– Стоп! – Теперь Антонелла не может вынести моих воспоминаний. – Не пытайся превратить нашу семью в то, чем она на самом деле не была. Они принесли меня в жертву!

– Тео принес тебя в жертву! И все мы пострадали из-за этого! Родители очень страдали, что потеряли тебя!

– Во всех твоих воспоминаниях родители защищают и оберегают тебя. А знаешь, чего я не нашла в твоих воспоминаниях? Чтобы они хоть раз пытались меня вернуть.

Она действительно этим расстроена.

– Ты могла бы оказаться на моем месте, – замечает она. – Если бы я пряталась, а ты в этот момент меня искала. Тогда бы они точно так же бросили тебя. Родители любили тебя только потому, что другой дочери у них не было.

– Я понимаю, но мы не можем ничего исправить, – говорю я Антонелле. – Вариант «если бы» не поможет, а сделает все только хуже. Сейчас существует только это мгновенье, а еще мы – это все, что у нас есть. И я прошу тебя, молю, дай нам шанс!

Она обхватывает руками мою шею, сдавливает мне горло и прекращает таким образом мои мольбы.

– Нет, – говорит она, и ее воспоминания пронзают меня.

Антонелла в другом замке, в Атриуме.

Она вместе с Бралагой, но это не тот разговор, который я видела в ее воспоминаниях. Песчинок в песочных часах гораздо меньше. Антонелла, должно быть, вернулась, чтобы увидеть их еще раз. Может быть, именно тогда Красноволосый и Циклоп заметили, что она прошла в Атриум.

– Они отправили меня сюда! Принесли меня в жертву! Зачем мне возвращаться?– спрашивает она у Бралаги.

Это другая Антонелла. До сих пор она казалась холодной и невозмутимой, даже несмотря на постоянные побои. Ясно, что воспоминания о Земле впервые всколыхнули в ней что-то. Это заставляет меня задуматься: страдала ли она когда-нибудь по-настоящему до этой минуты?

– Я уже рассказал тебе, каков второй вариант,– ласково произносит Бралага.– Ты хотела бы, чтобы стены замка поглотили тебя?