Он поморщился:

— Вы же знаете меня, я стараюсь не высовываться.

Ну да. Торговец «лечебным вином» во время Сухого закона — тоже фигура заметная. Как только акт Волстеда вступил в силу, бизнес Соломона не перестал быть легальным, но теперь вызывал больше внимания со стороны полиции. Слишком этот способ сбыта алкоголя — через аптеки — стал явным. Хотя Соломон больше выступал не продавцом, а тем, кто обеспечивал хранение продукта на своих складах, где по бумагам содержалось исключительно лекарство.

— Я могу подключить «других» людей… — это старик намекнул на Ротштейна и его подручных.

— Нет, это исключено.

— Что же. Тогда пойдём другим путём. Но не гарантирую результата. Что требуется?

— Курт Кэмп — инспектор. Дик Фрост — его напарник. И Джек Рамси — начальник смены надзирателей в этой тюрьме. Первый, уверен, связан с последним. Нужна вся возможная информация о них.

— Хорошо. Вы не додумались — кто всё это устроил?

— Есть мысли. Но уверен, что были и исполнители. Сошки поменьше. Кто-то же нашёл этого «свидетеля» для Фэллона. И нам нужно найти его быстрее.

— Устранение свидетеля создаст вокруг вас лишнюю шумиху, — сморщился аптекарь.

Я усмехнулся:

— Я не собираюсь его устранять. Его нужно найти и распутать всю цепочку. Чтобы иметь доказательства заговора против меня.

— Можно было бы попросить о помощи тех, кто является партнёром мистера Ротштейна, но ведёт и собственный бизнес.

— Например?

— Лаки Лучано и Мейер Лански. Мейер очень ушлый молодой человек. Далеко пойдёт! Он что угодно узнает в два счёта и организует любое дело с Лучано, — ответил Соломон.

Я задумался. В отличие от Соломона я обладал некоторым «послезнанием». И пусть оно касалось экономики Америки, но кое-что о бандитских войнах в США двадцатых годов я знал. И меня поразила внезапная мысль. Сейчас я грешил на Джо «Босса» Массерию. Но если вспомнить — кто выйдет окончательным победителем из всей войны гангстеров, и кто сейчас не вызывает у «больших боссов» опасений в силу молодости и пока не такого высокого статуса… То начинают появляться некоторые подозрения. Загадка заговора против меня пока что выглядела как масса зацепок. Моё усиление в Бронксе и Чикаго не могло устраивать Массерию. Шерифу Фэллону «подкинули» нужного свидетеля. Против меня спустили продажного инспектора, чтобы я попал в распределительную тюрьму и остался без охраны. А вот пробел — кто мог всё сделать, не вызывая подозрения… Чтобы не выйти на Массерию. Кажется, я нащупал возможную догадку!

— Вы — гений, Соломон! — воскликнул я.

Он с удивлением посмотрел на меня:

— Мне, конечно, приятно, Алексей, но я не совсем вас понимаю.

А у меня в голове уже сложилась версия, которую нужно было проработать. Но для этого следовало найти этого горе-свидетеля, если только он уже не кормит рыб в Гудзоне…

Глава 11 Новые проекты!

Глава 11

Новые проекты!

Длинный сборочный цех был ярко освещён лампами. Пока днём в нём устанавливали закупленное оборудование, по всему зданию сновали туда-сюда рабочие и было шумно. Сейчас в вечернее время наступила тишина, и наши с Давидом шаги гулко отдавались эхом.

— Впечатляет! — признался Сарнов, осматриваясь по сторонам.

— Здесь будет проходить финальная сборка и подгонка моделей класса «эконом».

— «Эконом»? — удивился Давид.

— Да. Я думаю, сто́ит выпускать три типа моделей. Попроще, средней цены и премиум-сегмента.

Сарнов недоверчиво покосился на меня:

— Вы уверены, что приёмники будут покупать те, кто небогат?

Я усмехнулся. Ну да. Сейчас мы живём в эпоху раскрутки ар-деко. Многие радиоприёмники двадцатых в моём «мире» сами по себе представляли громадные махины. Но они были произведением искусства. Резные панели, слоновая кость тумблеров, красное дерево…

Большинство массовых товаров двадцатых так и делились. Или очень просто, или очень дорого. Или только очень дорого. Даже авто «среднего» класса сейчас редкость. Улицы наполнены простенькими дешёвыми Фордиками. Среди них очень редко мелькают редкие авто тех марок, которые окажутся тут же поглощены автомобильными гигантами. И редко, но броско смотрелись дорогущие лимузины. Расслоение, в котором между имущими и остальными настоящая пропасть, во всей красе. И Сарнов рассуждает исходя из того, что видит вокруг: раз радиоприёмник достаточно технологичная и массивная вещь, которая будет ещё и частью интерьера, то он должен быть дорогим.

— После того как мы запустимся, я уверен, что приёмник станет мечтой каждого. И мы постараемся максимально удешевить производство. Нужно опередить тех, кто захочет кусок эконом-рынка, как только их начнут покупать.

