Трув фыркнул и выполз из комнаты, царапая пол своей чешуей. Аррик поморщился, надеясь, что шум не разбудит жену.
– Аррик.
Голос Рен звоном колокольчиков пронзил ночь. Ясный. Чистый. Прекрасный.
Он опустил взгляд на нее, и Рен перевернулась, чтобы посмотреть на него.
– Прости. Трув немного пошумел на прощание, – прохрипел Аррик.
Его сердце билось так сильно, что было больно. Когда Рен положила ладонь ему на грудь напротив сердца и потянула его руку, чтобы накрыть ею свою, стало еще больнее.
Рен не ответила на его слова. Она нашла губы Аррика своими губами и закрыла глаза, а когда Аррик прижал ладонь к основанию ее шеи, чтобы привлечь ближе к себе, словно так он мог запечатлеть свою любовь на ее коже, она открыла губы, позволяя ему проникнуть языком ей в рот.
На вкус Рен напоминала бархат и пряные специи.
Она застонала, и ее пальцы сильнее сжали его ладонь. Этот звук пробудил в Аррике что-то дикое. Что-то опасное.
Он перекатился, подмяв Рен под себя. Все его тело вжало ее в матрас, пока он целовал ее, выпуская наружу накопленное разочарование, тоску и желание. Аррик знал, что ему стоит быть нежным после всего, что она пережила за сегодняшний день, но он не мог найти в себе сил отстраниться. Часть его переживала, что Рен исчезнет, если он остановится.
Рен ногами обхватила талию Аррика; она выгнула свое тело ему навстречу, отчего в его глазах вспыхнули звезды, а на губах замерли проклятия.
– Больше, – прошептала она между поцелуями.
Аррик зарычал, не отрываясь от ее губ, погладил ее по лицу, а затем запустил пальцы ей в волосы, чтобы обнажить стройную шею. Ему требовалось попробовать ее и там. Этого было недостаточно.
Он изголодался по своей королеве. Дрожь пробежала по его позвоночнику, когда Рен провела ногтями по его спине, а потом каким-то образом прижала его к себе еще крепче.
Рен с охотой отзывалась на его прикосновения, но маленький колокольчик зазвенел на границе его сознания.
Аррик не хотел, чтобы их близость стала ошибкой. Он желал, чтобы этот момент навеки связал их. Рен должна была жаждать их близости так же сильно, как сам Аррик. Он должен услышать это от нее. За годы своей жизни он сделал много дурных вещей, но красть у женщины, которую любит, он не станет.
– Скажи мне, чего ты хочешь, – выдохнул Аррик в ее губы, когда она вдавила пятки ему в бедра, привлекая его ближе.
Пот выступил на его лбу, пока он удерживал себя на месте.
Рен открыла глаза, потемневшие от желания:
– Тебя.
Не удержавшись, он поцеловал ее в уголок губ.
– Сегодня был длинный день, дорогая. Я не хочу, чтобы ты пожалела об этом, – хрипло произнес он.
Аррик не хотел, чтобы Рен сдалась ему. Он хотел, чтобы она его выбрала.
Рен смерила его пристальным взглядом, затем намотала его косы себе на кулак и сильно дернула. Аррик поморщился, когда боль пронзила его голову, но от этого пламя желания разгорелось лишь сильнее.
– Послушай меня, мой король, – огрызнулась она. – Я хочу тебя, Аррик. Я хотела тебя… значительно дольше, чем могу себе признаться. Наши отношения никогда не будут полны радуг и бабочек. Мы – это жестокость, страсть и твердость характеров. Сегодняшний день заставил меня понять, кто я есть на самом деле. Я знаю, чего хочу от будущего, и я устала бороться со своими желаниями. А теперь… перестань бороться со своей королевой.
Этих слов оказалось достаточно, чтобы полностью разбить оковы, в которые он себя заковал. Аррик не знал, кто из них начал первым сбрасывать с другого одежду, но это было не важно. Единственное, что имело значение, – это прикосновение кожи к коже, тела, прижатые друг к другу каждым дюймом так, словно они оба изголодались по друг другу.
– Ты должна знать, как сильно я желал тебя, Рен, – сказал Аррик.
Все его тело дрожало от напряжения. Он скользнул рукой вниз и подтянул ее правую ногу выше. Когда их тела прижались друг к другу, его поглотило желание раствориться в своей королеве. Аррик скорее почувствовал, чем увидел румянец, заливший ее щеки.
Он растянул губы в опасной ухмылке:
– Твое пожелание – мой приказ, жена.
Одного толчка хватило, чтобы королева сдалась ему с шипением, полным удовольствия и боли. В это мгновение Аррик задался вопросом, кто из них отдавал приказы, потому что он был готов лишиться всего, лишь бы провести так целую вечность.
Глава двадцать пятая. Рен
Глава двадцать пятая. Рен
Было бы легко проснуться, ощущая вину и сожаление за события прошлой ночи, но ничего подобного Рен не испытывала. На самом деле она чувствовала себя удовлетворенной и беззастенчиво счастливой.
