Много тогда чего сказал Веретин. Как всегда был убедителен — так перспективы расписал, что полковник был готов немедленно на поиски упырей ринуться, да головы им отстреливать.

Детали, как это обычно и бывает, стали понятны только после приезда. Как можно разбираться с какими-то проблемами, когда половина твоих людей выделена в автономные группы? По сути, выведена из твоего подчинения. На бумаге находясь где-то там в лесах и охотясь на упырей. А на самом деле, занимаясь непонятно чем и непонятно где.

И расформировать эти группы нельзя — распоряжение должно от главы губернской управы Чрезвычайного Приказа идти. Который до сих пор с ним даже встретиться не удосужился.

При этом, количество очагов заражения зашкаливает. Новые появляются то и дело — сил на то, чтобы оперативно их все уничтожать, не хватает. Дошло до того, что «стабильные» поганища никто и не трогает. Людей едва хватает, чтобы справляться с «растущими».

Самостоятельный набор рекрутов запрещён. Бюджет ограничен. Из военных, в помощь выделен только пятьдесят шестой драгунский полк, но его командир тоже от встречи уклоняется.

Веретину он естественно позвонил. Буквально полчаса назад. В деталях всё изложив и рассчитывая, что получит помощь. Тверь далеко. Но если оттуда крикнут, слышно и тут будет. Тем паче, если император решит показательно пару голов снять.

Надежда оправдалась только частично — в помощи приятель не отказал, но при этом попросил челобитную на имя императора составить. И в столицу её отправить.

Умом Самоедов понимал, что как-то так бюрократический аппарат и работает. Даже царю нужна бумажка с подписью, которая послужит спусковым крючком. Тем не менее, доносчиков полковник всегда презирал. Из-за чего сейчас сидел за своим столом и смотря на пустой лист бумаги, раздумывал как лучше поступить. Всё-таки составить челобитную или вызвать на дуэль главу губерниской управы Приказа?

В дверь постучали и та сразу же распахнулась. А на пороге возник ординарец. Единственный солдат, которого позволили взять со старого места службы.

— Ваше Высокоблагородие, разрешите доложить?

Поймав на себе тяжелый взгляд офицера, видимо вспомнил, что Самоедов говорил о формальных обращениях. И сразу же продолжил.

— Трупы одиннадцати мертвоборцев в губернии нашли. Только что сообщили.

Полковник приподнял брови и коротко уточнил.

— Упыри?

Вытянувшийся в струнку ординарец, едва заметно качнул головой.

— Никак нет, господин полковник. На телах ни одной раны, оружие не применяли, артефакты целы. Лошади привязаны рядом. Никаких следов боя.

На то, чтобы осмыслить услышанное, Самоедову потребовалось несколько секунд. По истечению которых он озвучил приказ.

— Прикажи готовить транспорт.

Солдат открыл рот, видимо готовясь лихо отрапортовать о том, что помчится выполнять приказ. Но так и застыл с открытым ртом. После чего чуть растерянно протянул.

— Но, господин полковник — у нас же людей нет. Некого в охрану взять будет.

Самоедов, который задумчиво рассматривал лист бумаги, повернул голову в его сторону.

— Мы мертвоборцы. Зачем нам охрана? Всё, не трать моё время. Выполнять приказ!

Спустя мгновение солдат исчез за дверью. А сам офицер, определившись, отодвинул пустой лист в сторону. Прежде чем принимать решение, сам съездит на место и взглянет на эти трупы. Узнает, кто именно погиб и что они там делали. Как знать, что в итоге вскроется. Возможно тут не вызывать на дуэль главу управы потребуется, а попросту его арестовать.

* * *

Легенды о русалах были частью человеческой культуры практически во всех мирах. Точно так же, как истории о разнообразных лесных или горных духах. И естественно, появились не на ровном месте.

Подобные расы действительно существовали. Только вот были куда малочисленнее человеческой и нередко становились объектом агрессии. Хотя, отдельные их виды, сами славились жестокостью и ненавистью ко всем, кто выглядел чуть иначе. Например лесные альвы. Которых подобное мировоззрение, в итоге привело на самую грань истребления.

Из-за их малой численности, процесс спонтанного расселения по иным мирам протекал крайне медленно. По той простой причине, что представители этих рас редко попадали в открывающиеся пустотные проколы.

Основной же причиной моего удивления был тот факт, что про русалов или их сородичей, не имелось ни единого упоминания в книгах. Из-за чего я машинально посчитал, что их тут попросту нет.

Как выяснилось — есть. Как минимум, одна русала. А ещё имелась карета с надписью «Почта» на борту, пара угрюмого вида людей в серой форме и мощная артефакторная защита. Характер который указывал на простой факт — русала была пленницей. Артефакты не только маскировали её присутствие и выстраивали вокруг защиту, но и сковывали саму деву.

