– Ладно, вроде все чисто. Идем.

Мы вышли из укрытия, намереваясь пересечь площадь, но тут по коже пробежали мурашки, каждый волосок на моем теле встал дыбом. Поцелуй смерти коснулся моего затылка настолько невесомо, что я почти не обратила внимания. Для меня это привычное чувство – грань между жизнью и смертью. Но ощущения, которые обрушились на меня сейчас, отличались: казалось, сама природа, столкнувшись с этим явлением, отнекивалась. Все во мне кричало, говорило: что-то не так.

– Стойте… – начала я, потянувшись рукой к Уорику.

Сотни красных лазерных лучей пронзили темноту. Грохот сапог, ударяющихся о тротуар, и шелест ткани заполонили площадь. Со всех сторон на нас неслись фигуры, повергая меня в ужас. Они шли тихо и слаженно – сотни солдат выходили из переулков и с улиц, как муравьи – в неестественной гармонии.

Черт возьми.

Я крутила головой из стороны в сторону, кошмар окружал нас. Спинами мы прижались друг к другу, держа в руках оружие. Рози мы запихнули в середину, пряча и защищая ее. Инстинктивно я понимала, что все это напрасно. Мы не смогли бы справиться с таким количеством, и неважно, насколько могущественные фейри были на нашей стороне.

Солдат, целившихся в нас, надвигалось слишком много.

Внутреннее чутье говорило мне, что они необычные люди. Они странно двигались и выглядели. Одетые в черную униформу, с шапками на голове, они смотрели на нас кровожадным взором. Их пистолеты были сняты с предохранителей.

Эш оказался прав. Они передвигались как роботы, четко и выверенно, взгляд дикий и пустой, и казалось, что в любой момент они могли на нас накинуться.

Неестественно пугающе.

– Оказалось проще, чем я думал, – этот голос пронзил меня как лезвие, убив остаток надежды. Каждый мой мускул напрягся, внутри боролись два желания: блевать и встать по стойке смирно.

Ветер ударил в меня, я повернула голову и увидела уверенно шагающий сквозь промежуток солдат силуэт. Ни один из бойцов не поднял глаз на своего лидера, их внимание сосредоточилось исключительно на нас. Совершенно ненормально. Я никого из них не знала, хотя по лицу я могла признать многих солдат вооруженных сил людей.

– А, Брексли. – Мужчина прищелкнул языком. – Ты так меня разочаровала. – Холодные голубые глаза впились в мои, мужчина встал прямо перед своей армией.

– Иштван, – едва выговорила я его имя.

Меня пронзила дрожь – я всегда ощущала неуверенность в присутствии этого человека. Как своеобразный отпечаток. Он не изменился, но сейчас я видела жестокость в его взгляде и уверенность в своем превосходстве над всеми.

Рыча, Уорик поднял пистолет.

– Не стоит, – ухмыльнулся Иштван, сцепив руки за спиной.

– Я пристрелю тебя прежде, чем любой из твоих людей нажмет на спусковой крючок, – заявил Уорик.

– Уверен? – Иштван слегка наклонил подбородок, и пуля с поразительной точностью, пролетев через площадь, врезалась в плечо Уорика.

Быстро.

Со скоростью фейри.

С моих губ едва сорвался крик – Уорик содрогнулся от силы удара, оружие выпало из руки. Пуля попала точно в нерв. Уорик потянулся рукой к ране и прикоснулся к крови, лицо исказил гнев. Даже без нашей связи он все еще оставался полукровкой. И сможет поправиться. Но только если останется жив. И в тот момент я поняла, что с помощью связи мы могли исцеляться от смертельных ран.

А теперь нет.

Сердито посмотрев на Иштвана, я увидела, как он ухмыльнулся.

– Ты так и не научила своего любовника-фейри послушанию? – цокнул языком Иштван. – Я потратил на тебя годы, пытаясь научить быть лидером и управлять людьми. – В его глазах вспыхнули неподдельные эмоции. – Ты могла бы быть на верной стороне, Брексли. Стать королевой Румынии, ведущей за собой народ. Но выбрала их. – Он махнул рукой в сторону моей группы. – Шлюх, воров и полукровок.

Я осознала, что он, видимо, не знал – позади меня стоял повелитель фейри, пряча свое лицо за ранами и капюшоном. Я желала, чтобы так и оставалось.

– Я бы в любом случае предпочла их той жизни, что ты расписал для меня. – Я придвинулась ближе к Уорику, давая ему понять, где я нахожусь. – А чем ты отличаешься? Напяливаешь модную одежду, но в Леопольде еще больше коррупции, воров и шлюх. Здесь, по крайней мере, все честны. А ты прячешься в позолоченном дворце, притворяясь, что ратуешь за защиту людей, что сражаешься за них, хотя они для тебя всего лишь шахматные фигуры.

– Я все делаю для них. – Иштван обвел рукой вокруг. – Это долгая игра. И ты не понимаешь этого. Война продолжается, есть жертвы, но в итоге я стану легендой. – Он взглянул на Уорика, показывая, что точно знает, кто он такой. – И все увидят, что я принес свободу. Мир. Безопасность. Люди вновь будут править, а фейри вернутся в подполье. Наш мир перевернулся с ног на голову, им правят демон и друид. А я лишь обязан восстановить естественный порядок вещей.

