Она дико озирается по сторонам, явно встревоженная. Окот останавливает ее перед принцем, и я встаю за ней.
– Что происходит? Где… где я?
Принц холодно смотрит на нее. Я вкладываю Стрелу Любви. Я не хочу стрелять в нее, но если я этого не сделаю, то не сомневаюсь: принц убьет Ронака. Это совершенно очевидно, судя по наставленному к его горлу мечу.
Вспомнив, как среагировал на стрелу огненный фейри Ферно, я целюсь в не жизненно важную часть тела фейри и пускаю стрелу. Она попадает ей в руку, и я вздрагиваю от импульса.
Фейри дергается, шипя от боли. Но я вталкиваю стрелу и убеждаюсь, что фейри стоит лицом к принцу.
Из Стрелы Любви вылетает шлейф розового цвета и кровь. Я бы хотела уйти в Завесу и сделать все как положено, ведь тогда стрела бы не ранила фейри, но принц никогда не позволит мне этого сделать, и, кроме того, я не могу так рисковать – Ронак одичает и никогда не очнется. В прошлые два раза мне повезло. Я не хочу рисковать снова.
Фейри немного пошатывается, сжимая руку, Стрела Любви все еще торчит из ее кисти. Я стою рядом, не совсем понимая, что делать. Должна ли я вытащить стрелу? Дать ей время подействовать? У Ферно влюбленное обожание, кажется, развилось почти сразу.
Фейри отдергивает руку, когда я прикасаюсь к ней. Она оцепенело смотрит на стрелу и кажется еще более сбитой с толку, чем прежде.
– Ну? – спрашивает принц, пристально глядя на нее. – Получилось?
Черт. Как я должна отреагировать? Должна ли я что-то сказать? Упасть к его ногам от изнеможения? Я не знаю, как должны вести себя люди, разум которых контролируют. Хотелось бы прочитать надлежащее руководство. В итоге я просто киваю с открытым ртом, как выброшенная на берег рыба.
Я поворачиваюсь лицом к фейри, и она проводит рукой по друзам на своей голове, царапая ногтями сколы.
– Мм… Любишь принца? – тупо спрашиваю я самым механическим голосом, на который способна.
Фейри наклоняет вбок голову, глядя на меня.
– Я… рука… болит.
Верно. Может, мне стоит отвечать односложно? Оглядываясь на принца, я твердо поворачиваю голову влево и вправо, не двигая шеей. Мои плечи подняты практически до ушей. Я не знаю почему. Просто кажется, что так нужно делать, когда ты под контролем.
Я бы хотела, чтобы фейри как-то изобразила любовь, но она не способна даже говорить предложениями, поэтому я вынуждена подтвердить то, о чем принц уже догадался, иначе у него не возникнут подозрения.
– Нет. Работает. Принц.
Вот. Это уже похоже на ответ марионетки. Может быть, принц поймет, что его план глуп и так или иначе не сработает.
– Пришлите другого, – рявкает принц.
Проклятье.
Фейри оттаскивают, стрела все еще торчит у нее в руке, и приводят еще одного фейри. На этот раз передо мной широкоплечий мужчина с лицами на каждой стороне головы. Он продолжает стучать кулаком по лицу сзади, встревоженный происходящим в его помутненном разуме. Или это «разумы» во множественном числе? У него их два? Череп у него немного великоват.
– Делай, – с нетерпением приказывает принц, потому что я продолжаю стоять.
Упс. Мне обязательно нужно постараться не отвлекаться, когда рядом мой заклятый враг. Я выпускаю еще одну стрелу и попадаю фейри в то же самое место на тыльной стороне ладони. Парень даже не вздрагивает. Никакой реакции. Как будто он даже не понимает, что я только что поразила его стрелой. И от него не исходит ни капли любви.
Когда принц смотрит на меня в поисках подтверждения, я качаю головой, по-прежнему не двигая шеей. Признаться, это странно. Я просто верчусь всем туловищем влево и вправо.
Принц смотрит на меня так, будто я самая большая идиотка, с которой он когда-либо имел несчастье иметь дело.
– Еще одного, – говорит он.
Я выпускаю Стрелы Любви еще четыре раза с одинаковым результатом. Никакой любви. Даже намека на симпатию нет. Просто… ничего. Я даже пытаюсь несколько раз подышать Страстью. Если они захотят его, это поможет мне выиграть время, но нет. Это тоже не действует.
К этому времени на деревянном полу собралась лужа крови, на месте, где бедолаги получают стрелы в конечности.
– Ты совсем бесполезна? – спрашивает меня принц, когда утаскивают шестого.
Он медленно встает, и я непроизвольно отступаю. Если он уловил это не контролируемое разумом движение, то ничего не говорит.
