– Сколько времени займет процесс?

– Я не знаю.

– Уходите, – прошептал Пайр.

Никс, Бриггс и Быстряк тихо перебрались из большой в маленькую комнату. Брайн подошел с противоположной стороны. Волк наклонился, прислонился лбом ко лбу Тэмпест, и с его губ сорвался полный боли стон.

– Ты сильная, – прорычал Брайн. – Ты не уйдешь во сне. Трусливее смерти не придумаешь. Ты воительница. Борись, собачка. Сражайся.

Пайр наблюдал, как его заместитель выпрямился и последовал за остальными в соседнюю комнату, закрыв за собой дверь. Он не прислушивался к их приглушенным голосам, а вместо того осторожно переместил свою пару в объятиях и пристально вгляделся в ее безжизненное лицо. Сердце разбилось.

– Я был таким глупцом, – прошептал он, согревая дыханием ее губы. Он погладил ее по щеке, по изгибу брови, по линии носа. – Если бы я был честен с тобой с самого начала… Когда ты проснешься, я больше никогда не покину тебя. – Слеза скатилась по его щеке. – Ты моя, а я твой.

Он обхватил ладонью ее щеку и коснулся губами ее губ.

Пайр отстранился и прижал Тэмпест к своей груди. Он считал каждый ее вдох и молился, чтобы следующий не стал для нее последним.

Глава тридцать первая Пайр

Глава тридцать первая

Пайр

– Пора уходить. Прошло два дня, Пайр. Дэмиен держит оборону, но ты предводитель. Ты должен быть там, – сказала Никс тоном, не терпящим возражений.

Он кивнул, убирая пропитанную потом прядь волос с бледного лица Тэмпест.

– Знаю.

– Мы можем оставить ее у деревенской целительницы…

– Нет. Куда я, туда и она, – резко перебил он. – Тэмпест справится с дорогой, верно?

– Если бы яд стал для нее смертелен, то она бы уже умерла, – не церемонясь, сказал Бриггс. – Она сможет перенести дорогу, но тебе не стоит забывать о температуре ее тела. Ей не стоит перемерзать, иначе в ее легких снова начнет скапливаться жидкость.

– Брат, – тихо позвала Никс.

– Достаточно, – сказал Пайр и поднялся с кровати, которая застонала в ответ на его движение. – Она будет рядом со мной. – Он посмотрел на Брайна, молча стоящего в углу и глядящего в окно. – Брайн.

Волк уставился на него.

– Да?

– Пусть Быстряк поскачет вперед и подготовит спальные помещения для Тэмпест к нашему прибытию в военный лагерь. Не хочу, чтобы она находилась в такую погоду на открытом воздухе дольше, чем необходимо.

– Сделаем, – тихо сказал Брайн и вышел из дома, с грохотом захлопнув за собой дверь.

Пайр посмотрел на сестру. Мрачное выражение ее лица кричало о несогласии.

– Выскажи уже, что у тебя на уме, Никс.

– Я переживаю за Тэмпест, но она отвлекает тебя. Ты должен сосредоточиться на наших людях, воинах и деле.

– Я сосредоточен.

– Что, правда? – Она вопросительно приподняла брови.

– Я посвятил нашему народу свою жизнь, и это неизменно. – Он указал на свою пару, лежащую без сознания. – Но я не оставлю свою вторую половину в одиночестве среди незнакомых ей людей.

Никс кивнула.

– А когда мы прибудем в лагерь?

– Я буду сражаться вместе со своими людьми и оставлю ее на попечительство близкого нам Бриггса.

Молчавший до этого целитель кивнул.

– Я буду заботиться о ней, как о своей собственной паре.

– Хорошо. Выдвигаемся, – скомандовал Пайр.

Глава тридцать вторая Тэмпест

Глава тридцать вторая

Тэмпест

Она чертовски устала.

Глаза под веками дернулись, и Тэмпест начала подниматься. По рукам и ногам побежали мурашки, когда она попыталась принять более удобное положение. Еще пара минут на сон. Она закряхтела, потому что тело не сразу прислушалось к команде перевернуться на левый бок.

Девушка задрожала, чувствуя покалывания на коже. Заморозь меня, зима, как же чертовски холодно. Холод не отступал, и в животе защекотало от беспокойства. Что-то не так. Воспоминания вспышками мелькнули в голове, заставив ее замереть. Нора. Сон в снегу. Нужно начать движение прямо сейчас.

Тэмпа застонала и открыла глаза, по ощущениям засыпанные песком, затем заморгала и посмотрела на белый снежный потолок норы. Она нахмурилась и потерла глаза, после чего снова сфокусировалась на потолке. Крыша состояла из прочных деревянных балок с натянутым между ними полотном. Сердце заколотилось. Гончая с трудом села и помассировала пульсирующие виски. Комната словно задвигалась перед глазами, и она вздрогнула от пробирающего до костей холода. Натянув одеяло до ушей, она обратила внимание на брезентовые стенки шатра, трепещущие на пронизывающем ветру.

Шатер.

Роскошный шатер.

