– Тебе сейчас нужно думать не об этом, – заметил Алик. – А о том, как выбраться отсюда как можно скорее.

Подскочив на месте, я обняла себя за плечи и отвернулась.

– Я и представить не могу, как это сделать, Алик… Прошло два года. С крушением Кериота у меня ничего не осталось. Лишь рабочий архив данных – мой и Рейнира.

– Должно быть хоть что-то. Фото, переписки, старые сообщения…

Я замерла.

– Сообщения?..

– Как вариант.

Мысли лихорадочно гудели в голове.

– Алик, ты гений, – прошептала я, обернувшись к нему. – Ты чертов гений. Сообщения… У меня должно было остаться одно сообщение. – Я сглотнула. – От Рейнира. Алик, мне нужен мой браслет. Там все данные, и там… возможно, я сохранила одно сообщение от Рейнира, которое могло бы помочь.

Алик тут же подскочил на месте:

– Где браслет?

– Его изъяли у меня, когда поместили сюда. – Я подскочила к нему, и пульс тут же взлетел вверх. – Молю, найди его! Там все данные, это могло бы помочь… я должна найти то сообщение…

В глазах Алика сверкнул проблеск надежды, и, не говоря ни слова, он в тот же момент скрылся за дверью.

В ожидании Хейзера я не менее десятка раз пересекла комнату вдоль и поперек. В глубине души я всегда знала – однажды мне придется открыть последнюю запись Рейнира, что он оставил незадолго до смерти. Я нервно рассмеялась. Осознавая, что я бросила его умирать, Рейнир оставил сообщение, которое теперь должно было спасти мне жизнь. Что это, если не злая ирония?

Когда Алик вновь возник на пороге с браслетом в руках, я успела искусать губы в кровь.

– Оставишь меня ненадолго? – хрипло спросила я, забрав гаджет и с мольбой посмотрев на него. Сердце бешено колотилось в груди. Алик лишь кивнул – он все понял без слов, всегда понимал.

– Загляну к тебе через час, – сказал он перед тем, как исчезнуть за дверью, и бросил быстрый взгляд в сторону нетронутого подноса с ужином, что так и оставался у моей кровати со вчерашнего вечера. – И попрошу Лею принести тебе новую еду. Ты должна заставить себя поесть.

* * *

О трагических событиях на Кериоте было принято не вспоминать. В первый год восстания в мире творилась полная неразбериха – семьи лиделиума одна за другой уже публично выбирали сторону в надвигающейся войне, Нейк Брей как раз сбежал с Тэроса, отчего Диспенсеры рвали и метали. Конгресс сходил с ума, пока галактика потонула в череде геополитических конфликтов. На фоне этих событий уничтожение базы на Кериоте, что была примерно в десять раз мельче Мельниса, мировая общественность сочла мелким недоразумением. Галактический Конгресс даже не передал дело в Верховный суд для расследования.