– Да.

Хоук мягко прижал меня к стене, наклонился, замерев в мгновении от моих губ. Нить между нами накалилась, пульсируя и становясь ярче, отяжелела, крепче обхватывая моё трепещущее сердце.

А потом – Хоук меня поцеловал.

В этом поцелуе не было ни капли магии, но у меня всё равно закружилась голова, кожа покрылась мурашками, а живот наполнился лёгким трепетом. Ноги стали слабыми, а дыхание остановилось. То ли от страха, то ли от языка Хоука, который сплёлся с моим. Когда его руки легли на мою талию и сжали, я застонала от того, насколько болезненно-приятно натянулась нить между нашими сердцами, заставляя наши тела плотно прильнуть друг к другу, чтобы хоть немного ослабить натяжение. Хоук распалялся всё больше, и я… я, почти сведённая с ума нитью, хотела этого почти так же сильно, но мысль о Сване отрезвила меня, окатила ушатом с ледяной водой.

Я упёрлась ладонями Хоуку в грудь и стремительно оттолкнула от себя.

– Говорила же. Это очень плохая идея. – Я задыхалась. – Я не должна была приходить.

Хоук дышал так же тяжело и прерывисто, как и я. Он смотрел на меня голодным зверем, но не приближался, позволяя мне сохранить отвоёванное между нами расстояние.

– Хель…

– Мне… надо проветрить голову. Прости.

Я резко развернулась и направилась прочь, молясь, чтобы Хоук не пошёл следом. Он не пошёл. Я услышала, как хлопнула, закрываясь, дверь в его покои. И от этого звука мне стало физически больно.

Вылетев из замка, я, держась в тени и подальше от посторонних глаз, направилась в конюшни. Свана ещё не было. Отыскав тёмный угол, я спряталась и принялась ждать, выбирая взглядом лошадь, с которой ему было бы проще управиться. Но время шло, а Сван всё не появлялся. Да где его носит? Сначала я злилась на его привычную нерасторопность, а потом заподозрила неладное. Сорвавшись с места, полетела в крыло для слуг. Постучала в дверь ровно так, как мы условились стучать ещё два года назад. Но никто мне не ответил.

Я толкнула дверь. Заперто. Достала из кармана отмычки, которые по привычке всегда носила с собой. Руки дрожали, и я не сразу попала в замок. Провозилась с механизмом целую вечность и вздрогнула, когда он наконец щёлкнул. Ещё несколько мгновений я стояла неподвижно, боясь того, что увижу за дверью.

Отсчитав три удара сердца, я толкнула дверь.

Первое, что я увидела и запомнила навсегда, – его босые ноги. Высоко над полом.

Сван неподвижно висел на ремне, перекинутом через потолочную балку. На полу, в луже мочи лежал перевёрнутый стул. Я задрожала, хватаясь за дверной косяк и закрывая рот тыльной стороной ладони. Какого хрена?! Я бегло осмотрела комнату, обошла лужу и остановилась у стола. На нём, в россыпи фейской пыли лежала записка, выведенная аккуратным почерком Свана.