Митрофан Игнатьевич очнулся посреди разорванных тел. Во рту чувствовался металлический привкус крови. Он поменял положение, слыша и ощущая хруст собственных костей. Это суставы, окончательно превращаясь в человеческие, вставали на свои законные места.
Старик услышал шорох, резко обернулся. И встретился с глазами мага воздуха. Те поблёскивали. Маг захрипел, улыбнулся и сжал кулак, выставляя большой палец в одобрительном жесте. А затем затих, теперь уже навсегда.
Митрофан Игнатьевич смог подняться, оглядел себя. Одежда разорвана из-за трансформации, весь в крови. Первым делом он кинулся к астральному ворону, который выдал Михаил, чтоб быть на связи.
Следовало сообщить, что он справился. А затем свалить отсюда, перед этим смывая с себя кровь и переодеваясь в чистое.
* * *
После того как Неглинский очутился на бетонной площадке у лесной дороги, сверху прилетела какая-то стекляшка. Она хлопнула у него под ногами. И Неглинский, не успев подняться, снова упал на землю. Его парализовало.
К ним уже подбежали двое из шайки Ловкача. Они потащили их к автомобилю.
И сейчас, уже пять минут они летели по бетонке в направлении очередного секретного укрытия браконьеров. Смит очнулся от парализующего эффекта. Он сидел угрюмый, молчаливый. Неглинский пошевелил рукой и понял, что тоже избавился от этой дряни.
— Как у них это получилось? — забормотал под нос Неглинский. — Я не почувствовал иллюзорного фона. Но это ведь была иллюзия?
— Вы лучше подумайте о том, куда теперь, — уставился на него Смит. — Обратной дороги нет.
— Я и так знаю, что обратно возвращаться нельзя, — прорычал Неглинский.
Он был настолько разъярён, что не смог сдержать свои эмоции. А ещё был растерян. Ведь план был идеальным. Неужели этот щенок почувствовал подвох?
Нет! Он всё подготовил. И знал о его плане.
— Ах ты ж, старый ублюдок! — зарычал Неглинский, ударив по пассажирскому сиденью. — Твою же мать! И отца! И всех твоих родственников! Я ведь ему доверился! Убл-людок!
— Можешь не орать так громко? — грубо осадил его один из сидящих впереди браконьеров, пухлый, словно пузырь.
— Ты как со мной разговариваешь? — процедил Неглинский. — Я владелец большой сети имперских клиник. Знаю таких людей…
— Был владельцем, — иронично скривился Смит.
— Во, чудила, — хрипло засмеялся толстяк. — Мы его вытащили из полнейшей задницы, а он ещё и грубит. И про людей можешь мне не говорить. Службе безопасности плевать уже на это. Теперь для Империи ты такой же как и мы. Преступник.
Неглинский с ненавистью посмотрел на довольную оскалившуюся рожу толстяка, и промолчал.
Что дальше? Залечь на дно. Потом валить из Империи. Не зря же он выводил прибыль на счета Сицилийских банков. Да и дворец у него там просто шикарный. И красавица жена, которую он навещает раз в месяц.
Надо только отсидеться в Новосибирске, в бункере, о котором никто не знает. Сделает другие документы и свалит из Российской Империи.
Уже завтра он будет в розыске. А учитывая его статус, разыскивать его будут с особым рвением.
— Где Ловкач? Он нас догонит? — спросил Смит.
— Ловкач исчез. Но Призраки его быстро отыщут, — напряжённо произнёс толстяк, но улыбнулся. Правда, улыбка получилось уж слишком зловещая.
— Призраки? — покосился на него Неглинский.
— Ты откуда вылез⁈ Не знаешь о Призраках⁈ Во даёт! — воскликнул толстяк. — Четвёрка наёмников, которых иногда привлекает Ловкач.
— Что-то слышал, но не могу вспомнить, где, — пробормотал Неглинский.
— Слышал он. Да зайди в любой кабак, и тебе о них расскажут столько… — хмыкнул толстяк.
— Я не хожу по кабакам, — скривился Неглинский.
— Скоро начнёшь, — подмигнул ему толстый браконьер.
Неглинский решил отвлечься. Смит ему что-то говорил о том, как можно укрыться в Британии. На черта ему сдалась Британия с её вечными туманами и дождями? Ему и в солнечной Сицилии будет неплохо.
Он всматривался в мелькающий за окном таёжный лес. Скоро ему он будет сниться во снах. Понимая это, Неглинский почувствовал ком в горле, и сердце слегка защемило. Он ещё не покинул Родину, а уже скучает по ней.
Из странного ностальгического состояния его вырвала ругань браконьеров. Что-то произошло. Насколько он понял, вычленяя нормальные слова из обилия нецензурщины, их обнаружили.
* * *
Эти сволочи ушли. Точнее им кто-то помог свалить. Очнувшись на бетонной площадке у дороги, я первым делом заметил свежие следы шин.
Михаил использовал астрального ворона. Связался с Ксенией, и через пару минут она подъехала к нам.
Мы быстро заскочили в кабину, и я почувствовал удар в перегородку сзади. В зарешёченной кабинке бился, рычал, выплёвывал яростные фразы Ловкач.