В этом и заключалась ее дилемма.
Она уставилась в лицо Аррика, такое острое и прекрасное, и поджала губы. Может, они и переспали, но это не значит, что что-то изменилось. Ничего не могло измениться. Он совершил множество ошибок и делал плохие вещи, а значит, должен был расплатиться за это.
Воспоминание об Эвер отозвалось болезненным уколом в сердце. У нее не было выбора. Чувства Рен к мужу не могли влиять на ее решения. Слишком много людей зависело от нее.
– Утречко, – сонно пробормотал Аррик, притягивая ее ближе и целуя так, словно ничего естественнее в мире не было.
Рен расслабленно прижалась к его груди, ни капли не стесняясь их наготы. Она подозревала, что после того, чем они занимались всю прошлую ночь, стесняться уже нечего. Ее удивило то, как легко оказалось целовать его – прижиматься к нему всем телом и позволять ему укутывать ее в своих объятиях, в своем запахе, в своем существе – так, словно у них все было хорошо.
Когда Аррик поцеловал ее в плечо, Рен сглотнула, увидев во взгляде его ледяных голубых глаз нечто большее, чем просто привязанность.
– Как ты себя чувствуешь? – прошептал он, пальцами выводя узоры на ее бедре.
Рен задрожала, слишком ясно ощущая его прикосновения и жар желания в животе.
– Я в порядке.
Он прекратил покрывать ее кожу поцелуями и изучающе посмотрел ей в лицо:
– Я не был слишком груб?
Значит, большой и страшный монстр переживал. Это заставило ее улыбнуться.
– Я в порядке. И если честно… – Рен закинула ногу Аррику на бедро и провела пальцами по его заостренным ушам. – Я довольно сильно проголодалась.
Его чувственные губы медленно растянулись в улыбке, а поцелуи поползли ниже, к ее груди.
– Какое совпадение. Я тоже.
Им потребовалось несколько часов, чтобы раствориться друг в друге, искупаться и вместе позавтракать.
Рен забралась в карету, которая отвезет ее в первый пункт ее тура по высокородным семьям Верланти. Маленькая часть ее не хотела оставлять Аррика, но она отринула эту мысль прочь. Он взял ее тело, но она не могла позволить ему получить больше.
Рен нахмурилась, когда Аррик с улыбкой на лице забрался внутрь следом за ней.
– Почему ты здесь? – спросила она, вскинув брови. – Я думала, что поеду с Астрид.
Рен переживала по этому поводу все утро. Людям, которым приходилось развлекать королеву-мать, всегда необходимо сохранять бдительность.
Аррик усмехнулся:
– Ты думаешь, я мог бы обречь тебя на такое сразу после вчерашнего? Нет, я немного изменил свое расписание, чтобы посетить первые несколько семей с тобой за компанию. Астрид встретит нас на первой остановке.
Облегчение накрыло Рен такой мощной волной, что она обмякла на своем сиденье. Аррик обхватил ее рукой за плечи, приказал вознице ехать, и они отправились в путь.
Наблюдая за тем, как мимо проплывают сельские пейзажи, Рен застонала.
– А как же Лейф? – спросила она, чувствуя себя виноватой за то, что забыла о нем. Он тоже должен был поехать с ней. – И Хосену?
Аррик ткнул пальцем в окно на карету, которая следовала за ними:
– Они оба там. Я подумал, тебе… эм… захочется немного уединения сегодня. Но они могут присоединиться к нам, если хочешь. – Он выглянул в окно и тяжело уставился вдаль.
Аррик надеялся, что Рен не позовет своих друзей присоединиться к ним – это было ясно видно по его лицу. Она не смогла сдержаться и рассмеялась громко и звонко, словно ее жизнь не разваливалась на части.
Мужчина резко обернулся, и Рен прижала руку ко рту. Глаза Аррика ласково сверкнули, и он отнял ладонь Рен от ее лица:
– Не прячь от меня свой смех. Я счастлив слышать твою радость. – Выражение его лица сменилось на серьезное: – Я надеюсь, что ты всегда будешь смеяться так рядом со мной, Рен.
Она сглотнула и опустила взгляд на свои колени.
– Мне хотелось бы попытаться, – сказала она, надеясь, что ее актерского таланта хватило на то, чтобы спрятать ужас, который она испытала от этих слов.
Им не суждено жить вместе долго и счастливо. Отведенное им время подходило к концу.
Карету неспешно тянули вперед блестящие черные лошади. Аррик, очевидно, не слишком торопился к их первому пункту назначения. Во время путешествия он рассказывал Рен истории из своего детства: счастливые, которых было немного, и грустные, которых хватало с избытком. Рен невольно с головой погрузилась в его рассказы, забыв о своем долге, целях и намерениях предать короля: ей хотелось узнать о своем муже все и быть рядом, пока он преображается в нового человека.