— А почему в центре столько пустого места? — остановился посреди широченного прохода Давид.

— Здесь будет конвейер. Это, пожалуй, одна из самых дорогих вещей.

М-да, на которую ушла приличная часть накоплений Горского, которые мы нашли в его «секретной» квартире, после того, как нам её сдали его же приближённые.

— Вы хотите собирать всё, как на заводах Форда?

— Примерно, — поморщился я.

Сравнение с человеком, некоторые воззрения коего были для меня в их весьма противны — мне не понравилось.

— Это объясняет удешевление, — оживился Сарнов.

— Отчасти, — усмехнулся я, — У меня есть ещё несколько интересных вещей.

— А где будут собирать корпуса? — спросил Давид.

— У меня есть мебельная фабрика. Собственно, это первый мой бизнес, который появился ещё до перевозок. Его сейчас перепрофилируют под изготовление корпусов. Затем они будут доставляться сюда. Это единственное производство, что расположено не на этой территории. Разумеется, пока мы не откроем заводы в других городах. Кстати, сама фабрика недалеко, так же в Бронксе.

Я не лукавил. Рощупкин-старший по моему указанию уже готовил цеха под новый технологический процесс. Пригодился и пустырь за фабрикой «Соколов и Ко» и гаражами. Теперь там быстро возводились новые простые боксы для грузовиков. А более основательные здания старой автобазы передавались мебельщикам.

Пришлось снова обратиться к Симону Дугласу из управления хозяйством города, который помогал нам со зданиями и землёй под суповую кухню, детсады и клуб «Колизей». Не бесплатно, разумеется… Симон очень любил хруст купюр. Но и работал на славу, не задавая лишних вопросов. Поэтому в проекте дорожного строительства Нью-Йорка появился дополнительный пункт с врезкой новой дороги, которая будет вести к новым гаражам.

Конечно же, не за счёт бюджета города. Чиновники и не посмотрели бы в нашу сторону. Как всегда и везде — планы расписаны, финансирование выделено… Поэтому не то что нужные мне лишние триста метров, а даже метра бы дороги не положили. Однако на деньги мецената-инвестора, который не просит из казны мегаполиса ни цента — это всегда пожалуйста! Очевидно, что этим инвестором выступил я… А они поставили галочку об успешно проделанной работе — привлекли сторонние средства и «сделали доброе дело».

Радовало, что сейчас не двадцать первый век, где нужно миллион согласований, соблюдений технических регламентов и подготовки экспертиз. На которые уходят огромные деньги.

Мы прошли в следующее здание, бывшее когда-то большой пристройкой. Здесь, помимо света под потолком, были ещё качественные лампы над каждым рабочим местом.

— Цех для точных работ? — догадался Сарнов.

— Именно, — кивнул я, — Сердце нашего продукта будет собираться здесь. Пойдёмте наружу. Я покажу вам места для погрузки…

— Вы очень хорошо здесь все устроили, как будто с десяток лет занимаетесь отладкой процесса производства, — заметил Давид.

— Вы мне льстите.

— Нет, простите, для…кхм… такого возраста, вы продумали все до мелочей.

Я улыбнулся про себя. Ну да. В теле молодого Алексея Соколова «сидел» историк-экономист. Которому гораздо больше лет, чем самому Сарнову. Обладающий приличным послезнанием. Отчего бы не сделать всё качественно?

— Но у меня есть пара вопросов… — вдруг сказал Давид, когда мы вышли в просторный внутренний двор.

Мои люди, стоявшие у машин, подобрались при нашем появлении. Сарнов покосился на них, а затем продолжил:

— У этого места не очень хорошая слава. Пару месяцев назад здесь убили банду ирландцев. Если не ошибаюсь — во-он в том угловом здании. Там был оборудован бар, который стал прикрытием для бандитского притона. Я читал в газетах, что убили где-то с десяток человек. И сейчас вспомнил ту статью. Она была во всех изданиях на первой полосе…

— Эта история сделала данное место намного более дешёвым для съёма, — парировал я, — Более того, мы заключили договор аренды с правом приоритетного выкупа в течение полугода. Я планирую перевести его полностью в свою собственность в кратчайшие сроки.

— А что, если бандиты снова пожалуют сюда? — поёжился Сарнов.

Понятное дело. Ему и так очень не понравилась вся эта история с бандитами Джима Кравеца. Хотя он держался молодцом и не дал заднюю.

— Не пожалуют! — отрезал я, — И у меня есть собственное охранное агентство, которое будет обеспечивать безопасность нашего предприятия.

Не говорить же ему, что мне прекрасно известно — кто расправился с ирландцами Томпсона. Ведь это сделали я и мои люди, когда бандиты объявили нам войну и похитили Алю.

— Хорошо, положусь на ваше слово, — кивнул Сарнов и зашёл на склад, осматривая его.

— О чём ещё хотите узнать? Вы же сказали — «пара» вопросов…