Твою судьбу зовут Дугал, Хоук. И больше всего на свете она жаждет твоей смерти.

Хоук, кажется, разглядел что-то в моих глазах.

– Не печалься, leir nissah. После Ночи Аанъя всё переменится. После церемонии, когда я стану полноправным Верховным Королём, никто уже не посмеет возразить моей воле.

В груди кольнуло – слишком хорошо звучали его слова. Настолько, что я не могла позволить себе в них поверить. Я давно разучилась мечтать, и смелые мечты Хоука, его планы на будущее, которого у него не будет, до дрожи пугали меня.

Я не смогу тебя спасти. Я не смогу сохранить твоё сердце целым.

Я хочу, чтобы ты жил.

Я хочу, чтобы ты спас этот насквозь прогнивший мир.

Хоук вытер слезу с моей щеки и коснулся нити.

«Со временем станет легче», – говорило его прикосновение, имея в виду Свана.

– Нет. Не станет, – ответила я, имея в виду совсем другое.

– Ваше Величество!

Мы отпрянули друг от друга и обернулись.

– Ваше… Величество! – По дорожке бежал взмыленный слуга. Тощий феец с синеватой кожей и чёрными, лишёнными белков глазами. Он остановился одновременно поклонившись, отчего чуть не упал. Упёрся тонкими руками в колени, стараясь отдышаться. Что ж, похоже, не все фейри сильные и выносливые. – Ваше Величество! – Разогнулся и испуганно оскалился, открывая ряды мелких и острых как бритва зубов. – Там! В тронном зале! Мать Полумесяц требует встречи с вами!

Мы с Хоуком переглянулись.

– Мать Полумесяц? – озадаченно нахмурился Хоук. – Точно? Ты ничего не перепутал?

– Совершенно точно, Ваше Величество! Сейчас с ней беседует советник Аркен, он отправил меня отыскать вас как можно скорее! Я мчался со всех ног!

Хоук направился по дорожке в сторону замка. Он шёл так быстро, что я едва поспевала, а мелкий феец и вовсе бежал.

– Разыщи советников Олмуна и Лирану. Пусть немедленно явятся в тронный зал.

– Опять бегать? – пискнул слуга.