Кара провела ладонью по его щеке, и он издал тихий звук, от которого внутри у нее вспыхнуло пламя. Чудесный жар охватил ее тело, от кончиков пальцев до ступней, согревая. Она забыла, что такое холод. Забыла, как ее зовут. Забыла все, кроме ощущения от его поцелуя – осталось только это, поцелуй, который помог бы ей пережить конец света.

Нежно она подтолкнула его к дубу, пока он не уперся спиной в ствол. Она не была уверена, кто кого поддерживал. Если бы не дуб, они упали бы на землю, в осенние листья и прах цветов.

Ладони Зака скользнули ей под майку, касаясь талии. Пальцы у него были холодными, но решительно двигались вверх по ее спине, вызывая приятную дрожь в животе, внутри разгоралось тепло. Под веками расцветал свет, ярче, чем любая заря.

Почему она решила, что это реально? Когда ее коснулся туман, разум опустел. Но когда ее касался он, ее сознание взрывалось дикими цветами, окрашивая каждую мысль в оттенки желания.

Протянув руку, она зарылась пальцами в его волосы, наслаждаясь золотом в ладонях, мягким, как она и мечтала. Жадно она поцеловала Зака, притягивая его ближе, пока не была уверена, что даже атомы, составлявшие их, соприкасались, формируя связь, которая никогда не разорвется.

Зак застонал.

– Кара, – прошептал он, и его голос звучал и нежно, и грубо. Он повторял ее имя тихо, восхищенно, будто оно было молитвой, величайшей драгоценностью.

Она прикусила его нижнюю губу и с удовольствием услышала, как он прошипел проклятие, не отрываясь от поцелуя.

Зак чуть отстранился, но лишь чтобы очертить легкими поцелуями линию ее челюсти, горло. Ее кожа наверняка была покрыта потом и грязью, но ему, похоже, было все равно. Когда он добрался до повязки, закрывающей порез от ножа, то замер, а потом поцеловал едва ощутимо. Кара сжимала его широкие плечи, чувствуя под ладонями крепкие мышцы, и старалась удержать равновесие.

Его губы снова накрыли ее, запечатывая поцелуем, пока наконец нехватку воздуха стало невозможно игнорировать.

С усилием они отстранились друг от друга. Кара прижалась лбом к его лбу. Оба хватали ртом воздух, и их выдохи выплескивались белыми облачками.

– Возможно, – Зак тяжело дышал, грудь быстро вздымалась и опадала, – я ошибался в том, как ты меня сильно ненавидишь.

Кара рассмеялась.

– Да, тебе свойственно ошибаться.

Зак немного отстранился, по-прежнему обнимая ее.

– Извини, что сперва замер. Я не мог поверить. Думал, мне это снится.

– А я тебе обычно снюсь? – поддразнила она, повторив его слова, сказанные тогда на лугу.

Но она была не готова, когда он признался: