А между тем юные ведьмочки придумали поджигать ей дверь, чтобы выкурить из убежища.

Хорошо, что директриса случайно прознала об этом и разогнала девиц. Но они то и дело подходили к двери и угрожали Алисе то одной, то другой расправой.

Алиса вышла только поздно ночью, когда все они уже угомонились.

Она молча гуляла по залам школы ведьм в компании одноглазого Сью. С ним было совсем не страшно. Кот вышагивал впереди, с таким достоинством подняв кривой хвост, что Алисе было неловко идти за ним с опаской.

Проходя мимо портретов преследователей ведьм, Алиса снова осветила фонариком портрет принца Люме Ватра.

У него глаза были такими черными, что казались дырами. Очень неприятный взгляд. Спокойный и надменный. И эта его страшная перчатка с когтями… Алиса поежилась. В свете фонарика она поблескивала, словно была мокрой… от крови.

Алиса отступила на шаг назад и услышала дикий вопль. Не сразу поняла, что кричит Сью, которому она наступила случайно на хвост.

– Прости, Сью!

– Жестокая, беспощадная! Он и так весь переломан!

Алиса взяла кота на руки и вдруг совершенно без брезгливости зарылась лицом в облезлую шкурку.

– Прости. Я случайно, я правда не хотела.

– Ну ладно… – проворчал кот и вдруг напрягся.

В тишине раздались гулкие шаги.

– Призрак королевы Бланш! – испуганно произнесла Алиса, услышав, как зашипел кот. – Пойдем отсюда скорее!

Но из-за эха было невозможно определить, отдаляются они от призрака или приближаются к нему.

Алиса металась то по залам, то по коридорам, но в отчаянии понимала, что призрак ее догоняет. Оглянувшись пару раз назад, она решительно двинулась вперед и столкнулась с человеком, а когда ее фонарик высветил строгое женское лицо со страшными тенями на лице от того, что она подсветила его снизу, Алиса издала вопль, словно теперь на хвост наступили ей. И лишь потом узнала директрису.

– Почему ты бродишь ночью по школе? – раздался ее строгий сухой голос.

– Потому что днем ваши ученицы не дают мне и носа высунуть из комнаты! – все еще приходя в себя от испуга, ответила Алиса.

– Ты должна сидеть там все время! Я не давала тебе разрешения шататься где ни попадя!

– Я не могу сидеть целыми днями взаперти!

– Можешь! И будешь! Возвращайся к себе!

Алисины ноги против ее воли поторопились унести ее от директрисы. Когда она оказалась перед комнатой, дверь открылась сама, Алису втянуло внутрь, следом, скрипя когтями по полу, въехал Сью, дверь захлопнулась, и в ней что-то щелкнуло.

Алиса подергала за ручку: дверь не поддавалась.

Сью нервно подергивал хвостом, а сердце Алисы все еще бешено колотилось.

– Надеюсь, что Рэй заберет нас завтра отсюда, – прошептала она, прижавшись спиной к двери.

Одноглазый Сью только фыркнул.

О приезде Рэя Алиса узнала задолго до того, как хозяин времени появился на пороге ее комнаты. Заслышав слишком оживленные голоса девушек, визг и смех, топот и отрывочные фразы про расчески и блеск для губ, потом радостные возгласы и звучащие наперебой вопросы, Алиса усмехнулась. Сейчас голоса учениц были нежными и ласковыми, как щебет пташек. Но как они меняются, когда насмехаются или издеваются…

Тут дверь открылась, и на пороге появился хозяин времени. Страшно смущенный, по всей видимости, мечтающий закрыться в этой комнате и никогда не выходить. А за его спиной Алиса увидела ненавидящие и злые взгляды девиц. Они цеплялись за его пальто, тянули его назад, сладкоголосые, как сирены.

Рэй улыбнулся, чуть приподнял шляпу и, извинившись, закрыл перед ними дверь.

Алиса сидела на кровати, в ожидании глядя на него. А он как-то странно посмотрел на нее. Этот взгляд ей не понравился.

– Привет, – он заговорил первым, неловко шагнул в сторону стула, сел напротив. – Как ты?

– Отвратительно, – призналась Алиса. – Эти милые пташки становятся мегерами, когда ты уезжаешь.

– Ведьмы… – усмехнулся маг.

– Самые настоящие, – подтвердила Алиса. – Хорошо, что все закончилось. Больше я бы тут не продержалась.

Рэй неловко отвел взгляд в сторону, и сердце Алисы неприятно кольнуло.

– Ты что… не заберешь меня отсюда?

– Я не знаю, – честно признался он. – Если получится забрать у тебя энергию, то тебе все равно пока нельзя возвращаться. Ведь твои преследователи об этом не узнают.

– Рэй… сколько мне здесь еще сидеть? – Алиса была в ужасе от одной перспективы задержаться в школе. – Мне здесь плохо. Нельзя ли найти другое место?

– Надо подумать, Алиса. Не все так просто…

По тому, как Алиса кивнула, отвела взгляд и отвернулась, Рэй понял, что она не верит ему.

– Я обещаю тебе, – он наклонился вперед, взял ее за руку и повернул за подбородок к себе, – обещаю, что сделаю все возможное, чтобы забрать тебя отсюда как можно скорее. Поверь, Алиса.

