Мимо прогрохотала повозка, и она запрыгнула в нее, спрятавшись под покрывало. От вони ее чуть не стошнило. Владелец повозки опустошал уборные. От одного только запаха она не уснет. Тэмпест устроилась между горшками. Нервы на пределе. Фургон резко остановился.

– Что все это значит? – визгливо спросил тоненький голосок.

– У короля пропала невеста. Мы проверяем всех подряд.

– От него сбежала невеста, а? – хохотнул владелец фургона. – Женщины – взбалмошные создания.

– Эта еще и опасна, – пробормотал охранник.

Черт возьми.

Тэмпест дрожащей рукой вытащила кинжал из-за пояса, когда услышала хруст тяжелых шагов на снегу. Она крепко зажмурилась и приготовилась. Если они найдут ее, она будет пробиваться наружу с боем или умрет, пытаясь.

Покрывало зашуршало у ног, но Тэмпест не осмелилась пошевелиться, даже когда его немного приподняли. Мужчина сдержал рвотный позыв, опустив ткань.

– Отвратительно. Как ты терпишь этот запах? – спросил стражник.

– К нему привыкаешь. Можно ехать? – провизжал владелец фургона. – Мне еще много мест нужно объехать.

– Езжай уже, – рявкнул солдат.

Фургон дернулся, и Тэмпест вздрогнула, когда что-то выплеснулось через край ближайшего горшка ей на ногу. Она судорожно сглотнула и попыталась издавать поменьше звуков. Но она уже не могла остановиться. В горле пересохло, а воздух казался сухим и раздражающим, будто она не пила несколько дней.

Тэмпест проползла к задней части фургона и выглянула наружу. Зря она это сделала. Ее соображающая часть осознала ошибку в ту секунду, когда она встретилась взглядом с солдатом на вершине стены.

– Я вижу ее! – воскликнул он, поднимая лук. Ее вырвало, и она скатилась с повозки, рухнув на колени. Вскочив на ноги, девушка побежала мимо фургона в сторону леса, спотыкаясь о камни.

Зигзаги. Она не станет легкой мишенью.

Она бежала на автомате, направляясь к густому лесу. Все тело покрывал пот, а легкие горели огнем. Она едва могла дышать. Тэмпест споткнулась и упала, правая нога подогнулась, принимая на себя тяжесть тела.

Рядом с ухом просвистела стрела. Еще одна.

Вставай и беги.

Она вскочила на ноги и бросилась в лес, радуясь, что снег не сильно глубокий. Все звуки прекратили существование, пока она бежала, спасая свою жизнь. В глубине души она понимала, что оставляет следы, ведущие прямиком к ней, и что лучше спрятаться на деревьях. Но она никак не смогла бы забраться сейчас наверх. Даже если бы она вскарабкалась на одно из них, при первой же попытке прыгнуть на другое дерево она бы свернула шею. Она больше не контролировала свое тело.

Оглянувшись через плечо, она никого не увидела, но это не значит, что преследование прекратилось. Они, скорее всего, пустили за ней собак.

Усталость давила, как камень на спину, выбивая воздух из легких и уговаривая закрыть глаза. Она споткнулась и взмахнула руками, попытавшись удержать равновесие. Тэмпест рухнула лицом в снег. Лежа, она медленно подняла голову, нашептывая благодарственные молитвы. Прямо перед ней был вход в какую-то нору. Оставалось надеяться, что зверька не было дома или что он не против ее визита.

Выдернув из-за пояса кинжал, она пролезла в маленькое отверстие. Благословенная пустота. Тэмпест перевернулась на спину, тяжело дыша, и уставилась в потолок. Рядом с дубом разрослись два куста и образовали нечто вроде беседки.

– Всего п-пять минут, – запинаясь, пробормотала она, продвигаясь до тех пор, пока не прижалась спиной к стволу дерева и не устроилась между корней.

Кинжал выскользнул из пальцев, и она не смогла его поднять.

Затрепетав, ее веки закрылись, а голова опустела.

Всего пять минут.

Глава тридцатая Пайр

Глава тридцатая

Пайр

– Приготовьтесь выдвигаться, – приказал Пайр своим людям.

Все приступили к работе, собирая разбитый ранее лагерь. Пока они говорили, силы Дестина переходили к активным действиям. Королевская армия собирала войска и неуклонно продвигалась через провинцию Мержери к Бетразу. Пайр улыбнулся, глядя на карту, которую держал в руках. Король ожидал, что повстанцы начнут атаку на фермах в Талаге, что ранее уже происходило дважды. Бонусом для них являлись нападки гигантов из Копала на границах Бетраза и Фьергона. В то время как Дестин будет ожидать последующие атаки с востока, Оборотни ударят с запада.

Пайр свернул карту и сунул ее в задний карман брюк, глядя на юг. Высокие деревья густого леса скрывали столицу из виду, но он чувствовал, что его тянет в ту сторону. Пайр зарычал и стянул с головы шляпу, хлопнув ею по брюкам. Он снова оставил Тэмпест, хотя все инстинкты требовали ее выкрасть. Смириться с ее значением лично для себя далось ему тяжело, но еще труднее было оставаться в стороне, пока она действовала самостоятельно. Казалось, они только и делали, что отдалялись, хотя лишь вместе они были сильны.

