Ариэль резко вдохнула, в уголках глаз собрались слёзы. Эрик потянулся их смахнуть, большой палец коснулся её кожи, и...
Поток воспоминаний промелькнул под поверхностью сознания Эрика: рыжие, как рассвет, волосы рассыпались по бледным плечам; сильные ладони крепко сжимали запястья Эрика, унося его как можно дальше от опасности; неуверенные шаги шуршали по тёплому песку. Они почти поцеловались тогда в лагуне, и ему совсем не было страшно. Он нисколько не сомневался, что...
Дверь в кабинет с грохотом распахнулась.
– Эрик! – Ванесса прошествовала в комнату, вставая между ним и Ариэль. – Вот ты где. Я повсюду тебя искала.
При виде Ванессы туман в голове рассеялся. Эрик взял Ванессу за руку. Она встала рядом с ним. Мир приобрёл чёткость и ясность, дымка неопределённости, окутывавшая Ариэль, полностью исчезла. Кто такая эта Ариэль? Ровным счётом никто.
– Я занимался объявлениями и сообщил друзьям о свадьбе, – сказал Эрик, всё внимание которого было теперь приковано к Ванессе.
У него не укладывалось в голове, как можно думать о ком-то другом. Словно они были связаны нитью, которая душила его, когда он отворачивался от Ванессы.
– Замечательно, родненький. – Ванесса оглянулась через плечо на Ариэль: – Беги отсюда. Я тебя знаю?
Ариэль бросилась из комнаты, и если Эрик ещё хоть немного думал о ней, эти мысли улетучились с её уходом.
20 Морское сражение
Остаток дня прошёл как в тумане. Ариэль не вернулась, чтобы поговорить с ним, после того как её прогнала Ванесса. Эрик знал: ему следовало бы переживать из-за этого. Ариэль была ему другом, а Ванесса отмахнулась от неё, словно от мусора. Это огорчало. Вот только ни одна клеточка его тела не чувствовала себя огорчённо. Эрик чувствовал себя опустошённым, выпотрошенным и уже и не помнил, когда ощущал целостность. Он знал: есть что-то, о чём он забыл. Он собирался что-то сделать. Должен быть сейчас чем-то занят, а увлечён не тем. Просто всё это теперь казалось таким несущественным.
Когда Ванесса говорила, проще было улыбаться и кивать. Провожая его в покои, она велела ему сосредоточиться на подготовке к свадьбе и не думать ни о чём другом. После этого он был передан в заботливые руки Карлотты, принял ванну и не торопясь оделся. Карлотта спрашивала про Ванессу и свадьбу, хмыкая и угукая на каждый его ответ, от чего Эрик хмурился. Ответов у него имелось немного, но в том не было ничего странного. Ванесса просто пока не успела полностью ему открыться.
Поздно вечером, за час до заката, Гримсби увлёк Карлотту в сторону и принялся что-то ей нашёптывать, пока Эрик разглаживал складки на своём сюртуке. Не успел он узнать у Гримсби, что происходит, как Габриэлла с Ванни пришли проводить его на свадебный корабль.
– У Гримсби есть план, – шепнул Эрику Ванни, когда они отвели его в дальний конец палубы за спины гостей. – Не волнуйся.
Они стояли на корме, где вскоре к Эрику должна была присоединиться Ванесса. Дорожка к алтарю – вот всё, что отделяло его от женитьбы.
– Я и не волнуюсь, – сказал Эрик. – С чего бы?
Ванни лишь бросил взгляд на Габриэллу, после чего друзья заняли свои места.
Ожидая появления Ванессы, чтобы церемония бракосочетания началась, Эрик дёргал ужасно тесный воротник своего парадного мундира. Принц вдохнул и оглядел корабль. Колонны, белые, как китовые кости, поднимались с палубы, их оплетали зелёные виноградные лозы и бледно-розовые цветы, а по заливу растекался вечерний багряный свет. Герб Велоны на носу судна возвышался над синими волнами, позолота сверкала на солнце.
Солнце коснулось горизонта. Музыканты играли с каждой минутой всё громче. Гости ёрзали на своих местах, знакомые силуэты Габриэллы и Ванни маячили рядом. Время от времени они заглядывали ему в лицо, словно ища чего-то. Лицо Габриэллы было напряжённым, зелёный платок, удерживавший её волосы, смялся от того, что она постоянно его теребила, а Ванни даже не приоделся. Это должно было бы насторожить Эрика, и он это знал. Однако, как ни странно, Эрик не мог заставить себя задуматься об этом.
Послышались мягкие шаги, и гости встали.
Наконец-то Эрик женится на своей второй половине. Однако восторг не вспыхнул внутри, не ощутил Эрик и любовного трепета. Возможно, ему предстоит самому разжечь костёр собственного счастья.
Ванесса скользнула к нему, подол бело-розового платья зашуршал о его брюки. Персиковое небо принялось темнеть до оранжевого в красных пятнах.
– Готов, родненький? – спросила Ванесса. Она не взяла его под руку. – Идём.
Эрик уставился прямо перед собой и не смог повернуть головы, даже услышав, как скулит Макс. Алтарь находился не более чем в нескольких метрах от них или около того, но каждый шаг казался вечностью. Гости наблюдали за происходящим с одинаковыми мрачными выражениями лиц. Зауэр – единственный не выглядел так, словно пришёл на похороны, и то главным образом благодаря красному сюртуку.
