Они догонят нас. Нужно торопиться.

Рядом раздался еще один вопль, а Кален крепче обхватил меня руками. Меня до костей пробирал холод, но благодаря теплу короля я перестала стучать зубами. Благодаря его теплу и жаркому дыханию, которое я ощущала всякий раз, когда Кален наклонялся с вопросом, все ли со мной в порядке.

По правде, еще чуть-чуть – и я готова была потерять сознание. Меня трясло во время езды, и в спине снова и снова вспыхивала боль. Я нарочито смотрела на руки Калена, которыми он сжимал поводья. Пересчитала его пальцы. Один, два, три, четыре, пять, а потом повторила то же самое с другой рукой. Закончив, принималась заново. Только это не давало мне потерять связь с миром.

Наконец перед нами возник город. В небо устремилось высокое здание, а в лунном свете, который проникал сквозь брешь в тумане, поблескивал гладкий черный камень. Стоящее по центру круглое здание без окон отчего-то показалось мне странным, словно я смотрела в бездонную пропасть. Вокруг него в тени притулились маленькие деревянные хижины. Повсюду виднелись следы разведения огня, а с веревок свисала мокрая одежда.

Впервые за несколько дней я увидела признаки жизни. Но в поле зрения все равно не оказалось ни одного человека.

Надежда еще теплилась в груди. Я обернулась назад и посмотрела на Калена.

– Здесь нет туманов.

– Итчен – особое место во время полнолуния, – прошептал он, лаская дыханием мою шею. Я еле удержалась, чтобы не задрожать. – Сияние лунного света разгоняет туман, но оно длится всего один день и случается два раза в год. Я удивлен, что они этим не пользуются.

Он нахмурился, и у меня внутри все перевернулось. Я услышала невысказанные им слова так же ясно, каким был день в Тейне. Если жители города не наслаждаются свободой, которую им дарует один-единственный день, значит, что-то случилось. Я закрыла глаза, сжимая плащ. Всегда что-то не так.

Подъехав к коновязи, мы спустились. Кален привязал лошадь.

– Стой здесь, – сказал он и направился к зданиям, окутанным тишиной.

– Ни за что, – возразила я и чуть не споткнулась, чтобы не отстать от него. С каждым шагом спину пронзала боль. – Здесь могут быть мама и Вэл. К тому же меч у тебя. Если появится оборотень, я…

– Эти демоны не могут покинуть туманы, – бросил он через плечо, даже не потрудившись остановиться.

Я нахмурилась.

– Да, а еще они не любят проникать в здания и не склонны подкрадываться сзади, верно? Видишь ли, теперь они делают то, что раньше им было несвойственно.

Кален вдруг остановился, резко повернулся ко мне и уверенно положил руки на мои плечи. Я открыла рот, чувствуя, как в груди растекается тепло. Я так увлеклась силой его пальцев и жаром прикосновений, что почти не слышала его слов.

– Это не так, Тесса, – сказал он, и я услышала в его голосе хрипотцу. – Если они выйдут из тумана, лунный свет сожжет их заживо. Потому, если они забудут об осторожности и попытаются напасть, то умрут прежде, чем успеют до тебя добраться. Можешь быть спокойна. Здесь они до тебя не доберутся.

Но я не могла успокоиться, когда Кален ко мне прикасался.

– И все же я предпочла бы пойти с тобой, чем ждать здесь.

Его взгляд смягчился, и мое сердце странно колыхнулось в ответ. Кажется, до этого я не видела у Калена такого выражения. Словно ему… было не все равно. Взгляд вероломно опустился на его губы. Какое-то мгновение никто из нас не произносил ни слова. Я сомневалась, что вообще дышу.

– Ладно, – наконец сказал Кален. – Иди со мной, но соберись с духом. В воздухе чувствуется аромат крови, и тебе может не понравиться увиденное.

Меня охватил страх за матушку и Вэл.

Неужели они пришли сюда в надежде укрыться от туманов? В этих домах вообще кто-нибудь живет? Или они были тут из-за того, что здесь произошло. Сердце больно билось о ребра. А если им удалось сюда добраться, но потом случилось ужасное? Вдруг на них тоже напали демоны тьмы?

– Держись рядом, – прошептал Кален, когда мы медленно направились к ближайшему зданию. Входная дверь была распахнута настежь и раскачивалась на ветру, а ее петли поскрипывали. Я задрожала под плащом и попыталась найти в себе силы продолжать, зная, что за этими дверями может скрываться худший кошмар.

Мама и Вэл мертвы, потому что их разорвали на части злобные когти.

Меня замутило. Если мы найдем их здесь, не знаю, хватит ли у меня сил продолжить путь.

Мы поднялись по небольшим ступенькам, которые поскрипывали на каждом шагу. Кален встал в дверном проеме, загородив мне обзор, и поморщился, когда до нас донесся жуткий смрад. Я зажала рот рукой и попятилась назад, а потом согнулась, и меня вырвало на землю. Из глаз текли слезы.

Я знала, как пахнет смерть. Король Оберон в этом убедился.

