Зараза, ну почему её не поставили в паре с Боткиным? Если бы у Болотова был отдельный пациент, он смог бы продолжить…

— Как думаешь, что с пациенткой, раз Зубов сразу нас двоих отправил? — отвлекла его от мыслей Лена.

— Н-не знаю, с-случай явно непростой, — отозвался Евгений. — С-сейчас и постараемся выяснить.

Постникова оказалась сорокалетней женщиной с жалобами на боли в крупных суставах, а также появлением сыпи на носу и щеках. Сыпь по форме напоминала бабочку.

И это — сложный случай? Зубов их совсем за идиотов держит, видимо. Системная красная волчанка, тут и думать нечего.

— Что назначим по обследованиям? — спросила Лена после осмотра и опроса. — Я подозреваю, что это системная красная волчанка.

— Это что-то серьёзное? — испуганно спросила женщина.

— Д-да, это опасное з-заболевание, — кивнул Болотов. — Н-но пока я не уверен, что это именно оно. В-вполне вероятно, что в-всё ещё хуже.

— Ты чего? — шепнула ему Лена. — Зачем пациентку пугаешь? И какое «ещё хуже», о чём ты?

— К-картина неоднозначна, — поправив очки, ответил он Тарасовой. — Э-это может быть и д-дерматомиозит, и с-склеродермия, и о-онкология.

Этот жест, которым Евгений поправлял очки, всегда безошибочно действовал на окружающих. Вот и сейчас Лена явно призадумалась, а не может ли это быть что-то из перечисленного. Вот дура.

— Онкология? — испугалась женщина. — Это значит рак? Я умру⁈

— П-пока я не м-могу сказать точно, — важно ответил Болотов. — Н-нужно обследоваться. М-мы обсудим всё с к-коллегой и вернёмся.

Он потащил растерянную Лену в коридор, оставив насмерть перепуганную пациентку в палате.

— Ну, думаю, нужно провести общий анализ крови и мочи, биохимию, анализ крови на иммунологические показатели, — начала перечислять Тарасова. — ЭКГ, рентген суставов, реакцию Вассермана… Да уж, обследоваться ей придётся много.

— Н-нужна ещё о-обязательная пункция сустава, — добавил Болотов. — П-попросишь разрешение у Зубова?

— А зачем пункция? — снова растерялась девушка.

— Э-это входит в перечень д-диагностических критериев, — ответил Болотов. — Р-разве ты забыла?

Его укоризненный тон подействовал на девушку просто превосходно.

— Нет, помню, — тут же ответила она. — Я напишу направление и схожу к наставнику за одобрением.

Ох, наивная душа. Сейчас получит нагоняй от Зубова, к гадалке не ходи. А если он вдруг направление подпишет — Болотову только в плюс.

К тому же, пока она будет занята, ему никто уже не помешает…

Болотов проследил, как Лена скрывается в ординаторской, и направился назад в палату.

* * *

После опроса и осмотра Авдеева, у которого оказалось обострение хронического панкреатита, я направился к Гордееву.

— Добрый день, — поздоровался я. — Вам уже сняли холтер?

— Да, но на расшифровку уйдёт часа два, как сказала та милая женщина, — кивнул пациент. — Все пробы делал, как вы и говорили. Ходил по коридору, по лестнице. Приступы были, но от нитроглицерина сразу проходили.

Типичная картина стенокардии. Что ж, надо дождаться результатов холтера и вызывать кардиолога.

— Всю ночь хвастался своим монитором, — пробурчал пациент с соседней койки. — Точно жалобу напишу!

— На меня тоже? — удивился Гордеев. — Такое вообще возможно?

— Пожаловаться можно на что угодно, — со знанием дела отозвался его сосед. — Однажды я пожаловался на стоматологию за то, что меня заставили надеть бахилы. Доктор, вы будете мне назначать холтер или нет?

Ну и наглый же этот пациент! Я привык одинаково уважительно относиться ко всем, но этот явно считается в отделении проблемным.

— Нет, не буду, — ответил я. — Можете добавить себе в список новую жалобу.

— Уж поверьте, добавлю, — буркнул тот. — Лечить людей не хотите, вам бы только деньги зарабатывать.

По моему мнению те, кто хотят зарабатывать деньги, идут куда угодно, но только не врачами. Но спорить с этим человеком бесполезно. Поэтому я проигнорировал его высказывание, задал ещё пару вопросов Гордееву и покинул палату.

— О, ты, случайно, не у Котова был? — поймал меня в коридоре Никита.

— Нет, у Гордеева, — отозвался я. — А что?

— Да Зубов решил мне отомстить за мой отпуск, подкинул мне своего жалобщика, — с улыбкой заявил тот. — Вот, собираюсь с духом, прежде чем зайти. А то ведь не сдержусь, а мне потом сразу дежурство влепят!

— Я знаю, о ком ты, — кивнул я. — Он уже пригрозил жалобой даже своему соседу по палате.

Никита громко расхохотался.

— Эх, вроде уже и сам врач, а всё равно чувствую себя вечным интерном, — отсмеявшись, ответил он. — Ну, деваться некуда, я пошёл.

