Краем глаза я заметила ошеломление флориста. Я взяла из мешочка на поясе несколько монет и положила их на ладонь продавцу, затем взяла одну из красных роз. Я по-мужски преклонила колено перед Винсентом и вручила ему цветок. Принц безуспешно пытался сдержать ухмылку. Флорист с интересом разглядывал нас, когда Винсент принял розу.

Я поплотнее закуталась в мех, дрожа от порывистого ветра. Я слышала, что зима в Сентерии суровая, но не подозревала насколько.

Винсент вошел в книжный магазин на углу, и я последовала за ним. Тепло моментально растеклось по моему телу, и я с наслаждением принялась изучать обстановку. Небольшой книжный магазинчик казался еще меньше из-за обилия параллельно стоящих книжных полок, заполненных старыми книгами, газетами и журналами. Литература была расставлена хаотично, что затрудняло поиски необходимого.

Я отступила чуть назад, как вдруг из-за полок возник невысокий сутулый старичок в бежевой рубашке и коричневом комбинезоне. Он поправил очки и посмотрел на вошедшего с широкой улыбкой.

– Винсент, как же приятно тебя видеть!

Мужчина обнял Винсента с такой нежностью, что я усомнилась, знает ли старичок, что перед ним – принц. Винсент обхватил его в ответ. После теплого приветствия мужчина отступил назад и указал на меня.

– Это…

– Нетрудно догадаться, кто эта особа, – прервал его старик. Радость в его глазах померкла, когда он смотрел на меня. – Приятно познакомиться, Китана. Я – Кайри, работаю в этом магазине почти сорок лет.

Отчужденность мужчины заставила меня гордо выпрямиться.

– Очень приятно, – ответила я ледяным тоном.

Я ощутила, как настроение у Винсента испортилось. Он повернулся к Кайри.

– Все говорят о твоем браке. – Старичок грустно посмотрел на Винсента. – Конечно, есть те, кто тебя поддерживает, но эта свадьба – не лучшая затея.

Меня беспокоило, что мужчины говорят так, будто меня здесь нет, но я молчала, так как понимала правоту старичка.

– Что они говорят? – любопытствовал Винсент.

– Им кажется странным… Что ты женился на вражеской принцессе.

Кайри тщательно подбирал слова, чтобы смягчить правду.

– Знаю, – отозвался Винсент, – сделанного не воротишь. Скоро все забудется.

– Конечно, я тоже в это верю.

Даже если бы Кайри хотел, то все равно не смог бы солгать Винсенту.

Я оставила мужчин и стала рассматривать пыльные книжные полки. Все вокруг оказалось невероятно грязным, везде царил хаос, но это место приносило необъяснимый покой душе. Я могла бы бродить среди шкафов целый день, не отрываясь от книг.

Я остановилась, когда мои руки коснулись книги с разорванными страницами под названием «Русалочка». Я взяла ее и начала читать.

– Как тебе книга? Нравится?

Я не повернула голову, когда услышала голос Винсента.

– История любви, которая, вероятно, кончится печально.

– С чего ты решила, что у книги печальный конец? – вздернул бровь Винсент.

– Даже в самых счастливых любовных историях есть толика грусти, – в ответ усмехнулась я.

Я встряхнула книгу, и из нее посыпалась пыль. Почему-то это произведение заинтересовало меня. Я вытащила из мешочка несколько монет.

– Это – мой тебе подарок, – раздался голос Кайри.

Я хотела отказаться, но увидела, что слова мужчины вызвали у Винсента улыбку, и поблагодарила старичка.

– Я ему очень понравилась, – с иронией отметила я, когда мы с Винсентом вышли из магазина.

– В детстве я частенько убегал из дома и время от времени приходил сюда читать книги, – улыбнулся принц. – Кайри знает меня с ранних лет. Он знал, что я – принц, но всегда относился ко мне по-отечески. Он желает мне лучшего.

– Понимаю, – кивнула я.

Лениво прогуливаясь, мы стали невольными свидетелями громких споров мужчин в кофейне неподалеку.

– Не защищайте его! – громогласно ревел один из мужчин за столиком. – Разве вы не знаете, сколько наших воинов погубили Зираковы? И он женился на их дочери, несмотря ни на что!

Мне не пришлось смотреть на Винсента, чтобы почувствовать перемену. У принца перехватило дыхание. Я тоже ошеломленно затихла, боясь представить, что они могут сделать, узнав, что женщина, которую они так бурно обсуждают, прямо перед ними. Точно не угостят кофе.

– Разве она виновата, что Ирина – ее мать? – крикнула молоденькая женщина в мою защиту. Неужели правда одна из местных жительниц встала на мою сторону?

– Знаете ли вы, что она пыталась покончить с собой, чтобы прекратить всю эту вражду и ненависть?

– Это все – спектакль, – поморщился мужчина. – Эта распутница соблазнила нашего принца, и он сразу на ней женился.

– Эй! Не говори так! – оборвал его какой-то старик.

