Диагноз предварительно подтвердился, а окончательно можно будет сказать по результатам Холтеровского мониторирования. Но начинать лечебные мероприятия можно уже сегодня. А вот кардиолога пригласим уже завтра, и тот определит, переводить ли пациента в кардиологию или продолжить лечить у нас.

Закончив с историей, я отправился сдавать её Зубову.

— Михаил Анатольевич, на дежурство мне сегодня можно остаться? — уточнил я, когда он всё проверил. — Не хочу отца на ночь оставлять, мало ли что.

— Я так и подумал, можно, — кивнул наставник. — Вам в компанию ещё и Соколов остаётся, бонусом!

— Ну Михаил Анатольевич, я уже в клинике ночую чаще, чем дома, — недовольно буркнул тот. — Может, моё дежурство можно куда-нибудь перенести?

— У вас уже абонемент, — ответил Зубов. — Сразу на три месяца, без ограничения количества. Даже не спорьте, после такой грубой ошибки вы вообще должны помалкивать!

Роман сразу замолчал, словно и спорил он только для виду. Наверное, уже смирился со своей участью.

— А у м-меня всё правильно? — спросил Болотов.

— Сегодня на удивление да, даже мазок из уретры не назначили, не похоже на вас! — усмехнулся Зубов. — Вы можете идти. Боткин, вы за старшего, проследите тут за Соколовым!

Остальные разошлись, оставляя нас вдвоём.

— Ну что, кажется, мы в первый раз вот так остались? — неожиданно дружелюбно проговорил Соколов. — Давай чаю попьём, что ли?

Я прекрасно знал, что за этим дружелюбным тоном скорее всего скрывается какой-то новый план, и надо быть начеку. Но виду не подал и спокойно кивнул. Вряд ли план снова заключается в слабительном в кружке чая, а если и так — я на это не попадусь.

— Замучил меня Зубов на дежурства оставлять, — как ни в чём не бывало проговорил Роман. — Личной жизни никакой, всё на работе. Тебе-то больше везёт, сразу себе красотку отхватил.

— Это всё ещё не твоё дело, — холодно ответил я.

— Да ладно тебе, я так просто, — сразу же ответил Соколов. — Ничего плохого не имел в виду. Как там твой отец?

Изо всех сил пытается построить обычный дружелюбный диалог. Ой и неспроста это.

— Всё в порядке, — отозвался я. — Жить будет.

В дверь постучали, и в ординаторскую заглянула Света, которая сегодня дежурила.

— Константин Алексеевич, там у Коршунова из седьмой палаты давление поднялось, что ему дать? — спросила она, напрочь игнорируя существование Соколова в ординаторской.

— Сейчас подойду, — кивнул я.

— Слушай, давай я, — вскочил на ноги Соколов. — Ты и так сегодня перенервничал, а я там и сам разберусь.

Нет, ведёт он себя точно очень подозрительно.

— Я разберусь, — спокойно ответил я.

Тем более, что сидеть с ним в одной ординаторской мне нравилось всё меньше. В каждом слове чувствовалась фальшь и наигранность.

— А вы сегодня тоже дежурите? — кокетливо спросила Света, пока мы шли к палате.

— Да, вместе с Соколовым, — кивнул я.

— Если станет скучно — приходите в сестринскую, чаю попьём, — игриво предложила она, подразумевая вовсе не чай.

Соблазнительное предложение, но пока что сосредоточусь на работе. Я кивнул и отправился в палату.

Померил давление пациенту, сказал медсестре дать ему моксонидин под язык, потом прошёл плановым обходом по другим пациентам отделения. Так и прошёл первый час дежурства.

Уже на подходе назад в ординаторскую у меня зазвонил телефон. Звонила моя соседка по лестничной площадке, Мария Семёновна. Мы обменялись телефонами ещё в первый день, когда я въехал в съемную квартиру, на всякий случай.

— Слушаю, — взял я трубку.

— Костя, срочно приезжай домой, — послышался взволнованный голос соседки. — У тебя в квартире что-то горит!

Глава 19

Глава 19

Пожар в квартире? Первая мысль сразу же была о Клочке. Уж не он ли что-то устроил, из-за чего и произошло возгорание?

Вторая мысль тоже касалась Клочка. Выберется ли он сам или уже надышался угарного газа?

Даже если есть малейший шанс, что ему угрожает опасность, я должен действовать. Клочок мой друг и компаньон, и я не могу просто взять и оставить его в беде!

— Пожарных вызвали? — спросил я у соседки.

— Нет, я сначала тебе позвонила, — растерянно ответила она. — А надо пожарных?

— Ну конечно, раз пожар! — воскликнул я. — Я постараюсь приехать как можно скорее! У вас есть запасные ключи от моей квартиры, сможете пожарных пустить.

Всегда есть риск, что этим самым обнаружится мой крыс, ведь фамильяров в современном мире уже никто не держал. Но Клочок не дурак и всегда сможет притвориться обычной крысой и сбежать.

Если он в порядке, то воспользуется возможностью и сбежит через открывшуюся дверь.

— Я не могу открывать квартиру без вашего присутствия, — почему-то заупрямилась соседка. — А вдруг там у вас что-то ценное, а я потом буду виновата!

