– Это просто зонт. Не ищи в нем какой-нибудь скрытый смысл.

– И не собиралась, – возразила Миён, но к ручке так и не потянулась.

– Да возьми ты этот проклятый зонт, – с раздражением велел Джихун.

По телу Миён прокатилась вспышка пламени, и руки поднялись против воли. На мгновение ей показалось, что она видит светящуюся нить, связывающую ее тело и сердце Джихуна, но она моргнула – и нить исчезла.

Миён схватила зонт, задев руку юноши.

– Я не хочу, чтобы все было так, – произнес Джихун, все еще держась за зонт. – Не хочу тебя ненавидеть.

– А чего ты хочешь?

– Я не знаю. – Он наконец отпустил рукоятку. – Я очень зол, что ты вернулась, но наверняка возненавижу тебя еще больше, если ты снова исчезнешь.

По его щекам скатились капли воды, и Миён не знала, слезы это или дождь.

– Я привык, что люди уходят, – продолжал Джихун. – Но не знаю, что делать, когда они возвращаются.

Его слова пронзили ее израненное сердце насквозь, оставив в нем еще одну дыру.

– Забери, – Миён попыталась вернуть ему зонт.

– Возьми уже и убирайся.

Джихун произнес эти слова с нажимом, и по телу кумихо снова пробежал жар. Руки сжались вокруг рукоятки зонта. Она не могла не послушаться.

– Я верну.

– Завтра, – сказал Джихун. – В больнице. Встретимся после уроков.

Миён кивнула и быстрым шагом двинулась прочь. Она не хотела оборачиваться, но не удержалась. Джихун так и стоял, насквозь промокший, и смотрел ей вслед.

* * *

Когда Миён дошла до узенькой улочки, ведущей к квартире Чуну, ливень уже сменился моросящим дождиком. Каждый шаг давался с трудом, как будто ноги отяжелели не только под весом насквозь промокших носков. Миён спотыкалась, перед глазами все расплывалось и появились пятна – на какое-то мгновение ей даже показалось, что это призраки. Девушка вспомнила, как в прошлый раз она так же брела по этой улице в поисках помощи. Казалось, с тех пор прошла целая жизнь, а на деле и четырех месяцев не минуло.

Миён упала на колени, выставив вперед руки. В ладонь впился кусок разбитого стекла, и она выругалась. Но даже ругательство вышло слабым. Она бы там так и осталась лежать под ледяным дождем, охлаждающим ее разгоряченные щеки, но сверху нависла тень.