— Никак не успокоится, — улыбнулась Ксения, заставляя автомобиль тронуться с места. — Здесь одна дорога, в Усть-обнинск. В стороне будем проезжать Филькино, но там уже их ждёт группа.
— Перед Усть-обнинском выставили оцепление? — спросил у неё Михаил.
— Ещё нет, но скоро выставят, — пообещала Ксения.
— Скажи им, чтоб поторапливались, — напряжённо произнёс Михаил.
— Уже, — кивнула его напарница.
Я же в это время расстегнул свою сумку, откуда выскочил возмущённый Брон с не менее возмущёнными тремя помощниками.
«Брон должен убить этого человека», — сообщил мне энт, блеснув взглядом на Ловкача, который внезапно затих.
— Это энты! Вот я вас и увидел, сукины вы дети! Ха! — раздался приглушённый крик браконьера. Он скалился в небольшое зарешёченное окошко. — Я вас скоро продам на чёрном рынке! Готовьтесь, твари!
— Да закройся уже ты, — процедил я в его сторону. Затем положил руку на руки-ветви Брона. — Не слушай его. Скоро ты с ним расправишься. Как только поймаем остальных.
Мы долго обсуждали с Михаилом этот момент, когда составляли план. Он утверждал, что его надо передать службе безопасности. Этапировать в столицу. Ну а я настаивал, что он законная добыча Брона. Энт всё равно доберётся до него. По закону энтов этот ублюдок должен попасть на суд энтов. И он, и остальные браконьеры. Все те, кто украл сердце леса. Все те, кто сжёг Великий дуб, хранилище святыни.
Что с ними будет — каждому из нас было понятно. И в итоге Михаил сдался, уступил мне. Точнее Брону, который тоже принимал участие в дискуссии.
Неглинского и Смита было принято решение поймать. Вот их мы и передадим службе безопасности.
Астральный ворон просигналил в кармане Михаила. Он принял послание. Я услышал запыхавшийся голос Митрофана Игнатьевича:
«Всё прошло так, как и планировали. Все мертвы. Только с ними был маг воздуха. Он чуть не помешал мне. В общем, переодеваюсь и буду трудиться в лаборатории, как ни в чём не бывало».
Михаил записал ответ: «А мы поймали главаря банды. Преследуем иностранца и Неглинского. За телами скоро придут из службы безопасности».
Через пару минут Михаилу пришло сообщение от группы безопасников. Они уже в лавке, осматривают тела. Но никого внутри нет, лишь следы от лап то ли монстра, то ли демона.
Пришлось рассказать Михаилу и Ксении о проклятье Митрофана Игнатьевича. И я их убедил, что контролирую его состояние, и в ближайшем будущем обязательно избавлю его от этого. Поэтому новость о следах они восприняли достаточно спокойно.
— Отлично всё-таки вы фокус с иллюзорной маской провернули, — улыбнулась нам Ксения. — Твой план, Ярослав, просто шикарен, во всех смыслах.
— Ну а я что вам говорил? Миша как-то рассказывал об этом, вот я и вспомнил, — произнёс я. — Что её никто не сможет обнаружить магией. Только специальными датчиками.
— Именно так. Которых у этих уродов на данный момент не было, — довольно ухмыльнулся Михаил. — А поначалу всё-таки было стрёмно, думал раскроют.
— Ты вжился в роль неплохо, Миша, — произнёс я, хлопнув по его плечу. — Я даже сначала подумал, что это настоящий Ловкач, и нас раскрыли.
— Ага. Ксения ведь не ответила, — подчеркнул Михаил.
Ксюша вздохнула, закатив глаза:
— Ну вот, опять… Откуда я знала, что этот урод ломанется в лес? Пришлось подключать ещё трёх наших и побегать за ним. Потом ведь отправила сообщение?
— Ксюш, всё нормально, — улыбнулся Михаил. — Ты большая умница. Справилась. Это я неудачно решил пошутить.
— Главное, что поймали вон ту гниду, — покосился я в сторону зыркающего через окошко Ловкача.
— Слыш, падаль! — вновь раздался его рык, а стальная перегородка содрогнулась. — Я и до тебя доберусь, и до твоего дружка. Всех порешаю.
— Сиди уже, не тявкай, мародёр чёртов, — ударил в перегородку в ответ Михаил.
— Ты точно записал слова Неглинского? — взглянул я на него.
— А то, — похлопал по внутреннему карману безопасник. — Всё тут, не беспокойся. Каждое слово.
— А тебя, сучка я оставлю на закуску! Раздену, привяжу к дереву и!.. — продолжал рычать Ловкач из миниатюрной камеры.
— Задолбал, — выдохнула Ксения, дёрнула ручку на приборной панели. Позади раздался треск молний и… браконьер затих.
— Давно надо было так сделать, — заметил я, улыбнувшись.
— Не поверишь, уже третий раз. Крепкий попался, — улыбнулась Ксения и внезапно нажала на одну из педалей. Мы ускорили движение. — Вон они! Я их вижу!
Тёмно-серый автомобиль маячил на горизонте, и мчался вперёд.
— Сможем догнать? — спросил Михаил.
— Да, уже догоняем, — улыбнулась Ксения. — Никуда от нас не денутся.