Цветные ковры устилали пол. Справа от нее стоял низкий столик, вокруг которого роскошные подушки формировали сиденья. В дальнем левом углу расположилась дровяная печь, и между решетками виднелись отблески красных углей. Вплотную к стене стоял длинный стол с беспорядочно разбросанными по его поверхности оружием и картами. Ужас сковал тело, когда ее взгляд остановился на графине, полном огневиски. Только один из известных ей людей пил огневиски.

Король.

По позвоночнику разлился страх, и она посмотрела влево, в сторону выхода, который вел в большую часть шатра. Сколько у нее времени до его возвращения? Тэмпест откинула одеяло и проверила, не приковали ли ее к кровати. Ничего. Должно быть, он решил, что она слишком больна для побега. Превозмогая боль, девушка двинулась к правой стороне кровати, полная решимости добраться до столика с оружием. Тело ныло от боли, и каждое движение давалось с трудом.

Она зашипела, коснувшись ногами пола. Пальцы на ногах сжались. Чертовски холодно. При попытке встать ноги задрожали, и Тэмпест рухнула обратно на матрас, тяжело дыша. На лбу выступили капли пота. Пульс участился. В таком состоянии не спастись. Взгляд снова скользнул по столу, заваленному ножами. Если она не может сбежать, то, по крайней мере, будет защищаться.

Тэмпест опустилась на пол и усердно поползла к столу. По шее и рукам полился пот, но она добралась до стола. Тэмпа осторожно вытянула руку вверх и нащупала первый попавшийся кинжал. Пальцы сжались вокруг холодной рукояти, и она потянула его на себя. Кинжал простой, но он справится со своей задачей.

Тело сотрясала дрожь, пока она ползла обратно к кровати. Положив оружие на матрас, она вцепилась в простыни, молясь, чтобы мышцы продержались еще немного, дабы можно было забраться в постель.

Горло горело, живот сводило судорогой. Тэмпест пыхтела и хватала ртом воздух, забираясь на матрас. Дрожа, она подползла к изголовью кровати и устроилась на шелковых подушках, тяжело дыша. Ей позарез нужно выпить. На украшенном резьбой круглом столике слева от нее стоял маленький кувшин. Она облизнула потрескавшиеся губы. Может, выпить?

Он отравил тебя.

Не утолив жажды, она забралась под одеяло, держа кинжал поблизости. В конце концов, Дестин не хотел ее убивать. Наркотик, который он ей дал, вызвал у нее летаргию и лишил сознания. Но с какой целью?

Сердце пропустило удар, и она прислушалась к своему телу, чтобы почувствовать боль. Девушка пошевелила бедрами и задрожала, ничего не почувствовав в паху. Если бы он изнасиловал ее, она бы почувствовала, правда? Дядюшки объяснили, как женщина теряет девственность и что обычно процесс не доставляет женщине удовольствия в первый раз.

Тошнота подступила неожиданно, и она перевернулась на бок, тяжело дыша. С губ закапала одна только желчь. Тэмпест дрожала, вытирая рот тыльной стороной ладони. На ее глазах навернулись слезы.

Не плачь. Как только начнешь плакать, тебе тяжело будет остановиться.

Сжав кулаки, она судорожно втянула воздух и рухнула обратно на подушки. Тэмпест не могла позволить себе быть эмоциональной. Эмоции приводили к ошибкам. А ошибки приводили к смерти. Она не готова умереть.

Успокойся. Думай. Не чувствуй.

Какое-то время Тэмпест просто смотрела в никуда, но в итоге все же перевела взгляд на потолок и начала считать свои вдохи. Глаза постепенно высыхали, а бешено колотящееся сердце замедляло свое биение. Мрачная решимость сменилась первоначальным страхом. Она сжала кинжал в ладони. Дестин придет за ней, и тогда она нанесет сильный и верный удар. Он никогда больше не причинит вреда другому человеку и никогда не овладеет ее телом и душой.

Снег захрустел под чьими-то шагами, и она сосредоточилась на входе справа от кровати. Тэмпест закрыла глаза и выровняла дыхание. Она снова чуть приоткрыла века, когда полог шатра отодвинули. Со своего места она могла видеть только ботинки мужчины. Мышцы свело. Ботинки исчезли из виду. Зашуршала ткань, застонали петли.

Может быть, открывающийся сундук?

Ковер зашуршал под легкими шагами. Звук становился все громче от приближения человека.

Все прекратилось, когда незваный гость остановился у входа, склонив голову и начав теребить пряжку на своей нагрудной пластине. Его доспехи были забрызганы кровью и грязью.

Она ахнула. Дыхание перехватило. Он вскинул голову, и на нее уставились ледяные голубые глаза.

Мэл. Шут.

Нижняя губа задрожала. Плевать на его форму. Он нашел ее.

Сдавленный всхлип девушки вырвался на свободу. Он бросился к кровати и заключил ее в объятия. Она плакала, не заботясь о прижимающейся к ней броне.

Он укутал ее в одеяло и притянул к себе на колени. Она беспомощно прильнула к нему, слушая мягкие звуки, что слетали с его губ.