– Но он прав! – подала голос другая девушка.

– Китана не виновата, что ее так воспитала мать, – отозвался еще один мужчина. – Очевидно, что приезд сюда ее изменил. Она влюбилась в принца и вышла замуж. Теперь она – кандидатка на роль будущей королевы Сентерии. Следите за выражениями, когда говорите о ней.

– Я никогда не увижу в этой ничтожной женщине королеву, – отозвался первый мужчина. – Раньше я безмерно уважал Винсента, но теперь считаю, что Эзра – единственный достойный претендент на престол. По крайней мере, он не станет представлять принцессу Зиракова в качестве будущей королевы Сентерии.

Винсент, задыхаясь от ярости, шагнул в сторону мужчины. Я быстро ухватила его за руку, случайно оцарапав его ногтями, но он, кажется, даже не заметил.

– Успокойся!

Винсент наклонился к моему уху.

– Если я не заткну их сейчас, они всегда будут так говорить.

– Если ты не успокоишься, они точно никогда не перестанут судачить, – возразила я. – Ты станешь первым в истории принцем, который женился на дочери врага и напал на своих же сограждан.

Я вгляделась в его лицо: в глазах все еще полыхал гнев, но черты смягчились. Винсент закрыл глаза и глубоко вздохнул, пока мужчины в кофейне мешали мое имя с грязью. Он взял себя в руки, но я не могла утверждать, что его хватит надолго. Мы направились к карете.

Вот и все, что осталось в памяти в мой первый день в Сентерии в качестве жены наследного принца: ненависть, оскорбления и роза, которую я купила для Винсента.

Наконец мы вернулись во дворец, усиленно делая вид, что ничего не случилось. Но при взгляде на нас можно было обо всем догадаться.

Оскорбления застигли меня врасплох, но, должна признаться, совершенно не волновали: с самого первого дня пребывания в Сентерии я слышала подобные слова и думала, что меня в день бунта линчуют. Но вот Винсент выглядел так, будто ему вонзили в спину кинжал. Впрочем, ничего удивительного: любимый балованный сын и принц вдруг в одночасье превратился в объект ненависти.

Мы поднялись в комнату, чтобы подготовиться к вечернему походу в театр. Я подбирала наряд с особой тщательностью, зная, что в театре соберется множество людей, чтобы посмотреть на нас.

– Я слышала, время от времени вы посещаете подобные мероприятия, – я обратилась к Винсенту, рассматривая безумно дорогие и совершенно безвкусные платья. – Не понимаю, почему люди не узнают вас в городе.

– Люди приходят посмотреть на нас, но находятся слишком далеко, чтобы хорошенько рассмотреть лица. К тому же не забывай о стражниках, которые окружают нас плотной стеной. Трудно запомнить несколько лиц среди множества.

Я сразу же отложила платье, которое держала в руках.

– Тогда, пожалуй, я надену что-то более простое и удобное, раз этого никто не увидит.

Я взяла одно из платьев, прислонила к себе и повернулась к лежащему на кровати Винсенту.

– Как тебе это?

– Как ты можешь вести себя так, будто ничего не произошло? – прищурился Винсент. – Как можешь игнорировать то, что случилось всего час назад?

Я тяжело вздохнула, отвернулась к зеркалу и принялась рассматривать свое отражение. Винсент мне не ответил, придется полагаться на свой вкус при выборе платья.

– Для меня не новость, что меня здесь не любят.

Убедившись, что платье достаточно красивое, я отложила его на стул и подошла к столику с зеркальцем, чтобы подобрать украшения.

В отражении я видела полыхающие яростью глаза Винсента.

– Как Андре мог купиться на твои притворные улыбки? Ты – ледяная, безэмоциональная, бесчувственная женщина…

Я стиснула зубы и сжала в руке золотое ожерелье. Прошлой ночью я открыла ему свое сердце, а сейчас он швыряет в меня эти слова… Гнев закипел во мне, и я почувствовала острую потребность его обидеть.

– Я не виновата, что твой народ тебя ненавидит, – ударила я в самое больное место.

– Это твоя вина! Если бы не ты… – Винсент подошел ко мне, его голос дрожал.

Не в силах больше сдерживаться, я резко повернулась к нему и швырнула в него ожерелье. Мы хотели растерзать друг друга в первый же день после нашей свадьбы. Действительно, о таком мечтает каждая девушка!

– Я говорила тебе, – заявила я, отступая от него. Я хотела кричать и ругаться, но сдерживалась, чтобы не вызывать лишние сплетни во дворце. Беззвучный крик душил меня. – Я умоляла тебя противостоять отцу, но ты меня не послушал! И я не бесчувственная!

Я не знала, почему последние слова сорвались с моих губ.

Винсент молниеносно сократил расстояние между нами, схватил меня и встряхнул, будто пытаясь столкнуть с суровой реальностью. Его глаза метали молнии.

– Тогда поставь себя на мое место! – воскликнул он. – Как ты можешь оставаться такой спокойной, когда я места себе не нахожу?