Ко мне подошел Кален. Он убрал с плеч мои волосы и откинул их назад, молча дожидаясь, когда я возьму себя в руки. Обхватив ладонями колени и согнувшись, я сделала глубокий вдох через нос и выдохнула через рот. Тошнота постепенно прошла, хотя сердце неистовствовало.

– Спасибо, – прошептала я и, осмелившись, выпрямилась. Кален отпустил мои волосы и посмотрел в глаза. – Ты не обязан был этого делать.

– Тебе стоит заплести их в косу, – хрипло сказал он. – Так удобнее в битве.

Я стиснула зубы и отвела взгляд в сторону.

– Я не умею. Обычно их заплетала Нелли.

Каллен немного помолчал и сказал:

– Я могу зайти в дом без тебя. Тебе вовсе не нужно на это смотреть.

– Нет, нужно, – сказала я, чуть не задохнувшись. – Ты не знаешь, как выглядят Вэл или моя мать. Как ты поймешь, они это или нет?

– А ты храбрая, – буркнул он, снова поднялся по ступенькам и подождал меня у двери. Я оценила, что Кален не попытался меня отговорить или настоять, чтобы я осталась здесь. Судя по выражению его лица, он понимал, что на моем месте поступил бы точно так же.

Набрав в легкие побольше воздуха, я кивнула и пошла за ним. Внутри было немного темно, отчего разглядеть что-нибудь стало трудновато. Я подождала, когда глаза привыкнут к темноте, пока Кален медленно обходил комнату.

Когда я стала видеть в темноте, то мне пришлось прижать руку ко рту, чтобы сдержать крик. Стены и пол заливала кровь. На полу валялись тела с оторванными руками и ногами. Некоторые выглядели наполовину съеденными.

Их было по меньшей мере дюжина. Мужчины и женщины, молодые и старые. Все они мертвы.

Стиснув руки в кулаки, я прошлась по комнате, не осмелившись к чему-нибудь прикоснуться. Вглядываясь в замученные лица, пока пыталась отыскать знакомые глаза, я почувствовала, как меня охватило отвращение. Я так долго мечтала увидеть знакомые лица, но теперь молилась солнцу, что не найду их.

Обойдя всю комнату, я вышла на улицу и отошла как можно дальше, сев на пенек, чтобы не чувствовать этого смрада. Вэл и мамы здесь нет. Во всяком случае, в этом доме. Но это не умаляло моего ужаса. Эти люди страдали. Их лишили жизни.

Все из-за этих монстров. Тех же монстров, которые намеревались провернуть со мной то же самое. Похоже, лунный свет спугнул их прежде, чем они закончили трапезу, но было уже слишком поздно.

Я услышала за спиной шаги. Кален сел слева и уставился на пустой город.

– Ты в порядке? – тихо спросил он.

– Я уже очень давно не в порядке.

– Как понимаю, твоей семьи там нет.

– В этом доме нет. – Проглотив подступивший к горлу ком, я посмотрела на другие дома: – Но они могут оказаться в одном из них. Просто дай мне минутку. Мне нужно отдышаться.

– В тех домах никого нет, Тесса. Я чувствую их запах даже отсюда. Внутри нет ни мертвых, ни живых. Наверное, они сбежали, когда напали демоны. Надеюсь, большинству удалось спастись.

Я медленно встала, от одной фразы все мои надежды рухнули.

– Думаешь, они сбежали в туманы? А если демоны погнались за ними? Им бы не удалось убежать от этих чудищ.

Кален ответил с тяжелым взглядом.

– Возможно, оборотни отвлеклись на… – он не закончил. В том не было необходимости. – Возможно, им хватило и этого.

– Но мы этого не знаем, – возразила я, показав на скрытый горизонт. – Нужно посмотреть, сможем ли мы их найти. Живы ли они… выбрались ли отсюда.

Еще не все кончено. Если мы не поищем в туманах вокруг города, то я так и не узнаю, были ли здесь мама и Вэл. Возможно, Кален прав. Возможно, у них и правда была фора. Нужно узнать, сможем ли мы там что-нибудь найти.

– Хорошо. – Кален встал с земли. – Сделаем круг по городу, посмотрим, что удастся найти. Территория огромная, но если они где-то рядом, я их учую.

Потому что запах крови и плоти был сильным. А фейри могли чувствовать то, чего не чувствовали смертные.

Я сбежала по ступенькам и направилась к коню. Заметив меня, он топнул копытом, поднимая пыль, а потом отпрянул и издал ужасный звук, которого я никогда прежде не слышала. Это не было похоже на ржание, а звучало как вопль боли и страха. Таким звуком можно было разрезать кость. Он глядел мне в душу дикими глазами, крича, топая и дергая головой за веревку, прикрепленную к поводьям.

Отшатнувшись, я врезалась в Калена. В раненой спине огненной вспышкой вспыхнула боль. Кален схватил меня за руки и толкнул себе за спину.

– Что происходит? – прошептала я.

Кален положил ладонь на рукоятку меча и огляделся по сторонам.

– Он что-то почувствовал. Нам нужно спрятаться.

– Что? – спросила я, повысив голос.

Кален вдохнул через нос. Спустя миг размотал веревку и сунул поводья мне в руки.