Он говорил как сумасшедший, я поняла, что Иштван желал стать не просто королем восточного блока. Он хотел забрать у фейри весь мир. Камешек, с которого начнется лавина.

– Естественный порядок? Свобода? – Я поперхнулась, обводя глазами людей диким взглядом. Они были разного возраста и пола. Никто не шевелился. – А у них есть свобода? – Отвращение и гнев отразились на моем лице. Эти солдаты неадекватны. Не такие бешеные, как у Киллиана, но при взгляде на них кожа покрывалась мурашками. Вооруженные силы людей улучшили формулу, но эти стоящие перед нами эксперименты все равно оставались непредсказуемыми машинами для убийства. – Это ты называешь свободой? Они добровольно приняли таблетки, Иштван?

– Ты так наивна и глупа. – В глазах Иштвана светилась гордость. И я собрала все кусочки головоломки воедино. Он ценил интеллект наряду с хитростью и проницательностью. И считал, что у меня есть все эти качества, ведь он учил меня этому. Он был прав. Но уроки теперь обернутся против него. – Я думал, что научил тебя видеть лес, а не деревья. – Иштван опустил руки по швам, делая шаг ближе. Уорик тихо зарычал, я лишь смотрела на генерала. – Им нужен контроль, даже если они разглагольствуют о свободе. Но отвечая на твой вопрос – да, большинство пришли добровольно. Они понимали, что поставлено на карту. И что мы сможем получить, если сравняем нашу силу с фейри.

– Забирая сущность фейри? – сказала я. – Мучая детей, убивая и лишая их магии?

– Это необходимо, – возразил Иштван, – а как долго фейри крали, насиловали и питались нами ради наших жизненных сил?

Он не лгал. Так и было, но то, что делает Иштван, тоже не являлось правильным.

Казалось, он мог прочитать мои мысли по выражению лица. Иштван покачал головой.

– Правильное и неправильное имеют ценность только для той стороны, на которой ты находишься. Я лишь уравновешиваю игровое поле.

Я не могла отрицать истинность слов Иштвана. Многие фейри подпитывались людьми, высасывая их энергию, либо через секс, либо склоняя к грехам. Вторгались в их сны и буквально использовали в качестве еды. Они считали это честным и необходимым для выживания, была ли в таком случае неправа другая сторона?

– Я видела твою лабораторию и твои дурацкие эксперименты, – выдавила я.

– Да, слышал о твоем коротком визите. – Он подошел еще ближе. – Написала бы, я провел бы тебе частную экскурсию.

Я презрительно фыркнула, сверкая глазами.

– Ты делаешь это не ради свободы и мира. Тебе нужна армия. Чтобы потешить свое эго и захватить власть.

– О, ты меня ранишь в самое сердце. – Иштван насмешливо приложил руку к сердцу. Десятки медалей, значков и наград, отяжеляющих его форму, только подтверждали мое мнение. – Брексли, ты видела лишь малую часть того, над чем я работаю. Как только я найду нектар, то стану правителем не только востока, но и запада.

Благодаря годам тренировок я смогла сохранить выражение моего лица бесстрастным, смотря на него в ответ и не показывая вида, что я знаю о нектаре. Если бы он только знал, как близко артефакт находился к нему. Лежал в сумке, висевшей на моем плече, – а я стояла перед ним.

Впервые я обрадовалась, что он бесполезен. Если бы этот человек заполучил в свои руки нектар, война обрушилась бы на этот мир, уничтожив все… и всех.

Даже без силы нектара Иштван мог начать войну.

Иштван оглянулся через плечо.

– Вовремя.

Я резко обернулась и увидела, как охранники расступаются в стороны, пропуская небольшую группу.

Крик зарождался внутри. Опустошение захватило меня.

Калараджа.

И не один.

С ним был сильно избитый парень, его лицо распухло, поэтому я с трудом узнала его. Спотыкаясь, он со скованными руками двинулся вперед. Калараджа скинул на землю со своего плеча тело женщины. Ее лицо тоже почти было невозможно узнать, но голубые глаза и волосы, рассыпавшиеся веером по бетону, окрасившиеся багровых оттенком, подсказали мне, кто это.

– Кек! – Я дернулась, но Уорик схватил меня здоровой рукой. Из горла вырвался всхлип, я пыталась понять, дышит ли она. Я пристально взглянула на Лукаса. Она едва стояла на ногах, опустив голову.

– Они не успели добраться до границы города, – похвастался Калараджа, – хотя демона пришлось вырубить. Она решила, что поймала меня.

– Я всегда могу на тебя рассчитывать. Хорошая работа. – Иштван был доволен.

Калараджа склонил голову и отступил назад. Лукас покачнулся, пытаясь удержаться на ногах. Я поняла, что, опустив голову, он смотрел на Кек. Она не двигалась, и я не могла понять, вздымается ли ее грудь.