— Держись там, — улыбнулся я.

Никита мне нравился всё больше, было видно, что в нём нет никаких подвохов. Открытый, доброжелательный и довольно приятный человек, которые в терапии были в дефиците. Особенно на контрасте с Соколовым и Шуклиным.

В ординаторской я встретил растерянную Лену, которая суетилась с направлением в руках.

— Ты не видел Зубова? — обратилась она ко мне. — А то направление подписать срочно нужно!

— Не видел, — пожал я плечами. — А что за направление?

— Подозреваем с Женей у пациентки системную красную волчанку, и нужна срочная пункция сустава, — серьёзно отозвалась она. — Это ведь один из критериев диагностики!

Такого критерия диагностики у системной красной волчанки определённо не было. Если, конечно, за одну ночь в медицине что-то не успело резко поменяться на эту тему, в чём я сильно сомневаюсь.

— При подозрении на СКВ пункция не проводится, — сказал я. — С чего ты вообще это взяла?

— Болотов сказал, — растерянно отозвалась Тарасова. — Я и сама сомневалась, но он так уверено говорил…

Снова эта непонятная любовь Болотова к гипердиагностике. Ну зачем ни с того ни с сего прокалывать женщине сустав, что, кстати, является не самой приятной процедурой? Тем более, если у неё действительно подтвердится системная красная волчанка, проблем ей и без этого хватит.

— Наверное, он что-то перепутал, — пожал я плечами. — Назначьте ей рентген, чтобы оценить поражение суставов. И вызывайте ревматолога, её, скорее всего, переведут.

— Хорошо, — Лена собралась уходить, но я её остановил.

— Что происходит? — прямо спросил я. — С чего это ты стала так меня избегать?

— Я не избегаю, — спрятала она глаза. — Просто… Я пока не решила, как к этому относиться.

— К чему? — уточнил я. — Говори уже прямо.

Лена нервно закусила губу и уселась на диван.

— Костя, — решилась она, — ты правда продавал запрещённые зелья?

Глава 20

Глава 20

Лена явно с трудом решилась на этот вопрос и теперь ждала ответа со всей серьёзностью.

А я не мог точно ей ответить. Точнее не так, я точно знал, что сам никакими запрещёнными зельями не торговал. Но не был уверен, что это не делал мой предшественник…

— С чего ты взяла? — спросил я, изображая удивление.

— Я говорила с твоими бывшими коллегами, — ответила девушка. — Если их можно так назвать. Так это правда?

— Нет, — спокойно пожал я плечами. — Я понятия не имею, о чём ты говоришь.

В глазах у девушки промелькнула надежда.

— Они меня обманули? — спросила она. — Я так и думала! Я не хотела в это верить, это же строго запрещено. Наверное, они просто перепутали… Или хотели денег с меня содрать за пустую информацию.

Скорее всего, они ничего не перепутали. Предыдущий Боткин и не такие дела мог творить. За ним водилось много грехов, о которых я до сих пор узнаю. Ведь воспоминания предшественника практически стерлись, и мне пришлось познавать этот мир заново.

— Наверное, перепутали, — кивнул я. — А теперь рассказывай мне всё по порядку. Какие ещё коллеги и где ты с ними говорила?

Тарасова сбивчиво рассказала мне про письмо от незнакомца с адресом и про короткий диалог с торговцем.

— Он сказал мне, что ты уже давно у них не появляешься, хотя они тебя и ищут, — добавила она. — Ой, как бы из-за меня проблем не было! Я же сказала, что знакома с тобой!

Не самые приятные люди, которые барыжат запрещёнными зельями. И Лена любезно помогла найти им меня…

С одной стороны — поступила она очень наивно и глупо. С другой стороны — всё-таки хорошо, что эта проблема вскрылась. Теперь я в курсе, что она есть, и смогу её решить.

Ведь я понятия не имел, что меня ищет кто-то из криминального мира столицы.

— Тебе не стоило ездить одной в какой-то неблагополучный район из-за каких-то писем, — вздохнул я. — Могла бы сразу спросить у меня.

— Я хотела, — покраснела она. — Но потом подумала, а вдруг там какой-то сюрприз… Или розыгрыш.

Что-то все люди в этом мире постоянно ожидают каких-то сюрпризов. Две тысячи лет назад такого не было.

Люди в этом времени морально стали дольше созревать. Но это связано лишь с эволюционном процессом. Теперь опасность не поджидает нас на каждом шагу. А потому и осторожность развивается с годами, подобный неприятный опыт приходит позже.

Молодые люди часто совершают нечто подобное, не думая об опасности. Хотя сейчас Лене стоило об этом подумать. Мало ли какие люди ходят в этих подворотнях…

— В любом случае тем самым ты показала, что не доверяешь мне, — ответил я.

— Я правда не хотела, — постаралась оправдаться девушка. — Прости.

— Надеюсь, больше такого не повторится, — отозвался я. — Иначе наше общение помимо работы придётся прекратить.

Мне правда не нравилось всё то, что творится за моей спиной.

Как бы то ни было, поступила Лена не самым правильным образом. Пришла бы с проблемой ко мне — и всё бы решили.