– Значит, когда ты начал проявлять ко мне интерес… это… Это – о боги – Роуэн, наши отношения?.. – Ей стало плохо. – Для тебя все это было работой? Ты когда-нибудь любил меня? Я вообще знаю тебя настоящего?

– Рен, конечно, ты знаешь. Не будь…

– Не указывай мне, что я должна чувствовать! – закричала она и снова задрожала. Рен махнула рукой на свою первую любовь. Ты никогда его не знала. – Я была готова отдать тебе все. Всю себя. Мы должны были быть счастливы вместе. Но для тебя это было притворством. – Мать Рен беспокоилась из-за того, что многие пользуются положением ее дочери. А должна была беспокоиться о том, как к Рен относится самый близкий человек.

– Позволь мне объясниться, пожалуйста! – Роуэн потянулся к Рен. Она шлепнула его по руке, по коже пробежали мурашки. – Все мои чувства к тебе были настоящими. То, что между нами есть, – настоящее. Ты должна понимать, что, если бы я не согласился быть шпионом, вадонский король поставил бы на мое место кого-то другого. Они могли бы даже убить меня за то, что я отвернулся от своей страны. Лучший способ защитить тебя, защитить всю семью – занять эту должность. Я полюбил тебя еще до того, как посетил родину. Я любил тебя с самого детства. Уже тогда планировал жениться, как только мы станем достаточно взрослыми. Ты должна поверить мне, Рен. Пожалуйста.

Она едва могла смотреть на него. Она почувствовала, как ее тело начало неметь.

Перед ней стоял незнакомец, который лгал на протяжении многих лет.

– Я доверяла тебе, – сказала она, чувствуя себя опустошенной. Рен уставилась в умоляющие глаза Роуэна. – Знаешь, ты прав. Я изменилась. Я уже не та девушка, которую ты знал раньше.

Рен не могла поверить ни единому слову Роуэна, даже если бы захотела. После всей этой лжи, предательства и секретов она не могла найти в себе силы доверять ему.

Он ее предал.

– Не уходи, – взмолился он. – Пожалуйста.

Она покачала головой и, развернувшись, ушла, не сказав больше ни слова.

– Я люблю тебя, – крикнул он ей вслед.

Одинокая слеза скатилась по щеке Рен.

Любовь Роуэна была ненастоящей.

Она побежала вниз по лестнице, оставив незнакомца, которого когда-то отчаянно любила, в маленькой комнате наедине с разбитым сердцем.

Глава тридцать первая Рен

Глава тридцать первая

Рен

Рен помчалась вниз по лестнице.

Роуэн жив.

Он с самого начала играл с ней.

Тебя он все еще волнует.

Злые слезы потекли по щекам, и она поскользнулась, издав громкий крик. Рен вцепилась в стену и удержала равновесие, сердце бешено колотилось, она смахнула с лица предательские слезы и икнула, услышав звук – кто-то спускался по лестнице.

Роуэн, без сомнения.

Если он удержит ее, будет умолять остаться, обнимет ее, поцелует – тогда ее ярость наверняка растворится так же быстро, как морская пена. Но она не хотела отпускать гнев.

Жизнью Рен управляли все, кроме нее самой. Она устала от этого. Устала от того, что ею манипулируют. Рен оттолкнулась от стены и продолжила спускаться. Она не знала, куда идет, знала только, что ей нужно выбираться.

Ее шаги звенели в тишине помещения. Стук сердца отдавался у Рен в голове, она бросилась к двери. Разум отключился, когда девушка вдохнула чистый воздух Отоса и влилась в людскую массу, текущую по городу.

По улицам Отоса она добралась до порта, едва осознавая это. Порт был не таким большим и хаотичным, как столичный Деланш, но все равно удивлял размерами. Звук волн, разбивающихся о причал, немного успокоил боль в ее душе. Океан всегда был бальзамом для ран принцессы.

Рабочие, рыбаки, торговцы и матросы свободно сновали между кораблями – как муравьи в муравейнике. Будет легко затеряться в этой суете.

Спрятаться подальше ото всех, кто будет ее искать.

Рен сунула руки в карманы, пытаясь решить, в каком направлении идти. Ее правая рука коснулась прохладной поверхности черных бриллиантов из маски, подаренной Арриком. Хвала звездам, что она проявила благоразумие, прихватив их с собой, и что тетя вернула оружие.

Самое время найти друга, который может помочь.

Она пробиралась от пирса к пирсу в поисках тихого места, где можно было собраться с мыслями и спеть нежную песенку.

Позвать дракона.

Рен заметила заброшенный, полуразрушенный пирс и направилась к воде. Она осторожно прошла по нему, стараясь избегать выбоин. Дойдя до конца, она закрыла глаза и начала петь. Боль от одиночества и предательства сделали голос надломленным, а мелодию печальной. Это был плач.

