Пусть чешуйка защиты сердца повреждена, зато Е Сиу больше не представляет угрозы. Теперь для Таньтай Цзиня она предательница, повелевающая стражами Затаившегося дракона. К тому же реликвия не только даровала смертному особую силу, но и привлекала своей энергией нечисть, так что все к лучшему.

Е Бинчан хотела накрыть императора одеялом, но ее руки остановил меч Нянь Байюя.

– Госпоже супруге лучше вернуться.

Смущение быстро исчезло с лица Е Бинчан, и она с улыбкой кивнула.

Таньтай Цзинь очнулся во второй половине следующего дня. Сразу почувствовав себя плохо, он призвал из Пожирающего души знамени старого даоса:

– Можешь вытащить это из нашего сердца?

Тот осмотрел грудь владыки, попытался что-то сделать, но покачал в отчаянии головой:

– Простите вашего покорного раба! Никогда прежде я не видывал подобной мерзости. Кажется, они застряли в вашем сердце и вынуть их невозможно…

Монах ожидал, что господин разгневается, однако тот спокойно прижал к сердцу ладонь, скривил губы и беззаботно промолвил:

– Ладно, пусть остаются. Нам не так уж и больно.

Он уже привык к боли.

– Поймай нам несколько оборотней. А если тебе повстречаются совершенствующиеся, то прихвати и их.

Даос поспешил согласиться: он знал, что Таньтай Цзинь всецело полагается на внутренние ядра нечисти, чтобы поддержать свою жизнь. Просто если прежде они были нужны ему раз в год, то теперь, похоже, придется убивать кого-нибудь каждый месяц.

Когда Нянь Байюй хотел унести Пожирающее души знамя, император остановил его:

– Отправь туда Е Чуфэна.

– Ваше величество?

– У него есть половинка внутреннего ядра лисы-оборотня. Он справится с нечистью получше, чем ты.

Нянь Байюй и старый даос переглянулись. Выходит, Е Чуфэну досталась часть духовной силы Пянь Жань? Так вот зачем император сохранил ему жизнь и держит его в услужении!

Верный стражник кивнул и отправился на поиски Е Чуфэна, оставив Таньтай Цзиня с бледным и равнодушным лицом в тишине. Нянь Мунин стояла снаружи у дверей и смотрела в землю. Ей было немного не по себе. Всего несколько дней назад, когда господин готовился к коронации, его глаза сияли, а сейчас в них ничего не осталось. Она ждала, что он спросит о девушке в Тайнике первозданного хаоса, однако юноша равнодушно отвернулся от нее, как будто даже ее смерть уже не заботила его. Нянь Мунин простояла у покоев императора до темноты, но Таньтай Цзинь к ней так и не обратился, поэтому она нерешительно прошептала:

– Ваше величество, она больна… Со вчерашнего дня пила только дождевую воду.