Вот и все.
Новый сигнал прорезал тишину. А потом еще один, еще и еще. Андрей вздрогнул и метнулся к экрану. Алые маяки, подобно тому, что загорелся в точке дислокации штаба Рейнира, вспыхивали один за другим.
– Нет, – похолодев и не веря своим глазам, выдохнул Андрей. Он едва успел броситься к панели управления и набрать команду вызова, как на экране в очередной раз загорелся новый сигнал.
– Замир! – закричал он. – Что происходит?!
В динамиках послышались короткие помехи, но его слова остались без ответа.
– Замир! – дрожа от ужаса, повторил Андрей. – Приказ был об одном прицельном ударе по штабу Рейнира! Вы должны убраться до того, как Лангборды откроют встречный огонь! Не смейте им отвечать! – заорал он. – База должна остаться нетронутой!
– Мы не открывали встречный огонь, – послышался из динамиков слабый, дрожащий голос, – мы подорвали лишь штаб Рейнира. Но… но взрыв запустил цепную реакцию. Мы не знали, что штаб господина Триведди связан с остальными, в наших данных этого не было, – бессильно лепетал Замир. – Он как-то связал его с остальными. Мы не по…маем чт… про…дит! – задрожали помехи в динамике, съедая слова. – Мы не… жем это остановить…
Голос Замира оборвался.
– Десять, – в ужасе шептал Андрей, наблюдая, как алые огни распространяются по всей панели.
Он почти не чувствовал своих ног, не слышал ударов собственного сердца. Его колотило от зубов до коленей и катастрофически не хватало воздуха. Вспыхивающие алые маяки плыли перед глазами, и ему казалось, что каждый новый сигнал оглушал его, как разрывающийся в метре снаряд. Из всех звуков остались только они, звенящие всполохи на экране и голоса в голове.