Сиони уменьшила скорость полета, направила голубка ближе к земле и снова взяла западнее. Теперь голубь мчался прямиком к гряде зеленых пологих холмов, перемежающихся заброшенными полями. В тени гряды Сиони различила сарай цвета ржавчины, размер которого позволял держать там десяток лошадей или коров. На западной же стороне серо-бурой крыши виднелись дыры, проделанные временем и непогодой. Одна из выцветших добела створок полуоткрытых ворот косо болталась на петлях. Справа, в паре ярдов, находились развалины коровника.

Направив голубя вверх, Сиони обогнула здание и холмы, пытаясь разглядеть что-нибудь необычное – например, ловушку, заготовленную для нее Гратом. Ничего подозрительного не нашлось.

– Пожалуйста, садись осторожней, – обратилась она к голубку, направляя его восточнее сарая.

Голубь описал три с половиной круга в воздухе, плавно спикировал вниз и почти неощутимо лег брюхом на густую траву.

Сиони размяла ноющие от напряжения кисти рук, соскользнула на землю и окинула сарай настороженным взором. Никаких признаков того, что Грат находился внутри или где-то поблизости. По крайней мере, пока – никаких.

Открыв сумку, Сиони вытащила бумажную куклу, развернула ее и приказала:

– Встань!

Копия Сиони выпрямилась и затвердела.

Сиони сосредоточилась и отдала новый приказ:

– Повторяй!

Кукла окуталась разноцветным облачком, точно воспроизведя одежду своей хозяйки и растрепавшиеся волосы Сиони – она, конечно, не стала их причесывать.

Прижимая зеркало к груди и держа бумажную фигуру под мышкой, Сиони на цыпочках подкралась к сараю. Потопталась на неровной почве и заглянула в полураскрытую дверь.

Струи солнечного света проникали в сарай сквозь дыры на крыше. Вдоль двух стен тянулись пустые стойла из растрескавшихся досок – из них торчали крючья и петли, некогда предназначавшиеся для конюшенного снаряжения. На земляном полу валялись клочья сена и какая-то труха. Вверху нависали балки, побелевшие от птичьего помета.

Но внимание Сиони привлекла не вся эта рухлядь, а зеркала.

Она насчитала их несколько дюжин, от маленьких, вроде злосчастного подарка Дилайлы, до больших, наподобие стоявшего в туалетной комнате, которое Сиони разбила. Они висели, стояли и лежали повсюду – на стенах и на полу, смотрели вверх, вниз, прямо перед собой, налево и направо. Интересно, Грат собрал их здесь ради одной-единственной встречи или творил с их помощью какие-нибудь чудовищные заклинания?

Пошептав над бумажной куклой, Сиони оставила ее за дверью.

Переступив порог сарая, Сиони прислонила свое овальное зеркало к стене, с удовольствием отметив, что оно отлично вписывается в «семейство» блестящих сородичей. Сиони проверила звенья цепи-щита и, запустив руку в сумку, прикоснулась к каждому из заклинаний.

А потом положила ладонь на ствол револьвера.

– Грат! – воскликнула она. – Где ты?..

– Я никогда не опаздываю на свидания, милочка, – произнес медоточивый голос.

Сиони резко обернулась и увидела сперва отражение Грата в зеркале, а потом и самого громилу. Грат стоял в противоположном углу сарая, возле висевшего на стене потертого седла. На сей раз на нем не было ни фальшивого носа, ни рабочей одежды, которую он использовал для маскировки в Лондоне. Грат обрядился в черную рубашку со смехотворно короткими рукавами и черный же, украшенный драгоценными камнями пояс, который охватывал его торс выше талии. Хотя нет, это были не камни, а крошечные зеркала, густо усеявшие кожу. Черными были и облегающие брюки, и башмаки.

Грат скрестил на груди руки – они казались намного мощнее, чем запомнились Сиони по первой встрече с Осветителем. Она уже сомневалась в том, что Лэнгстон смог бы устоять в стычке с Гратом, но надеялась, что массивность Грата все же преувеличена благодаря его темной одежде и крою рубахи.

Хотя Грат и не был Потрошителем, Сиони очень хотела избежать любого физического контакта с ним. Ведь цепь-щит могла защитить ее только от магии, а не от мужских лап.

Она прочистила горло, чтобы голос не выдал ее испуга.

– Где Лира? – пискляво спросила она и недовольно поморщилась.

Грат шагнул вперед. Кураж Сиони тотчас улетучился, и она попятилась.

Осветитель ухмыльнулся, но не произнес ни слова о трусости Сиони.

Он вразвалку приблизился к стойлу и кивнул на одно из самых крупных зеркал, висевших на задней стене сарая.

– Вот она!

Краем глаза наблюдая за Гратом, Сиони бочком прошла вперед и поравнялась с зеркалом. Вместо своего отражения она увидела Лиру, точно такую же, какой запомнила ее на острове Фаулнесс.