Пока он идет ко мне, я чувствую, как его магия кипит под кожей вместе с иррациональной яростью. Он силен и не в себе. Не очень хорошее сочетание. Я бы не стала заказывать это блюдо из меню.
Краем глаза я вижу, как Ронак поднимает голову, следя за каждым движением принца, намереваясь броситься на него, если тот меня ранит. Я не могу позволить Ронаку вмешаться. Они убьют его в мгновение ока.
Принц встает передо мной, пугая магией, которая теперь трещит вокруг, как шаровая молния.
– Все-таки
Я моргаю от испытываемого ужаса, пытаясь не показать эмоций.
– Прошу прощения, принц.
В тот самый момент, когда я думаю, что он расплавит мне лицо своей страшной сырой магией, снаружи раздается сильный удар и принц отвлекается. Он поворачивается на пятках и направляется к двери, отталкивая Окота и других солдат. Я следую за ним, слыша грохот беспорядков.
От увиденного мое сердце едва не выпрыгивает из груди. Генфины.
Сотни генфинов, и новые еще прибывают.
Глава 50
Глава 50
Каким-то образом генфины проникли в портал, оставленный Чоселом открытым. И это не обученные повстанцы. Это обычные генфины, мужчины и женщины, молодые и старые, воины и лавочники. Я вижу даже старейшин с боевым кличем на устах. Никто из них не сдерживается. Они обрушиваются на войска принца Эльфара с жестоким возмездием за нападение на их родной остров.
Они используют элемент неожиданности и атакуют с неба. Мечи, луки, копья, магия – они с жестокостью прорубаются сквозь растерянных и безвольных солдат на земле.
Принц принимается выкрикивать приказы, заставляя солдат встать в строй, но многие его просто не слышат и не двигаются, пока на них нападают генфины.
Часть меня радуется:
Ронак мгновенно оказывается у меня за спиной, уже вырубив двух стражей, которые его охраняли. Его переполняет гордость, потому что он видит, как его люди сражаются и мстят за нападение на их остров.
– Я должен им помочь, – говорит он.
При звуке его голоса Окот поворачивается. Заметив, что Ронак встал, он тут же переходит в наступление. Ронаку удалось сорвать кандалы со стены, но освободить от них запястья он не смог, так что находится в невыгодном положении. К тому же я вижу, что его силы иссякают из-за контакта с железом, а на бритой голове рана, покрытая запекшейся кровью.
Окот замахивается, и Ронак использует цепи, чтобы обхватить его руку и выкрутить. Больше я ничего рассмотреть не успеваю, потому что следует череда беспорядочных ударов локтями, коленями, кулаками и головой. Удары головой?
Неважно. Главное, что они пытаются выбить друг из друга все дерьмо.
– Остановитесь!
Мое сердце разрывается пополам, когда я вижу, как две мои пары дерутся. Ронак выпустил когти, Окот бросается на него, как бык, а я не знаю, что, черт побери, делать.
– Ронак, не навреди ему! – кричу я, а потом вздрагиваю, когда его отбрасывает через всю комнату к стене. – Но не дай себе пострадать! – добавляю я.
Он бранится, прежде чем увернуться от очередного удара, а затем сбивает Окота с ног.
– Нам нужно сломить контроль его разума.
– Ну, да! Но я не знаю, как это сделать! Стрелы Любви не работают!
Ронак ударяет Окота кулаком в живот, заставляя того выпустить весь воздух, и перехватывает его поперек тела.
– Ну, тебе лучше что-нибудь придумать! Я не могу продолжать уклоняться от его ударов!
Ронак с помощью крыльев перелетает человека-быка, но это только еще больше злит Окота.
Придумать что-нибудь. Точно.
Меня охватывает решимость. Как будто кто-то внезапно льет полную чашу с волшебным напитком мне прямо на голову и не останавливается, пока я не наберусь смелости.
Я иду вперед, полная решимости встретиться с Окотом лицом к лицу в одиночку.
– Я справлюсь, – уверенно говорю я Ронаку.
Окот поворачивается в мою сторону. Он убийственно прищуривается, а затем бросается на меня.
– Я не справлюсь! – визжу я.
С раздраженным ворчанием Ронак летит вниз, обхватывает меня сильной рукой и поднимает над полом. Окот не может вовремя остановиться и врезается в стену, пробивая в ней дыру. Мы с Ронаком вылетаем вслед за ним.
Снаружи царит хаос битвы, причем настолько громкий, что мне почти хочется заткнуть уши. Боевые кличи, возгласы агонии, магия летит во все стороны, а в воздухе звенят мечи.
Ронак ставит меня на ноги и снова отвлекает Окота. Он продолжает принимать удары и уклоняться от ламашту, но устает, и я знаю, что он не может сопротивляться вечно.