Эрик и Ванесса приблизились к маленькому алтарю. Стоявший за ним священник был ещё меньше. Над ними нависал ещё один герб Велоны. На фоне заходящего солнца синяя ткань казалась совсем тёмной. Макс, удерживаемый Гримсби, натянул поводок. Эрику хотелось отойти и успокоить пушистого друга, но Ванессе это пришлось бы не по вкусу. Какой-то части его души претило то, что такой поступок вызвал бы у неё недовольство. Ему претило то, что он даже не попытался отойти и успокоить Макса.
– Приветствую! – произнёс священник, громкости его голоса едва хватило, чтобы его услышал стоявший рядом Эрик, что уж говорить об остальных. – Дети мои, мы собрались здесь сегодня, чтобы увидеть, как эти голубки свяжут себя узами брака. – Священник продолжил бубнить, а солнце опускалось всё ниже. – ...берёшь ли ты, Эрик, леди Ванессу в законные жёны, покуда смерть не разлучит вас? – спросил наконец священник.
Эрик замер. Настоящая любовь не должна наводить такую скуку и серость, ну или чем там является это безрадостное чувство внутри. Она должна быть всеобъемлющей и страстной. Его должно переполнять счастье. Когда он был счастлив в последний раз? Прошлой ночью? Прежде, чем повстречал Ван...
Ванесса сжала его предплечье, ногти впились в рукав, и Эрик произнёс, не думая:
– Беру.
Закричала чайка. Священник прервался и поднял глаза наверх. Эрику очень хотелось посмотреть, что происходит, но он всё думал: «Понравится ли это Ванессе?» Эрик не двигался, Ванесса от него отвернулась. Стая птиц пронеслась в воздухе и захлопала крыльями, оттесняя Ванессу от Эрика. Священник юркнул под свою трибуну.
Крылья и перепончатые лапы хлестали Эрика по плечам, но он так и не шелохнулся. Стая налетела снова. На палубу посыпалась недожёванная рыба и водоросли. Ванесса взвизгнула, а гости бросились к корме. Вода билась о борт корабля, раскачивая судно. Корабль сильно накренился.
– Эрик! – позвал Ванни.
Эрик даже ответить не мог. Его руки дрожали, мир тем временем превратился в водоворот белых перьев. Усилием воли Эрик заставил себя двинуться с места, подчиняясь наклону корабля. Его отнесло вниз и закрутило. Сцена разыгрывалась как в тумане: птицы прогоняли гостей с палубы, а крабы перемещались по ней с военной точностью. Пара морских львов прорвалась сквозь толпу и поползла по корабельным доскам к Ванессе. Ванни и Габриэлла загнали часть гостей в капитанскую каюту. Нора с тревогой смотрела за борт.
– Как мы позволили застать себя врасплох? – спросил Гримсби.
– Мы собирались сразиться с морской ведьмой! – Зауэр сорвал с плеча морскую звезду и швырнул её в Гримсби. – Как к такому вообще можно подготовиться?
Морской лев врезался в Ванессу, и та упала на торт. Девушка закричала, смахивая с лица сливочный крем и солёную воду. Ноги Ванессы запутались в мокром платье.
– Эрик! – Габриэлла помогла Ванни увернуться от другого морского льва. – Идём!
Эрик так и хотел. Нужно было идти. Он переступал с ноги на ногу. Каждое движение давалось медленно и с трудом. Гости в панике разбежались кто куда, спасаясь от свирепствующих морских созданий. Каждый пытался найти место, чтобы спрятаться или хотя бы удержаться на ногах и не оказаться скинутым за борт. Глаза Ванессы скользнули к Эрику и сузились. Она поднялась с помощью одного из перепуганных гостей и тотчас оттолкнула беднягу в сторону.
– Даже не думай уй...
Волна перехлестнула через борт и ударила её в спину. Перед глазами Эрика промелькнуло что-то алое, как заходящее солнце, – рыжие волосы. А следом появилась Ариэль. Ловя воздух ртом, промокшая до нитки, она выбралась на палубу из шпигата и, шатаясь, поднялась на ноги. Заметив Ариэль, Ванесса метнулась к ней, но тощая чайка поймала клювом Ванессино ожерелье и оттащила злодейку назад.
– Ах ты маленькая... – Ванесса схватила чайку за горло и вывернула ей шею. – Думаешь, комок перьев способен меня остановить?
Макс зарычал рядом с Гримсби. Пёс гавкнул, глядя на Эрика, а затем сорвался с поводка и бросился на Ванессу. Зубы сомкнулись на голени девушки. Ванесса взвизгнула и выпустила чайку. Та сорвала ожерелье с её шеи, и золотистая ракушка упала на палубу. Украшение разлетелось на части у ног Ванессы.
От осколков поднялась золотистая дымка, яркая на фоне тёмно-алого солнца, заходящего за кораблём. Струйки переплелись между собой, и Эрика потряс донёсшийся словно издалека напев знакомой мелодии. Эрик закрыл глаза. Звук проникал глубоко в душу. И вот песня его спасительницы уже вовсю звучала над палубой. Она была красивой и неземной, и у Эрика не укладывалось в голове, как он мог верить, что этот голос принадлежит Ванессе. Он звучал по-доброму, в том смысле, который Ванессе был недоступен. Ванесса и доброта? Милостивый Тритон, она даже не удосужилась узнать имя хоть одного из близких Эрику людей! Принц открыл глаза.