– Многие годы.
– А сейчас?
– Теперь я знаю, что внешность обманчива. Даже обладающие свободой могут оказаться такими же рабами, как и я когда-то. Настоящая проблема в принятии и нежелании что-то менять. – Никс убрала руки. – Сполосни, пожалуйста.
Тэмпест опустила голову под воду и смыла мыло. Вынырнув, она откинула волосы с лица и стерла воду с глаз. Девушка замерла, увидев цвет воды.
Темно-серый, почти черный.
Кончик холодного кинжала коснулся кожи ее горла.
– И именно жаждущие власти фанатики вроде тебя удерживают этого монстра у власти, – прошептала Никс. – Ты не перестаешь удивлять, маленькая Гончая.
Тэмпест уставилась прямо перед собой и вздохнула.
Она плеснула мыльной водой через плечо и отпрянула от лезвия. Тэмпест вскочила и развернулась в ванне, затем ударила босой ногой в грудь Никс, которая сплевывала воду. Женщина отлетела назад и плавно перекатилась на ноги, вытирая воду с глаз.
Конечно, она хорошо натренирована.
Тэмпест выпрыгнула из ванны и потянулась за кухонным ножом, бездумно оставленным на столе. Никс выставила ногу вперед, и Тэмпест споткнулась, ступни заскользили по мокрому полу. Сначала она впечаталась животом в стол, а затем сжала руку вокруг лезвия как раз в тот момент, когда женщина-Оборотень схватила ее за волосы и дернула.
Знакомое спокойствие овладело Тэмпест, повернувшейся лицом к Никс. Кожа головы горела. Девушка схватила женщину за платье, удерживая на месте, и приставила нож между грудей Никс в тот самый момент, когда лезвие Оборотня коснулось уязвимой точки под подбородком Тэмпы.
Обе женщины замерли, и Тэмпест встретилась с некогда теплым взглядом Никс своим холодным, цвета бури.
– Ситуация зашла в тупик, – заявила Гончая. – Не обязательно заканчивать все кровопролитием. Придя сюда, ты только и делала, что заботилась обо мне, и я благодарна тебе за это. Сейчас ты можешь уйти отсюда невредимой, если оставишь меня в покое.
Напряжение заполнило все пространство, и пальцы Никс сильнее сжали волосы Тэмпест. Прохладный воздух дразнил кожу девушки, и вода стекала по ее обнаженному телу и капала на пол непрерывным стаккато, пока она ждала ответа женщины-Оборотня. Гончая вглядывалась в выражение лица Никс в поисках хоть какого-то намека на ее следующий шаг. Если она не согласится на переговоры, Тэмпест придется взять дело в свои руки.
– Даже если я соглашусь на твой план, он не отпустит тебя, – прошептала Оборотень, глядя на нее серьезными карими глазами. – Ты даже не доберешься до реки.
– Я изобретательна, – возразила она. – Отпусти меня. Ты выглядишь так, словно побывала в бою. Тебе удастся с легкостью убедить мужчин, что на тебя напали.
Никс поджала губы и опустила клинок. Она с осторожностью отступила и подошла к столу. Женщина-Оборотень махнула рукой на дверь.
– Попробуй, леди Гончая, – усмехнулась она. – Это будет самым ярким событием моего дня.
Тэмпест не сводила глаз с женщины, пока надевала тунику Пайра и грубо вытирала простыней мокрую кожу. Она разрезала огромное одеяло пополам и обвязала им шею и волосы на манер импровизированного плаща, а затем отрезала полоску поменьше, чтобы получился пояс, и закрепила его на бедрах. Вода с мокрых волос стекала по спине, но ей было все равно. Время было на исходе.
Она попятилась к двери, вглядываясь в Никс, в то время как женщина смотрела на нее в ответ. Связывать ее бесполезно: она просто разорвала бы путы. Скорость – лучший шанс Тэмпест на побег.
– Ты совсем не такая, как я ожидала, – тихо пробормотала женщина-Оборотень. – Лучше тебе и правда уйти.
– Береги себя, Никс, – сказала Тэмпест, взявшись за дверную ручку. – Компания, с которой ты общаешься, опасна.
– Ты даже не представляешь насколько, маленькая Гончая.
Обменявшись прощальными фразами с Никс, Тэмпест толкнула дверь и побежала глубже в лес, чтобы коттедж совсем скрылся из вида. Закинув голову, она определила положение солнца. Запад находился справа от нее, а слева – восток.
Сосновые иголки впивались в ступни, пока она искала подходящее дерево, для того чтобы залезть на него. Если забраться повыше, можно определить, в какой стороне юг.
Заметив идеально подходящее дерево, она заткнула одеяло за свой импровизированный пояс и начала карабкаться, не обращая внимания на боль. Руки дрожали, желудок скрутило, и, когда она почти добралась до верхушки, дерево качнулось на ветру. Оставалось всего несколько движений.
