сестру, чтобы выйти замуж за гребаного принца.

Сура вздрагивает.

– Я сделала это, чтобы помочь восстанию.

– Это то, в чем ты сама себя убедила. Но я думаю, тебе нужен был статус. Ты разбила ей сердце, бросив ее. Неудивительно, что она сбежала.

Принц Эльфар усмехается.

– Да. И я поймал ее. С тех самых пор она у меня. Она ужасно интересный собеседник.

Белрен практически пылает от ярости.

– Я убью тебя, если ты причинил ей вред.

Ухмылка принца не меркнет.

– Я бы с удовольствием посмотрел на твои потуги.

Я уверена, что он серьезно. Вот настолько он психопат.

Принц Эльфар самодовольно смотрит на Белрена.

– Великий Рогатый Крюк, – говорит он насмешливым тоном. – Тот, кто может найти и забрать все в этом мире. – Он разряжается лающим смехом. – Разве не так о тебе говорят? В наше время люди верят чему угодно. Ты даже не смог найти свою сестру. Это, должно быть, очень ранит твое эго.

Белрен рычит и шевелит руками, но как бы он ни пытался воспользоваться телекинезом, из-за сковавших его железных цепей ничего не выходит.

Принц Эльфар проводит пальцем по щеке Суры.

– Вижу, твое заточение помогло заманить купидона в ловушку. Похоже, ты оказалась полезнее, чем я думал.

Боги, как бы я сейчас хотела не хвастаться тем, что спасла ее.

Принц хлопает в ладоши, заставляя меня вздрогнуть.

– Думаю, пора пить чай, – говорит он с энтузиазмом.

Да. Он действительно психопат.

Служанка с мертвыми глазами приносит поднос с чаем и встает перед принцем.

– Давайте приведем сюда Бенисию, а? – весело говорит принц.

Гаммон кивает и уходит, а через несколько секунд возвращается с фейри, которую я никогда раньше не видела, но она кажется мне знакомой. У нее серебристая кожа и изящные крылья за спиной. Белые волосы подстрижены как у пикси, а глаза большие и серые. И если бы этих черт было недостаточно, то два рога, которые начинаются у линии роста волос и загибаются назад за уши, достаточно откровенно обо всем говорят.

– Бенисия!

Белрен пытается сделать выпад вперед, но стоящий за ним солдат удерживает его за цепи.

Женщина плавно двигается вверх и занимает место рядом с принцем, ни разу не взглянув в сторону Белрена, сколько бы он ни звал ее по имени.

– Ты сказал, что не сделаешь этого с ней, – тихо говорит Сура принцу, ее лавандовые глаза обращены к Бенисии.

Принц Эльфар пожимает плечами.

– Она была неразумна.

– Бенисия, – снова зовет Белрен, но его сестра по-прежнему не смотрит на него.

Принц взъерошивает ее короткие волосы.

– Она не ответит тебе. Она отвечает только передо мной.

– Что ты с ней сделал?

Не обращая на нее внимания, он поворачивается к служанке. Он оглядывает ее фигурку с головы до ног, отмечает красивое лицо и берет за подбородок, заставляя посмотреть на себя. Она поворачивает голову и смотрит на него пустыми глазами.