Не вовремя у неё обострилось это непонятное чувство осторожности. Раньше Мария Семёновна всегда была очень любопытной и при переезде устроила мне чуть ли не допрос, кто я и откуда. Да и я часто заходил к ней, помогая с мелкими бытовыми вопросами или давая советы по здоровью.

Женщина была простолюдинкой и жила одна. Она рассказывала мне, что была любовницей какого-то богатого аристократа, который и купил ей эту квартиру. Но из семьи тот не ушёл, Марию Семёновну в итоге бросил, и осталась она одна.

В общем, знакомы мы были очень даже неплохо, и вот теперь внезапно такие заявления!

— Мы с вами не первый день знакомы, я вам доверяю, — ответил я. — Я на дежурстве и не уверен, что смогу быстро добраться до дома. А вы можете мне помочь и заодно предотвратить распространение огня!

— Лучше приезжайте, — каким-то странным тоном ответила Мария Семёновна. — Всё равно вы арендуете квартиру, вам и отвечать.

И не дожидаясь ответа, она повесила трубку.

Точно, ещё и с арендодателем разбираться придётся. Как же всё не вовремя.

Я вызвал пожарных. Лучше пусть выломают дверь, но Клочок останется цел!

Затем зашёл в ординаторскую и принялся размышлять, как поступить дальше.

— Что-то случилось? — участливо спросил Соколов.

— Нет, — отмахнулся я. Было совершенно не до него.

Но Роман не отставал.

— Да ладно тебе, я по лицу вижу, что-то произошло, — проговорил он. — Если тебе надо куда-то уйти — то без проблем, я тебя прикрою. В отделении и одного дежурного хватит. А я если что скажу, что ты всю ночь со мной был, — торопливо добавил он.

И что-то в его словах мне сразу же не понравилось.

— С чего это ты решил, что мне надо куда-то уйти? — спросил я.

— Ну как же, — Соколов явно растерялся. — Видно, что что-то произошло. И это явно не решить на расстоянии. Вот я и предложил…

Неспроста всё это. И поведение Соколова весь вечер, когда он изо всех сил изображал дружелюбие. И вот это вот его резкое предложение прикрыть меня.

— Дома проблемы, — внимательно следя за его реакцией, проговорил я. — Соседка позвонила.

— Тогда тем более надо спешить, — участливо закивал тот. — Не переживай, я тебя прикрою.

Сколько же раз он это ещё повторит? Ведь на самом деле прикрывать он меня как раз и не собирается.

Я подозревал, что и пожара никакого нет. Но вот это стоило всё-таки перепроверить, с Соколова не станется и в самом деле поджог устроить.

— Не надо меня прикрывать, — спокойно ответил я. — Позвоню Зубову, объясню ситуацию.

— Да ну поздно уже звонить, — попытался отговорить меня Роман. — Одиннадцать вечера, он спит уже давно!

— Ничего, он разрешал звонить ему в любое время по работе. Не хочет, чтобы мы тут пациентов угробили, — пожал я плечами. — Всё-таки за отделение отвечает он, а мы всего лишь интерны.

Под злобный взгляд Соколова я позвонил наставнику и, коротко обрисовав ситуацию, попросил разрешения уйти с дежурства и съездить домой. Он разрешил без проблем, как я и думал.

— Ну всё, на час отпросился, скоро буду, — закончив разговор, сообщил я Роману.

— Без проблем, — выдавил из себя он.

Кажется, всё пошло не по его плану.

Я снял халат, забрал сумку и поспешил домой.

Пожарные мне отзвонились и сообщили, что поводов выламывать дверь нет. После чего уехали. А я приехал уже через пятнадцать минут после них.

Квартира встретила меня заспанным Клочком и отсутствием даже намёков на какое-то возгорание.

— Хозяин, ты чего? — зевнул тот. — Я подумал, ты сегодня дежуришь, уже и не ждал тебя. С Ленкой гулял?

— Соседка позвонила, сказала — у нас пожар, — ответил я. — Ничего не горело?

— Я бы заметил, — снова зевнул тот. — Давно тебе говорил, купи мне мобильный, будем всегда на связи. Позвонил бы, и проблем нет. А то пришлось тебе аж домой мчаться.

— Я подумаю, — усмехнулся я. — Тогда пошёл назад в клинику. До завтра.

Крыс кивнул и снова отправился спать. А я решил, раз уж приехал, поговорить и с соседкой. Стало понятно, что с ней как-то связался Соколов. Как он её нашёл — не так важно. И предложил, видимо, денег за этот розыгрыш.

— Кто так поздно пришёл? — пробурчала Мария Семёновна, подходя к двери.

— Сосед ваш, Константин, — отозвался я. — Откройте, пожалуйста.

С той стороны двери послышалось сопение. Соседка явно не могла решиться, открывать мне дверь или нет. Ведь уже поняла, что я обо всём догадался.

— Костя, здравствуй! — всё-таки открыла она дверь. — Ну, как твоя квартира?

— А пожарных, я смотрю, вы так и не вызвали? — вопросом на вопрос ответил я.

Она же не знает, что их я вызывал. И был шанс, что их действия на лестничной клетке она не услышала. Небольшой шанс, но не стоит им пренебрегать.