Тэмпест перекинула ногу через тонкую ветку, которая, как она надеялась, выдержит ее вес, и обняла ствол, не обращая внимания на прилипающий к рукам сок. В любом случае это поможет замаскировать ее запах. У девушки перехватило дыхание. Благоговейный трепет наполнил все тело при взгляде на огромный лес и массивный горный хребет, отделяющий опасных монстров от Хеймсерии. Всех, кроме драконов. Горы оказались идеальным домом для летающих ящериц, покрытых чешуей, и располагались в самой северной части королевства.
Она повернулась лицом к югу и прижалась щекой к грубой коре. Оборотни занесли ее гораздо дальше в лес, чем она ожидала. Тяжело вздохнув, Тэмпест стала размышлять над дальнейшими вариантами развития событий.
Нельзя возвращаться к королю без сердца Шута. Ее прикрытие раскрыли, и есть вероятность, что захватившие ее Оборотни как-то связаны с ним, в чем она почти не сомневалась. Теперь врага родного королевства не застать врасплох.
Тэмпест фыркнула. Это значительно усложнит его убийство.
Прядь волос цвета барвинка упала на лицо. Хотя она могла бы отстричь волосы и замаскироваться под мальчика… Вполне рабочий план. Но не здесь же их срезать. Улики оставлять никак нельзя. Нужно ехать на юг и найти город побольше, в котором есть возможность затеряться. Там она сможет все обдумать и ударить по Шуту с другой стороны.
Определившись с планом, Тэмпест спустилась настолько быстро, насколько осмелилась. Она задержалась на высоте в двадцать футов от земли и огляделась. Все казалось в полном порядке. Гончая прождала мучительные пять минут, просто чтобы убедиться, что ее не подстерегает ловушка. Сейчас не время для ошибки.
Ноги взбунтовались, когда она бесшумно приземлилась. Девушка пригнулась, прежде чем побежать на юг. Река должна быть где-то рядом, если учесть, что мужчины принесли ей воды для купания. По привычке она подавила улыбку. Они столько пытались от нее скрыть, но все равно неосознанно открыли дорогу к побегу.
Она бесшумно ступала, призраком пробираясь сквозь лес, стараясь держаться в тени, отбрасываемой деревьями. Кожу покалывало, и Тэмпест постоянно оглядывалась в поисках угроз или преследователей. Она пока не чувствовала преследователей, но это еще ничего не значило. Все допускают ошибки. Мадрид преподал ей этот урок. Высокомерие сгубило больше людей, чем любой убийца. Она не должна становиться чересчур самоуверенной.
До ушей донеслось журчание ручья, и она замедлила шаг, когда он появился в поле зрения. Девушка стиснула зубы и сделала то, что должна была сделать. Войдя в ручей, Тэмпест зашипела, когда ледяная вода накрыла пальцы ног. Хотелось верить, что она не умрет от переохлаждения. Долгое пребывание в ледяной воде приравнивалось к смертному приговору.
Она направилась вниз по ручью так быстро, насколько могла. Стоять в холодной воде – это одно дело, совсем другое – двигаться против течения. Солнце сменило свое положение в небе и начало садиться. Дрожь пробежала по телу, и Гончая споткнулась, ударившись левой ногой об острый камень, но даже не почувствовала этого.
Плохой знак. Пора выходить из воды.
Тэмпест выбралась из расширяющейся части ручья. Она обхватила себя руками и через силу поднимала каждую ногу, вместо того чтобы волочить их, как ей хотелось. Отдаленный рев грохочущей воды доносился откуда-то из леса, и ее плечи с облегчением опустились. Рядом лежала река, а значит, и деревни тоже. Парень мог легко затеряться в городе или деревне.
Она подошла к краю ручья и затянула сделанный собственными руками пояс из одеяла. Тэмпест склонила голову набок. Длинные волосы развевались на ветру. Она обхватила их левой рукой и подняла кинжал.
Когтистая лапа сжала ее правую руку и заставила выпустить нож, в то время как другая рука обвила ее талию, захватив в плен левую руку. Тэмпест стало не хватать воздуха, когда боль пронзила ее пальцы. Она почувствовала жар в области спины, а пряный аромат ударил в ноздри.
– Устроила мне веселые догонялки, да, милая? – горячо прошептал кицунэ ей в шею, прижав к своему телу.
Глава двадцатая
Глава двадцатая
Тэмпест
Вбольшей степени она их ненавидела.
Не потому, что они пытали, морили голодом или избивали ее. Нет. Они вели себя так, словно ничего необычного не происходило. Тэмпест подготовилась к худшему, но упорно проявляемая доброта нервировала ее даже больше любой угрозы. За исключением Пайра.
То он казался одержимым желанием очаровать ее, то холодным как лед. Одержимость больше всего остального выводила ее из себя, и он это знал. Дьявол.
Четырнадцать дней прошло с тех пор, как Бриггс и Пайр схватили ее и вернули обратно для восстановления. Четырнадцать дней с ней нянчился Бриггс, а также периодически заглядывали Никс и сам кицунэ. Четырнадцать дней сбора обрывочной информации, для того чтобы понять происходящее. И столько же дней разочарования тем, что этого недостаточно для удовлетворения собственного неутолимого любопытства.