Темноволосая женщина застыла в неестественной позе. Ее лицо искажал беззвучный вопль, на руках и одежде блестели пятна инея. Пальцы, вымазанные красным, Лира прижимала к рассеченному глазу. Судя по всему, она безуспешно пыталась остановить кровь, обагрившую ее щеку и предплечье. То была кровь из раны, которую Сиони, обороняясь, нанесла Лире – в тот момент она резанула Потрошительницу ее же кинжалом.

Сотни микроскопических сосулек свешивались с кожи и одежды Лиры.

Воспоминаниям Сиони не соответствовало лишь местоположение Потрошительницы. Под ногами Лиры виднелись не источенные водой и покрытые белесыми пятнами соли скалы острова Фаулнесс. Нет, теперь Лира находилась в каком-то помещении с растрескавшимися половицами, которые густо усыпал мышиный помет.

В зеркале было темно, и Сиони не могла разглядеть всю обстановку целиком.

– Вы не доставили ее сюда, – сказала Сиони, чувствуя, как в ее висках застучал пульс. – Как я смогу ей помочь, если ее здесь нет?

– Не прикидывайся дурочкой, – ответил Грат и почесал средним пальцем свою толстую шею. – Она с той стороны зеркала. Одно мое заклинание – и мы окажемся там. Пройдем сквозь него, как через ворота. Потом ты тоже кое-что скажешь, и Лира снова будет жива-здорова, за исключением глаза.

Последнюю реплику Грат прорычал, отчего сделался похож на хищника не из отряда кошачьих, а из собачьих.

Сиони уставилась на Потрошительницу. Сумеет ли она разрушить заклинание, даже если захочет? Тогда, на острове Фаулнесс, она вложила в те слова всю свою силу. Правда, в ресторанчике Сиони заявила Грату, что в ее магии нет ничего особенного, но сама она уже не была в этом уверена.

Заклинания Складывания не нуждаются в крови, а Сиони, чтобы заморозить Лиру, воспользовалась кровью. Пусть и собственная логика, и Эмери уверяли ее в том, что она не превратилась в Потрошительницу, однако Сиони часто думала о случившемся. Что, если она получила таким образом некую полезную информацию о том, как изменить материал, который был предназначен будущему магу?

– В бистро я была не полностью откровенна с вами, – произнесла Сиони, тщательно выбирая нужные выражения. Знание – великая сила, и ей не очень-то хотелось выдавать себя с головой. – Заклинание получилось случайно, и у него имеются некоторые… дополнительные свойства.

Грат улыбнулся во весь рот.

– Разумеется, – пробормотал он и шагнул по направлению к Сиони.

Сиони опять попятилась и принялась следить за тем, чтобы разделявшее их пространство не уменьшалось. К ее удивлению, Грат остановился. Вероятно, он жаждал получить от Сиони информацию столь же сильно, как и она от него (если не больше), и поэтому соблюдал нейтралитет.

По крайней мере, он не вцепится ей в глотку.

– Продолжай, – потребовал Грат.

– Заклинание могу распутать только я, ведь именно я его и наложила, – выпалила Сиони.

Ложь, но вполне правдоподобная. Сиони прекращала действие заклинаний, созданных Эмери, а значит, не исключено, что ее собственным заклинанием способен манипулировать другой Складыватель.

А Грат как раз не из Складывателей – пусть он и пребывает в неведении.

– Предполагаю, что заклинание впечаталось в плоть Лиры, – добавила Сиони, стараясь говорить твердым тоном. – Вы не просили Сараджа справиться с проблемой? Потрошители имеют власть над телами. Вы не обладаете подобными… навыками.

Сиони не забыла одной важной детали – Эмери однажды сказал ей о том, что Сарадж недолюбливал Лиру.

Вероятно, Потрошитель и не пытался оживить Лиру.

Грат скрипнул зубами.

– Да, у нас есть заклинание, заставляющее тело окаменеть, но его обратное применение Лире не помогло. Здесь сработало что-то совершенно иное.

Сиони не упустила случая придраться к местоимению.

– Не «у нас». А у Сараджа.

Грат помрачнел.

– Да, у Сараджа. Ты права. Но, Сиони Твилл, я знаю Потрошение как свои пять пальцев. Если ты сейчас же не сломаешь заклинание, то я сам с ним справлюсь. Имей в виду, милочка, кровь – моя вотчина. Ты же не станешь выбалтывать мои тайны, верно?

Он шагнул вперед.

Сиони не пошевелилась, украдкой запустив руку в сумку.

– Я не глупа и умею держать язык за зубами, – опять соврала она.

Как-никак, а Уголовный департамент был в курсе, что Грат – Осветитель, хотя он почему-то тщательно это скрывал.

Грат застыл как вкопанный (теперь он находился в семи шагах от Сиони) и вытянул свои ручищи вперед.

– Материал – вот что главное, Сиони Твилл, – пропел он, разглядывая свои громадные лапы. – Я потратил годы на то, чтобы докопаться до сути, и не прогадал! Настоящая магия заключена в материале, Сиони! А проклятущие ограничивающие слова… Их же легко произнести, а потом отбросить в сторону.

Грат сделал паузу и осклабился, сообразив, что Сиони тянет время.