Вина и горе разрывали мое сердце. Я должна была заставить их остаться, убедив, что слишком опасно отправляться в путь. Здесь они оказались из-за меня. Сами бы они никогда не приехали в Будапешт. Если бы Кек погибла, я бы не простила себе этого. И так уже благодаря мне Трекера и Аву хладнокровно убили.

Кто-то дернулся рядом, и я взглянула на Эша. Мы через многое вместе прошли, но такого взгляда я никогда у него не видела. Его зеленые глаза горели ярко, как изумруды на солнце. Он выпрямился. Вдоль площади начали раскачиваться деревья, хотя ветра не было.

– Эш, – окликнул его Уорик, но тот, казалось, не слышал своего друга. Немигающе он смотрел на Кек и Лукаса, гнев нарастал в нем. – Эш, успокойся!

Вдалеке затрещало дерево. Эш издал звук, который я прежде не слышала, – он бросился на Калараджу.

Тишина закончилась, от зданий донеслись крики и выстрелы. Уорик поднял свое оружие и застрелил пару солдат, которые целились в Эша. Снял свое оружие со спины, выпотрошив еще одного рядом с собой.

Прежде чем я успела бы пошевелиться, я ощутила, как к моему виску что-то прижали.

Щелк.

Иштван прижимал к моей голове пистолет.

– Пожалуй, следует остановиться, – четко и резко произнес он.

Солдаты остановились мгновенно.

Уорик повернулся к Иштвану, его зрачки сузились, ноздри раздувались.

– Даже не думай. – Иштван сильнее прижал дуло пистолета к моему виску. Как я умудрилась подпустить его к себе – он ведь специально все это время медленно ко мне приближался, чтобы в нужный момент схватить. – Я не буду сомневаться.

Уорика охватила ярость, он посмотрел мне в глаза. Я покачала головой, прося его выполнить требование Иштвана.

– На колени, – приказал Иштван моей группе, толкнув меня вниз. – Все. – Он показал жест своим людям. – Заберите у них оружие и вещи.

Солдат забрал мой пистолет и, когда он сорвал с меня сумку, внутри все сжалось. Охранники, собрав оружие, просмотрели сумки на наличие запасного и бросили все в одну кучу. В моей находились лишь книга и крошечная коробка… ничего существенного для них.

То, благодаря чему Иштван разрушил бы весь мир – убил бы всех, – находилось всего в нескольких сантиметрах от его ног. Сила лежала в сумке, а они просто выбросили ее в кучу, как мусор.

Я увидела, как бойцы двинулись к моим друзьям и приставили пистолеты к их головам, лишая оружия. Эш зарычал, опускаясь на землю рядом с Кек и Лукасом. Один за другим мы становились на колени, Киллиан стал последним – переступив через себя, он кланялся лидеру людей.

– Сними с него капюшон, – приказал Иштван солдату, стоящему рядом с Киллианом. Он был единственным, чье лицо оказалось скрыто.

Солдат сдернул с него капюшон.

Я так надеялась, что Иштван не распознает Киллиана. Ведь если он заполучит лидера фейри, то это лишь покажет его силу. Но знала, что не стоит и рассчитывать. Человек, вырастивший меня, был дотошным и умным. Осведомленным о каждом игроке.

Иштван шокированно дернулся, когда узнал в потрепанном и раненом мужчине повелителя фейри. Лидер людей высокомерно выпрямился.

– Так, так… – Иштван выждал мгновение и медленно отошел от меня, понимая, что я все равно ничего не могу уже сделать. Все, кого я любила, находились под прицелом. В любой момент их головы могли прострелить пулями фейри. – Многих я представлял пойманными сегодня, – жестким и насмешливым тоном проговорил Иштван, шагнув к коленопреклоненному лорду. – Но и не смел предположить, что захвачу мертвого лидера фейри.

Челюсть Киллиана напряглась, в глазах его горела ярость, сжигая остатки самообладания, – еще немного, и он нападет на Маркоса.

Иштван излучал снисходительность и превосходство. Словно он уже выиграл битву за город.

– Хотя я впечатлен, что ты, перешагнув через свое эго, позволил считать себя погибшим. Признаюсь, на мгновение я оказался разочарован, думая, что решил проблему в виде тебя. Однако данный результат более благоприятный, чем я планировал. Осмелюсь заявить, что сегодняшняя ночь прошла гораздо лучше, чем я надеялся.

Меня охватил ужас от этих слов. Меня замутило от того, что Иштван все это планировал.

– А раз ушел в подполье, значит, достаточно умен, чтобы понять – тебя желали убить. – Иштван многозначительно поднял вверх седые брови. Я чувствовала – что-то надвигается, мы даже обсуждали это, но от осознания, что наша теория оказалась верна, у меня перехватило дыхание. – Тот, кто хотел убить тебя, являлся твоим служащим… ну то есть тот, кто пытался воплотить этот план в жизнь. Тяжело, должно быть, осознавать, что кто-то ненавидит тебя настолько, что готов встать на сторону лидера людей. В ту ночь я хотел избавиться от двух заноз в моем пальце. – Иштван признался в том, что был замешан в подрыве дворца Киллиана, а также базы моего дяди. Мы это уже все знали, но услышав, как он высокомерно это заявил, заставило меня похолодеть. – Неважно. И с ними сегодня разберутся.

