За окном с громким фырканьем затормозил фургон. Огромные красные буквы на черном фоне указывали, кто прибыл сюда: «Вирт. Международная перевозка мебели. Телефон 41452». В отличие от грузовиков с плоским капотом, которые встречались на дорогах, у этого фургона был вытянутый капот, квадратная кабина водителя и большие колеса со спицами. Их форма напомнила Лине грузовики из рождественской рекламы Coca-Cola. Из машины выскочил одетый в униформу водитель.

Данте казался встревоженным.

– Ты просто должна доверять мне, Лина.

– Секреты все портят, – сказала Лина. – Бобби попала в 1900 год с моим хронометром и с помощью Коко. Если бы я сказала ей правду, меня бы здесь не было. Я больше не хочу никаких тайн в своей жизни.

– Расскажешь мне все позже, – прервал ее Данте.

Почему никто не верил, что она сможет принять правду? Соня? Хранительница времени? Данте?

Рядом хлопнула дверь. Кто-то вошел в кладовую со стороны улицы. Лина услышала странное ритмичное тиканье, которое становилось ближе. Оно сопровождалось шагами и приглушенными голосами. Она уже собиралась выйти через задний вход, когда ее взгляд упал на ящики, транспортировку которых готовил Данте.

– Это пустяки, – сказал он. – Театральные декорации.

С любопытством Лина подняла деревянную крышку и смахнула опилки в сторону. Она вздрогнула, когда огромный стеклянный глаз посмотрел на нее. Несмотря на неестественные размеры, он выглядел реалистично. Воспоминание хотело ожить в Лине, но осталось туманным. Она уже смотрела на этот глаз раньше. В другое время, в другом месте. Лина все еще рылась в памяти, когда дверь распахнулась. Как будто весь кислород разом покинул комнату. Вошедший был одет в длинный светлый пиджак, доходивший до колен, белый жилет, широкие светлые брюки со стрелками и рубашку с высоким воротником и галстуком-бабочкой. Широкие манжеты закрывали половину кисти, словно он не хотел обнажать ни сантиметра кожи. Сердце Лины пропустило удар, когда она поняла, что человек, стоящий рядом с водителем фургона, не кто иной, как чародей Кинг. В последнюю секунду ей удалось отскочить в сторону, за занавес, защищавший полку с одеждой от пыли. Она прижалась к полотнищу как можно ровнее. Через крошечную щелочку она смогла убедиться, что ее кошмар стал правдой: страшная кукла ожила. Его глаза казались пронзительными, кожа бледной и бескровной, словно он целую вечность не видел солнца.

– Почему вы до сих пор не закончили сборы? – спросил он. – Почему так долго?

В руке чародей Кинг держал трость с совиной головой, которая служила ему опорой и оружием одновременно. При каждом шаге он вбивал ее в землю. У Лины кружилась голова. Ни она, ни ее внутренние голоса не знали, что делать. Предаст ли ее Данте?

– Что случилось, Данте? Мы давно должны начать постройку, – сказал Кинг.

Данте? Мы? Он обращался к своим спутникам по имени. Земля покачнулась под ногами Лины. Ее мысли кружились в бесконечной петле, всегда одна и та же пластинка с одним и тем же текстом: а если все-таки верно то, что сказала Хранительница времени? Неужели Данте действительно заодно с Кингом? Все в Лине взбунтовалось. Она не хотела верить, что Данте предал путешественников во времени ради Кинга. Она едва осмеливалась дышать. Пыль щекотала ей нос. Она почувствовала, как ее диафрагма сжалась. Она знала, что сейчас произойдет. Нет, пожалуйста, не сейчас, не снова. Но все уже произошло. Она икнула. Из своего укрытия она наблюдала, как Кинг, уже направлявшийся к двери, остановился.

Данте яростно чихнул. Он хотел отвлечь Кинга? Или это было совпадение? Медленно Кинг снова обернулся. Его цепкий взгляд метался по комнате, шаги скрипели по полу и становились все громче. Он достал свою трость и со всей силы ударил ею по одному из открытых ящиков. Лина сунула в рот рукав блузки, чтобы если не подавить, то хотя бы приглушить икоту. Кинг подходил все ближе и ближе. Лина не смела ни шевелиться, ни думать, ни даже бояться.

А затем Лина уже не слышала ничего. Что там случилось? Тишина почти душила ее. Она крепче прижалась к стене. Капли пота собрались у нее на лбу.

– Вы можете идти, – сказал Данте. – Я позабочусь о костюмах.

Значит, они все еще там. Оба. Лина едва успела прийти в себя, как внезапно трость врезалась острием рядом с ее головой. Сначала справа, потом слева. Дважды рядом. Лина едва не потеряла сознание. Кинг вслепую тыкал в разные стороны, чтобы проверить, не прячется ли здесь кто-нибудь. Каким-то чудом он не задел ее. Штукатурка сыпалась на ее плечо. Пыль оседала в носу. Так же быстро, как напал, он остановился.

– Ты знаешь, что произойдет, если попытаешься меня обмануть, – услышала она слова Кинга.

