Шум боя разлетелся по подземелью, как удар колокола в тихом монастыре.

Через несколько секунд в проходах загремели шаги — тяжелые, быстрые, с эхом. Факелы зажглись один за другим, и вскоре тёмный коридор залился тёплым светом. Это были Академмки.

Впереди всех шёл сам Артемий Кайзер — в чёрном мундире, с руками за спиной, как будто он пришёл не в подземелье, а на парад. Но его глаза выдавали, что он здесь не по протоколу. Слева и справа от него шли преподаватели, а позади маячили старосты и просто ученики.

— Что тут, чёрт возьми, произошло? — голос ректора раскатился по сводам, и даже факелы, казалось, дрогнули.

Я стоял над телом Ивана. Вокруг пахло гарью и кровью. Альфред, ещё бледный, держался за стену, пытаясь отдышаться после действия амулета. В этот момент он не мог сказать ни одного слова.

Кайзер шагнул ближе, взглядом оценивая сцену. На его лице промелькнуло… удивление. Не то лёгкое, показное, что он обычно демонстрировал на уроках, а настоящее — с едва заметным напряжением в скулах. Он явно не рассчитывал, что Иван окажется побеждённым. Он расчитывал увидеть тут не один труп, а целых два.

— Это же Иван Мозгов, — произнёс он, подходя к телу и чуть наклоняясь. — Ученик четвёртого уровня, перспективный… — Он на мгновение замолчал, а потом выпрямился. — И, как я понимаю, убийцей оказался именно он? Он тот самый маг крови, который держал всю академию у страхе?

Я выдержал паузу и сказал:

— Да. Мы нашли его. Он… признался. У нас была очень тяжелая битва, но я победил.

В этот момент Кайзер словно вернул себе самообладание. Всё в его движениях стало выверенным, речь — чёткой, даже местами холодной. Он понимал, что у него на руках идеальная возможность: и убрать Ивана, и выставить всё в выгодном свете.

— Отлично, — сказал он. — Вы двое, — он указал на меня и на Альфреда, — проявили себя лучше всех. За смелость, умение и верность Академии я присуждаю вам пятый уровень. С сегодняшнего дня вы — выпускники.

Старосты за его спиной переглянулись. Некоторые выглядели недовольными, кто-то — ошеломлённым, но никто не осмелился возразить. Кто-то из студентов захлопал.

— В честь этого, — продолжил Кайзер, — завтра вечером состоится бал выпускников. Всё должно быть достойно момента. Спасибо вам, за вашу смелость и за помощь академии.

Я кивнул. Альфред тихо выдохнул, но я видел в его глазах ту же осторожность, что и в своих мыслях: слишком гладко всё это прошло. Мы знали, что Кайзер не просто замешан в этом. Он был голова, а Иван был просто руки, не больше.

И тут Кайзер уже собирался развернуться, как вдруг его взгляд скользнул по стене.

Я заметил, как в его зрачках на мгновение промелькнула тень.

Там, в камне, оставленная мной метка ассасина всё ещё темнела, будто нарочно напоминая о себе.

Кайзер задержал взгляд.

Всего на секунду.

Но этого было достаточно, чтобы я понял — он узнал знак. Еще бы.

Он повернулся и не сказал ни слова, просто повернулся и направился к выходу. Но шаги его стали чуть медленнее, а тишина за его спиной была тяжелее, чем любые слова.

Когда шаги Кайзера, преподавателей и учеников затихли в коридоре, и факелы вернулись к своему привычному тусклому трепету, тишина подземелья стала звенящей.

Я стоял, глядя на каменную стену, где чётко темнела моя метка.

— Он видел, — тихо сказал Альфред, подходя ближе.

— Ещё бы, — ответил я, не отрывая взгляда от знака. — Такие вещи не пропускают. Это и было моей целью, оставить тут ему послание.

— А что означает этот символ? — спросил он

— Да ничего особенного, просто не бери в голову, тот кому нужно — понял.

Альфред криво усмехнулся, но в его улыбке не было веселья. Конечно, ведь он только что чуть не умер прямо в этой пещере.

— Ну что ж, Демид Алмазов, поздравляю нас, мы выпускники. Получили пятый уровень, бал, фанфары… И ректора, который теперь будет смотреть на нас, как на острый нож, уткнутый ему в спину. Поздравляю. Мы этого достойны.

Я перевёл на него взгляд.

— Ты понимаешь, что это всё было слишком… удобно? Иван оказался убийцей. Мы побеждаем. Все аплодируют. Кайзер доволен… с виду. Но по факту я уверен, что внутри у него все горело и он мечтал, чтобы мы с тобой лежали рядом с телом Ивана так же без головы.

— А на деле ты думаешь, что это не конец? — спросил Альфред.

— На деле, — я медленно произнёс, — это только самое начало нашего большого пути.

Альфред тяжело сел на ближайший ящик, всё ещё растирая шею, где недавно пылал амулет.

— Если это только начало… значит, продолжение будет ещё хуже.

— Будет, — согласился я. — Убийца мог быть и не один. Кайзер в подземелье собирался с людьми в масках, значит, есть план, и мы в него не вписываемся вообще никак, Альфред.