Разберутся? Что, черт возьми, это значило?

Выражение лица Киллиана оставалось бесстрастным, хотя я видела, как ярость сотрясала его тело, он едва контролировал свое дыхание. Как бочонок с трутом. Одно слово – и произойдет взрыв.

– Признайся, что дело во мне, из-за формулы, и потому что я предала тебя. Ты не смог смириться с тем, что я не стала твоей дрессированной обезьянкой. – Я несла чушь, отвлекая Иштвана от Киллиана, пока его не убили.

На лице Иштвана отразилось разочарование.

– Ты гораздо умнее, чем притворяешься. – Он наполовину повернулся ко мне. – Я возлагал на тебя большие надежды. Через тебя было легко контролировать своего сына. Хотя сейчас ты не особо и нужна. – Иштван поднял свой пистолет и направил его на меня.

– Нет! – взревел Уорик, его удерживали штук десять солдат. Меня охватило напряжение, звук последних вздохов отдавался в ушах. Я встретилась взглядом с Уориком и покачала головой, моля его не сопротивляться. Чтобы он прожил еще один день. Продолжил борьбу. Маркоса необходимо остановить.

– Давно мечтал об этом. – Иштван неторопливо подошел ко мне, прижав пистолет прямо в середину моего лба. – Не буду лгать. Будет больно. Я потратил на тебя много времени и сил, Брексли. И думал, что ты станешь даже более могущественной, чем мой сын.

Так и было. Но секрет умрет вместе со мной. Откуда-то я знала, что, погибнув, нектар – точнее, его энергия, если она, конечно, еще осталась, – умрет вместе со мной.

Иштван подошел еще ближе, пальцем надавив на курок.

– Отец! – пронзил воздух такой знакомый голос, казалось, я находилась во сне. Прощалась со старым другом.

Иштван обернулся – сквозь толпу приближались двое. Я застыла в замешательстве.

– Сын. Рад тебя видеть. И что ты в порядке, – ровно сказал Иштван и официально кивнул. Кейден подошел и пожал лейтенанту руку. Он вел себя как солдат, а не сын.

– Ханна, – безэмоционально произнес Иштван, но я приметила, как он слегка поджал губы.

– Сэр. – Она отдала ему честь.

Кейден скользнул по мне взглядом, но в его глазах я ничего не увидела. Я могла его легко читать, но сейчас он научился от меня отгораживаться.

Как они сбежали? Как он здесь оказался? На меня накатил ужас от понимания, в чем дело, тошнота подкатила к горлу.

– Не убивай ее, – бесстрастно сказал Кейден, – это слишком просто.

– Ты все еще питаешь слабость к ней. Чтобы стать хорошим лидером, ты должен избавиться от своих слабостей.

– Не волнуйся, отец. Я заставлю ее заплатить. Она испытает все, через что я прошел.

«Через что прошел?» Он ведь сидел, пил чай и ел печенье. Если через это, то устройте мне так же, к чертовой матери. Неужели он забыл, что я была в Халалхазе? В Доме Смерти с меня содрали кожу, пытали, избивали, ломали, и мне пришлось убивать, чтобы выжить. Ничто из того, что Кейден мог бы со мной сотворить, не сравнится с Халалхазом.

На лице Иштвана отразилась гордость, и он одобрительно склонил голову, опустив пистолет.

Ненадолго я прикрыла глаза. Но эхо криков заставило меня вновь их открыть. Я увидела еще больше марширующих солдат… ведущих заложников.

Мое ужасающее предположение подтвердилось. Ханна и Кейден не сбежали. Их освободили.

Базу обнаружили.

– Не-е-ет! – закричала я. Меня схватили руки, оттаскивая назад, но я все равно видела того, кого тащили солдаты. Он был весь в крови. Охранник с силой толкнул его вниз, и он упал на колени.

– Nagybácsi!

Он повернул голову в мою сторону. В глазах читалась печаль и огорчение.

– Dragam. – Я не была уверена, произнес ли он это вслух, но я все равно услышала, увидела в его взгляде, почувствовала его страдание, отдающееся в моей душе.

Каждый, кого бросали рядом с дядей, был покрыт еще большими ранами. Скорпион, Птичка, Мэддокс, Уэсли, Лин и Зуз. Здесь были и другие, но на этих ребят я обратила внимание. Каждый вдох причинял боль, словно бритва врезалась в мои легкие.

– Андрис Такач, – медленно и ровно произнес Иштван. Но я знала этого человека, и видела, как ярость захватывает его. – Давно. Хотя я и не ожидал встречи, так как ты должен быть мертв.

Андрис держал подбородок высоко поднятым, никак не реагируя.

– Все это время ты руководил жалким подобием армии повстанцев. В прошлом генерал, сражающийся за людей, теперь ты стал любителем фейри и полукровок, – выпалил Иштван. – Ты мне отвратителен. У тебя нет чести.