Ровер хотел было сунуться внутрь, но я сразу же одёрнул пса. Сам транспорт защищён не был. Но вот русалу, которую в нём перевозили, «упаковали» по полной. А помня о том, как среагировал на эйдоса артефакт княжны Морозовой, лучше было не рисковать.

Вместо этого я приказал зверю подобраться ближе к двум мужчинам, что сидели впереди. Один правил четвёркой лошадей, а второй угрюмо разглядывал улицу и прохожих. После установки новых лигат и укрепления энергетической структуры, Ровер мог неплохо транслировать звуки, так что я рассчитывал подслушать неизвестных и понять с чем именно столкнулся. А пока, не спеша поехал следом за каретой.

К русалам и их многочисленным сородичам, Корпус Эгиды относился нейтрально. По крайней мере последние две тысячи лет, когда были внесены изменения в Стратегию и эти расы официально признали родственными людям. Что, к слову, было абсолютной правдой.

Из-за своей малой численности, они обычно держались подальше от конфликтов и политики. Стараясь добиться лишь безопасности и более или менее нормального уровня жизни. Естественно, отдельные из них поступали на службу к правителям. Да и среди Стражей их тоже можно было встретить. Но это было скорее исключением из правил.

Конкретно этой русале я был ничего не должен. А если посмотреть на мои обстоятельства в целом, то к бескорыстной помощи всем вокруг, они отнюдь не располагали. Тем не менее, я оставался Претором Корпуса Эгиды. Тем, кто всегда ненавидел торговлю людьми. И пусть моё мнение разделяли далеко не все, за последние несколько веков, ситуацию с работорговлей удалось немного выправить. Торговцев «живым товаром» в мирах Сопряжённой Вселенной стало заметно меньше.

Сейчас же передо мной точно была потенциальная рабыня. Женщины-русалы всегда считались великолепными любовницами. Как из-за некоторой специфики строения женских органов тела, так и по причине особой системы феромонов, которая воздействовала на мужчин, усиливая удовольствие. Так что я был почти на сто процентов уверен — её везут на продажу. Либо в качестве рабыни для постельных утех, либо для принесения в жертву во время ритуала. Из числа тех, которые срабатывали только при работе с представителем одной из этих рас.

С тем, что я буду делать, когда выясню детали, мой разум пока не определился. Многое зависело от того, куда именно её привезут и что там обнаружится.

Карета петляла по улицам, проходя квартал за кварталом, но продолжая держаться поближе к окраинам. Впрочем, я здесь смотрелся достаточно органично. В первую очередь из-за своего внешнего вида.

Бытовые узоры, латающие ткань, естественно имелись. И я их знал. Но они хорошо срабатывали только в тех случаях, когда разрез был ровным, а материал цел. Тогда как мой мундир за последнее время пострадал не один раз. И несмотря на то, что я его залатал, выглядел изрядно потрёпанным.

Двое мужчин, что сидели на облучке кареты, долгое время ехали молча. Настолько, что услышав голос одного из них, переданный Ровером, я изрядно удивился.

— Думаю надо больше обычного просить. Не девку какую-то везём. И не ящики. За водницу втройне пусть платит.

Слова принадлежали бородатому мужчине, который сидел рядом с возницей. Выглядел он достаточно мрачно. И несмотря на серую форму, больше напоминал бандита, чем работника государственной службы.

Вот второй, правивший лошадьми, напротив имел такой вид, что сразу располагал к себе. Ровер продемонстрировал, как он покосился на своего напарника.

— Три червонца каждому? Не боишься Моржа злить? Он ведь и на перегной отправить может.

Бородач хмыкнул в густые усы.

— И где он потом новых курьеров возьмёт? Не трусь, Сивый. Вместе плату потребуем — сразу назад сдаст. Ты сам подумай, сколько ему за водницу отстегнут? Это ж тебе не просто груз какой. Редкая штуковина. Вспомни, как она выглядела-то? А зыркала на нас как? Ух, и горяча штучка.

Тот, кого он называл Сивым, поморщился. Глянув на своего коллегу, понизил громкость голоса.

— Не хочу обидеть Моржа, но он тут в той же роли, что и мы. Доставку обеспечивает. Может пара сотен ему перепадёт. Не больше.

Пару секунду помолчав, снова посмотрел на бородача.

— Давай по пятнадцать целковых попросим. И баста.

Второго такой вариант не устроил и спор возобновился, вращаясь вокруг одних и тех же вещей. Я же попытался прикинуть в голове порядок сумм. До того, проезжая трактиры, я присматривался к выставленным наружу грифельным доскам, на которых мелом были указаны цены на самые популярные блюда.