— Или вписываемся, — мрачно сказал Альфред, — просто не так, как хотелось бы нам. А именно так, как будет нужно кайзеру.

Я усмехнулся.

— И это говорит человек, который совсем ещё недавно мечтал увидеть мой труп, а теперь?

— А теперь все по другому, я может быть и молод — он глянул на меня исподлобья, — но не дурак. Ты видел, как он посмотрел на метку?

— Видел, — кивнул я. — И он её узнал.

Альфред замолчал, а потом тихо произнёс:

— Знаешь, что мне в этом всём нравится меньше всего?

— Что?

— Бал.

— Бал? — я приподнял бровь.

— Да. Слишком много людей в одном месте. Слишком удобно, чтобы что-то случилось. Идеальная ловушка.

Я на секунду задумался, вспоминая холодный взгляд Кайзера.

— Ты прав. Бал — это шанс. Но не для него, а для нас.

— Тогда что делаем? — спросил он, поднимаясь.

— Готовимся. Держим глаза открытыми. Никому не доверяем. Даже тем, кто улыбается. Особенно тем, кто улыбается.

Он хмыкнул:

— Особенно Кайзеру?

— Особенно Кайзеру, ему в первую очередь — подтвердил я.

Мы ещё пару секунд стояли в молчании, слушая, как где-то вдали капает вода.

— Слушай, — сказал Альфред, — а если… всё это не закончится на убийце? Если за ним кто-то ещё стоит?

— Тогда, — я медленно провёл пальцами по метке на стене, — мы уже стоим у подножия горы. И путь наверх будет долгим.

— И кровавым? — спросил он.

— И кровавым, — кивнул я. — Но мы ещё посмотрим, чья кровь прольётся первой. Уверен, что не наша с тобой.

Альфред усмехнулся, но глаза его оставались холодными.

— Знаешь, — сказал он, — когда мы встретились, я думал, что ты просто парень с парочкой трюков и завышенной самооценкой…

— А теперь? — спросил я.

— А теперь думаю, что у меня в союзниках — самый опасный человек Академии.

Я пожал плечами.

— Тогда нам повезло. Потому что я думаю о тебе то же самое.

Он усмехнулся чуть теплее.

— Ладно, выпускник, пойдём. Завтра нас ждёт веселье.

Мы двинулись к выходу, но я ещё раз обернулся и посмотрел на метку на стене. Она темнела в отблесках факелов, как клятва.

Клятва, что эта история ещё далеко не закончена…

Глава 24

Глава 24

Подготовка к балу в Академии Магии — событие не просто редкое, а почти сакральное. Такие вечера устраивали только для тех, кто сумел пережить испытания, подняться на новый пятый уровень и доказать, что всеми своими поступками достоин звания выпускника.

На этот раз бал устраивался в честь нас с Альфредом, но я прекрасно понимал — настоящая причина была глубже. Кайзер просто ловко прятал игру за красивой ширмой. Он понимал, что я не просто ученик, которым он сможет крутить и вертеть, как своей игрушкой. Он хотел пустить пыль в глаза этим мероприятияем и скрыть под этой маской свои истинные планы.

Я стоял у окна своей комнаты, глядя на заснеженный двор академии. Под ним уже спешили ученики, кто-то волок под мышкой свёртки с костюмами, кто-то пытался в коридоре репетировать шаги вальса, едва не сбив с ног идущего преподавателя. Я вдыхал холодный воздух — лёгкий сквозняк тянул из приоткрытой створки. Сегодня будет праздник. А значит — и маскарад. Не тот, где люди прячут лица под тканью. Тот, где каждый скрывает истинные намерения глубоко под кожей.

Я знал — это не конец. В какой-то момент я задумался про Ивана. Он был мне самым близким человеком в этом змеином гнезде. В какой момент все пошло не так? Неужели с самого начала и я настолько сильно неразборчив в людях?

Помню, как старый Ассасин говорил мне, что нельзя никому доверять, но это противоречило кодексу ассасина. Мы были за братство и за верность. Хотя, может именно это нас и подвело и снова меня предал человек, которого я мог назвать своим братом. Ладно, сейчас это уже было не так важно. Это опыт, а значит в будущем я уже буду знать, как нужно поступить в такой ситуации. Одно знаю точно, все это сделало меня намного сильнее и теперь, когда придет время, Кайзеру со мной не справиться.

Нужно было готовиться к балу.

Мой костюм был строгим, но с намёком на дерзость: чёрный камзол с серебряной вышивкой, отражающей мягкий свет свечей; белоснежная рубашка с высоким воротом; ремень с небольшой, но весьма изящной пряжкой в виде капли. Символ крови? Может быть. Или просто совпадение. Пусть каждый думает, как хочет. Но я знал, что не нес никакого в этом смысла.

К балу я собирался с той же тщательностью, как к дуэли: проверил, чтобы в сапогах не было складок, а запонки — идеально подогнаны. Кинжал, разумеется, я не брал — не положено. Но кое-что острое всегда можно спрятать в рукаве. Именно так я и сделал.

Когда часы пробили половину восьмого, я направился к входу академии, где мы условились встретиться с Алиной. С моей прекрасной Алиной, горячей, как её магия огня.