Она слабо улыбнулась.

– Когда ты так говоришь, хозяин времени, я вспоминаю, как ты спас мою жизнь. Но эти дни были сущим адом. Я никогда не думала, что испытаю на себе все прелести преследования, издевательств, шуток, приколов, жестокостей, закончив школу. Я никогда не была преследуемой, изгоем, никогда не чувствовала себя… никем.

– Добро пожаловать в клуб, – усмехнулся хозяин времени.

– Тебя когда-то преследовали? – недоверчиво спросила Алиса. – Взбивали волосы в колтуны и выращивали на тебе мухоморы?

– Нет. Но я прожил в состоянии «я никто» довольно продолжительное время. И знаю, каково это.

Алиса хотела узнать больше, но поняла, что спрашивать не стоит. Рэй знал, что выглядит очень уставшим, грустным. Поэтому постарался приободрить ее.

– Я привез все ингредиенты для ритуала, представь себе, Макс и Басилун залезли в логово инквизиторов, в их секретный архив, чтобы найти нужную информацию по обряду.

– С ними все в порядке?

– В полном, – улыбнулся Рэй.

Он доставал из рюкзака различные свертки, раскладывал их на столе.

– Тебе лучше лечь, Алиса.

Девушка послушно легла на кровать, одноглазый Сью прыгнул к ней и замурчал, чтобы подбодрить. Хозяин времени повернулся к нему и с удивлением отметил:

– Смотри-ка, а ты уже не такой облезлый, Сью! Начал отращивать шерсть?

Алиса присмотрелась к коту и увидела, что исчезли проплешины, кожа скрылась за короткой шерсткой.

– Неужели это молоко так на тебя действует?

Одноглазый Сью только хитро зажмурил глаза, и его слишком длинные клыки, вылезающие из-под усохшей верхней губы, придали ему насмешливое выражение.

Раскладывая свертки на столе и постепенно разворачивая ткань, Рэй с удивлением отметил, что страшно нервничает. Он допускал мысль, что уже через полчаса, возможно, Алиса будет мертва, а он никогда не простит себя за ее гибель. Никогда. Он давал клятву не убивать невинных. И, возможно, его магия уйдет, если он не сдержит клятвы.

Но и другого выхода Рэй не видел. Макс прав. Нужно собраться с мыслями, силами, сконцентрировать внимание и сделать все, что нужно.

Разложив все по порядку, Рэй сосредоточился и, закрыв глаза, положил ладони на плечи Алисы.

– Рэй, подожди, – вдруг остановила она его. – Если я… если что-то вдруг пойдет не так… Ты обещай, что я не останусь здесь, и ты вернешь меня родителям.

Боль пронзила Рэя насквозь, а в глазах вдруг защипало.

Он не мог понять, что с ним, но постарался, чтобы голос его звучал как можно увереннее:

– Обещаю. Но все будет хорошо.

Боль еще звенела в теле, покалывала кожу, щипала глаза. Он закрыл их, пытаясь снова обрести спокойствие и равновесие. И постепенно эмоция, какая бы она ни была, отступила. Он так и не дал ей имени. Да это было и не нужно. Рэй понимал, что доверие Алисы вызывает в нем встречное чувство, но оно мешало сейчас.

Он снова положил ладони на плечи Алисы и сосредоточился.

Постепенно он входил в ее время. Процесс был более долгим, чем если делать его с часами, но в ритуале был важен контакт с телом.

Послышались секунды ее жизни. Осторожно, деликатно стараясь не влезать глубоко, Рэй стал пролистывать жизнь Алисы назад, как ускоренную пленку. Перед глазами иногда мелькали лица, которые он узнавал: матери и отца Алисы, были ее друзья, младший брат, какие-то люди, животные, места. Он старался не сосредотачивать своего внимания на них. Долистав до того момента, когда Алиса была ребенком, Рэй замедлил проход по ее времени. Теперь он видел вдалеке сияющее ядрышко и медленно шел к нему.

Когда свет стал слишком ярким, а излучение энергии начало заряжать его силой, Рэй немного задержался на этом шаге. Он с благодарностью принял помощь сияния, но понимал, что пока ближе подойти к нему не может.

Одной рукой продолжая касаться Алисы, он потянулся за серебряным колокольчиком. Мерно и четко отбивая ритм, он принялся читать заклинание:

– Ты, тот кто создал все на земле, на небе, под землей и в водах. Создал богов, магов, людей и прочих существ. Создал травы, планеты, Вселенную, мир… Услышь этот звон и знай: я иду к твоему свету, чтобы изменить его во благо всем. Я не испытываю алчности, жадности, злости, гнева, обиды. Я лишь хочу помочь.

Отложив колокольчик в сторону, он взял плод манго и продолжил, держа его над Алисой.

– Как этот плод скрывает в себе ядро, так и я прошу тебя показать мне суть этой силы.

И, закрыв глаза, он погрузился снова во время Алисы.

Сияние энергии постепенно отступало, сжимаясь по его повелению в свою истинную оболочку. Накануне он объяснял Максу, что ядро сияния – это косточка, сияние – это мякоть, а кожица вокруг – это душа Алисы, в которую все это заключено.