Но сентиментальность никогда не выигрывала войну. Ни он, ни она сейчас не могли поддаваться слабостям. Ставки слишком высоки. Ему повезло, что Никс добралась до него до того, как он совершил серьезную ошибку, не подлежащую исправлению.

Пайр нахлобучил шляпу обратно на голову и фыркнул. Чертова женщина превратила его в дурака.

Сестра направлялась к нему откуда-то слева. Ее ботинки хрустели на глубоком снегу. Она откинула за плечо темную косу и остановилась рядом с ним, устремив взгляд на юг. Никс почти ничего не говорила ему с тех пор, как они покинули столицу. Когда ее провоцировали, она могла наговорить всякого, и поэтому сестра научилась молчать до тех пор, пока не успокоится настолько, чтобы начать разговор. Ее самообладание впечатляло. Она искоса глянула на него, и Пайр поежился. Она до сих пор злилась.

– Она может постоять за себя, идиот.

– Знаю.

Никс закатила глаза и скрестила руки на груди.

– Тогда почему ты стоишь тут весь такой задумчивый, а?

– Оттого, что она может постоять за себя, мне легче не становится. Тревожное покалывание под кожей никуда не ушло.

– Вы альфы, – простонала она. – Такие драматичные.

– Просто подожди, пока у тебя самой появится пара, – парировал он. – У большинства мужчин нет и десятой доли моей самодисциплины и терпения.

Что ж, за исключением самоконтроля.

– Тут мы оба можем согласиться. – Она повернулась и положила руку ему на плечо. – Тэмпест тебя отвлекает.

– Знаю, – выдавил он, ущипнув себя за переносицу.

– Ты не можешь жить в этом пограничье. Тебе нужно либо полностью выбросить ее из головы, либо сделать ее своей.

– И как мне, по-твоему, выполнить хоть один из этих вариантов?

– Приняв чертово решение. Шут, которого я знаю, никогда бы не остановился в достижении желаемого.

– Она же обручена с другим мужчиной!

– Она не замужем. Сегодня ты об этом позаботился. И когда тебя вообще волновали подобные вещи?

– Это же Тэмпест, – тихо сказал он. Она заставляла его хотеть быть лучше, поступать лучше.

Пайр застонал и провел рукой по лицу. Уже не в первый раз он жалел, что Тэмпест настолько правильная. Он почти поцеловал ее тогда в казарме. Она поняла его намерение по выражению лица и выскочила оттуда, как испуганный заяц. Но это одно из тех качеств, которые он в ней любил. Тэмпест оставалась верной своему слову. Когда она что-то обещала, то вовсе не шутила. Его отец – само воплощение дьявола, но она все равно держит данное ему слово. Честь такого рода привлекательна и достойна восхищения.

– Все получится, брат. – Никс похлопала его по плечу. – Люди готовы к выступлению. Мы просто ждем возвращения разведчиков.

Пайр кивнул, а сестра зашагала прочь. Голова кружилась от мыслей о его паре и предстоящей битве.

Его уши дернулись, уловив звук бега. Кто-то направлялся в их сторону. В поле зрения оказался Брайн с обмякшей фигурой на руках. Усталый путник или один из их соплеменников? Фигура выглядела слишком маленькой, чтобы принадлежать одному из их разведчиков.

Он глубоко вдохнул в попытке распознать запах. Пайр пошатнулся. Сердце бешено забилось в груди. Тэмпест.

– В чем дело? – уточнил он, когда Брайн резко остановился.

Уши волка были прижаты к голове, а беспокойство прорезало морщины на его лице.

– Один из разведчиков нашел ее и позвал меня. Она была в норе под снегом.

Пайр откинул ее капюшон и вгляделся в бледное лицо.

– Травмы?

– Несколько незначительных царапин, но крови нет. – Пауза. – Я не могу… Я не могу ее разбудить. Она не просыпается.

– Никс! – рявкнул он. Его люди собрались вокруг вместе с подошедшей сестрой. – Ей нужна помощь.

Сестра положила руку на лоб его пары.

– У нее жар, и дыхание затруднено. – Никс нахмурилась. – Она не могла так долго пробыть на холоде, чтобы он вызвал в ней такую реакцию. Она плохо чувствовала себя на свадьбе?

– Насколько я знаю, нет, – сказал Пайр. Он глубоко втянул в себя воздух возле щеки Тэмпест и нахмурился. – Она странно пахнет.

Еще один вдох, и он поморщился. Горький запах.

Никс наклонилась ближе и вдохнула. Ее глаза расширились, и вся краска схлынула с ее лица.

– Яд, – прошептала она.

Желудок скрутило. Когти прорезались из кончиков пальцев, но он почти не почувствовал боли. Кто-то отравил его пару.

– Ее одежда насквозь мокрая, – сказал Брайн. – Нам нужно ее согреть.

– Нет, пока я не узнаю, чем ее отравили. Различные виды яда реагируют на температуру тела. Холод, возможно, единственное, что сдерживает действие яда, – сказала Никс. – Мне нужны мои травы и место, где я могу осмотреть ее и как-то помочь.