Очень-очень осторожно Лина выглянула из-за занавеса. Кинг стоял к ней спиной. Она увидела лицо Данте, с которого сошла вся краска. Рука Кинга фамильярно покоилась на его плече.

42 Разум или сердце?

42

Разум или сердце?

Что с ним не так? Данте больше не понимал себя. С тех пор как он начал жить среди людей, он совершал ошибки каждый день. Оставлял свечи гореть, забывал запереть дверь на задний двор склада, бездумно ходил по улице, нарушал собственные правила. А теперь еще и Лина: встреча с ней перевернула все с ног на голову.

С тех пор как он встретил Бобби на площади перед аптекой, у него возникло ощущение, что в Невидимом городе что-то стряслось. Он все еще контролировал свою миссию? Его колени дрожали, когда он вместе с Кингом покинул складское помещение. Водитель тащил его за собой. Его высокие кожаные сапоги скрипели при каждом шаге, который он делал.

Снаружи на улице ждал фургон, который должен был доставить оборудование Кинга для следующего выступления. Данте ошибался. До того, как Лина вошла в его жизнь, его жизнь была четко расписана. Он путешествовал во времени, исправляя те моменты, в которых судьба несправедливо обошлась с людьми. Как и поколения путешественников во времени до него, он посвятил свои магические силы службе и высшему долгу. Знание того, как сделать что-то значимое, помочь людям облегчить страдания, вело его сквозь времена. С Линой его жизнь усложнилась. Это человеческий вирус его заразил? Нормально ли, что ты сам уже не понимаешь, что чувствуешь? И нормально ли, что ты думаешь одно, а делаешь другое? Разум твердил ему, что если он останется с Линой, то поставит под угрозу свою миссию. Сердце требовало, чтобы Лина была рядом. В его голове все еще проносились мучительные картины: Йонас, поцелуй, Лина на велосипеде. Он уже не знал, что он должен и что ему позволено чувствовать. Он знал, что еще раз связываться с Линой – это риск. Но и знал, что не связываться с Линой – это еще больший риск. Он слишком хорошо знал упорство, с которым она преследовала свои цели.

Он с сомнением посмотрел на Кинга, который прежде всего был зол. Зол на водителя, который слишком громко грузил машину; на Данте, который работал недостаточно быстро; на Веннингера, который уговорил его на это выступление; на время, которое он потерял.

– Я еще раз проверю, все ли у нас есть, – сказал он.

Водитель одарил его непристойной улыбкой.

– Девушка? – спросил он.

Данте был так ошеломлен, что даже не нашел, что возразить.

– Все мои сотрудники слоняются по двору, – сказал он. – Если ты ищешь невесту: я уже был на трех свадьбах с девушками из института. Мужики все такие жирные стали, так хорошо умеют там готовить. – Данте искал определенно не невесту, но для приличия просто кивнул.

– Валяй, – коротко сказал водитель. – Я позабочусь о нашем заказчике.

43 Час гостя

43

Час гостя

С дрожащими коленками и под пристальным взглядом госпожи Полле Лина снова кинулась на кухню к другим девушкам. Она не замечала того, что происходит вокруг нее. Увещевания госпожи Полле о сохранении доброй репутации, чистой, как белый фартук, она пропустила мимо ушей.

«Поздравляю, – прозвучал голос в ее голове. – Ты нашла своего заговорщика».

Лина невольно покачала головой. Она еще ничего не выяснила. Присутствие Данте могло означать все что угодно. Или вообще ничего. Голоса увлеченно перебирали разные варианты.

«Он был зол на Хранительницу времени за то, что она исключила тебя. Может быть, теперь он хочет отомстить».

«А если нет?» – перебил другой.

Лине казалось, что она теряется в клубке тайн и лжи, который окружал ее с самого рождения. Кому она еще может доверять?

Отстраненно помешивала она овощи и мясо, которые варились в огромной кастрюле. Голова ее раскалывалась, мысли в бешенстве разбегались.

– Тебе надо снять пенку, разве ты не видишь? – напомнила Ада.

– А потом в дуршлаг. Суп давно готов, – пропела Хедвиг в другое ухо.

Лина волновалась о другом. Она вложила в руку Хедвиг взятую с собой записку.

– Что там написано? – спросила она.

Хедвиг озадаченно посмотрела на нее, потом широко улыбнулась.

– Она даже читать не умеет, – прошептала она Аде.

С любопытством Ада вырвала у подруги записку из рук и просмотрела ее.

– Это контракт, – объяснила она.

– Она меня спросила, – запротестовала Хедвиг.

Ада держала записку высоко, чтобы Хедвиг не могла до нее дотянуться.

– Я, Антон Мюллер, родившийся 27.09.1874, заявляю, – прочитала она, – что уведомлен об опасности и несу полную ответственность за все риски и побочные эффекты моего путешествия. В случае моей преждевременной кончины или неблаговидного отсутствия я до моего потенциального возвращения передаю почетному господину Станиславу Баптисту Кингу, также известному как чародей Кинг…