Рен не заметила, как глаза закрылись, но она медленно их открыла. Вода слегка колыхалась. Рен не потребовалось много времени, чтобы распознать дракона, скрывающегося под поверхностью. Она оглянулась, осматривая местность. Поскольку день близился к обеду и рыбный рынок до отказа забился народом, в порту было не так уж оживленно. Никому не было дела до одинокого человека, стоявшего на конце пирса. Какой-то пьяница покачнулся и плюхнулся у входа в доки, его ноги свисали в море.

Рен посмотрела на Трува и восхитилась тем, как блестит его чешуя под волнами.

– Здравствуй, друг, – пробормотала она.

Дракон остался под водой, наблюдая за ней бездонными глазами.

Он – ее спасение. Рен не нужен был никто другой, кроме ее сестры, Клары и Лейфа.

Меланхоличная улыбка тронула губы Рен, когда она перегнулась через деревянные перила причала, готовая бросить все и улететь к Бритте и…

– Какая знакомая шевелюра, – раздался голос за спиной Рен.

Она обернулась. Очень знакомый торговец, превратившийся в пирата, стоял там, протягивая Рен шелковую ткань, которой она могла вытереть лицо. Рен не сомневалась, что ее лицо выглядит распухшим от слез.

Ганн.

Как, черт возьми, ему удалось к ней подобраться?

Она натянула капюшон и прокляла себя за то, что была так беспечна, когда убегала. Ее волосы вились, словно кровавое пламя.

Рен будто размахивала флагом, сообщая, что находится в Отосе. Она прищурилась, заметив бутылку, привязанную к бедру пирата, и обратила внимание на его одежду. Он был тем пьяницей, которого она заметила.

– Это дурачество было так необходимо?

– Если бы я подошел к тебе, принцесса, ты бы осталась или убежала?

Справедливый вопрос. На который они оба знали ответ.

– Что ты здесь делаешь? Разве ты… разве ты не должен быть в море, возвращать рабов в их родные дома? – Удивительно, что Рен не убила его на месте. Неужели он предал Лейфа?

Ганн дико рассмеялся, поняв, какие мысли посетили Рен.

– Эх ты, недоверчивая принцесса Драконов. Как думаешь, я мог бы сотворить такое, управляя кораблем, знакомым королю Сорену? Не будь глупой. Я переправил Лейфа и рабов на менее заметное судно меньшего размера, отправил туда часть своей команды, чтобы Лейф завершил дела от моего имени.

Его объяснение было правдоподобным, но легче от этого не стало.

– Я должна доверять тебе?

– Нет, но ты можешь быть уверена в том, что я ненавижу Идрила настолько, что готов разрушить все, что для него дорого.

– Что он сделал?

Ганн рассмеялся.

– Мой дорогой старенький папа? Все просто замечательно.

Папа.

Рен в шоке уставилась на пирата. Ганн был сыном Идрила? Теперь, когда он упомянул об этом, Рен увидела сходство.

У тебя есть брат.

Знал ли Ганн, что они были сводными братом и сестрой? Все это было слишком.

– Он твой отец? – прохрипела Рен.

Ее брат улыбнулся, но совсем не мило.

– Только по крови. Я не претендую на общение с ним, даже несмотря на то, что он продолжает пытаться обуздать меня.

Рен покачнулась и схватилась за перила позади себя.

Улыбка Ганна померкла, на лице появилось беспокойство.

– Что случилось? Ты не рада видеть меня?

Рен покачала головой, пытаясь взять себя в руки. Даже если они были родственниками, Ганн не относился к кругу ее друзей. Она усвоила этот урок на примере Вьенн.

Пират снова протянул носовой платок.

– Предлагаю мир.

Рен не могла уловить ничего необычного в поведении Ганна, до сих пор он выполнял все свои обязанности по сделке о поддержке повстанцев.

Рен взяла ткань из его рук, неряшливо вытерла ей лицо, а потом ахнула от удивления, когда, глянув на нее еще раз, увидела вышитое имя.

– Он принадлежит Аррику, – выдавила принцесса. Рен сверлила пирата взглядом. – Когда он дал тебе его? И зачем? Где принц?

Ганн снова засмеялся. Маленькая серьга, сделанная из серебра и кварца звякнула у пирата в ухе.

– Так много вопросов.

– Это был долгий день, – проговорила она. – Скажи мне прямо. Больше никаких тайн.

– Если пойдешь со мной, принцесса, я отвечу на все твои вопросы. – Он указал рукой на ближайший корабль. Рен уставилась на Ганна, чувствуя себя глупо из-за того, что не заметила его, когда вбежала в порт.

Быть слабой – это нормально. Такой тяжелый день.

Она снова вытерла лицо и сунула платок в карман, кивнув Ганну. Он ухмыльнулся, а затем повернулся и с важным видом зашагал по причалу, словно это место принадлежало ему. Рен тяжело выдохнула и оглянулась на Трува.

– Я скоро вернусь.

Принцесса быстро догнала пирата – человека, который вполне мог быть ее братом. Трудно это осознавать. В молчании они добрались до корабля, волны мягко ударялись о корпус.

Рен с растущим любопытством наблюдала за Ганном, когда они поднимались на борт.

– Откуда ты знаешь принца? Вы работаете с ним с тех пор, как мы с Лейфом обратились к тебе?