– Если мы будем убивать каждого, кто переступит порог замка, то никто не захочет иметь с нами дел, – ответил Хоук. – А у нас, как видишь, и так с этим сложности. Завтра проснусь и узнаю, что и Двор Зимы решил пойти на нас войной.

– К Ночи Аанъя они хотели прислать принцессу Розари с посольством, если я правильно помню. – Олмун зарылся в бумаги, выудил нужную и внимательно рассмотрел.

– Замечательно! Она тоже хочет посоперничать за сердце Короля! – всплеснула руками Лирана. – О чём только думает? Она же прошла Преображениие больше сотни лет назад, а Хоук ещё совсем юн!

Хоук недовольно покосился на Лирану.

– Я порой забываю, насколько вы оба молоды… – покачал головой Олмун и заскрипел пером. Все ждали, что он продолжит, но Олмун молчал, погрузившись в свои мысли.

Я, воспользовавшись заминкой, посмотрела на Хоука, всё ещё пребывая в полном замешательстве. Он поймал мой взгляд и устало улыбнулся, безошибочно разгадав мои мысли.

– Наречённая – это не совсем осознанный выбор Верховного Короля. Король на церемонии находится под воздействием сильной магии, и эта магия может повлиять на его выбор. Бывали случаи, когда Верховный Король выбирал среди празднующих феек, которых видел впервые. Поэтому неудивительно, что Дворы присылают на первую церемонию нового Короля потенциальных невест.

Лирана фыркнула.

– Но Двору Лета обещано…

– Как верно отметила Ойра, договор был заключён, когда Его Величество был лишь принцем, да к тому же не наследником престола. – Олмун облизал палец и перевернул страницу. – Тогда он мог просто жениться на вас. Но… теперь всё не так легко.

– Но проблема в том, что договор никуда не делся!

– Это верно, верно. И если Его Величество выберет не вас, то этим нарушит договор, и у короля Дала будут формальные основания нарушить мирное соглашение. – Олмун отложил перо и сложил руки перед собой. – Если король Дал того пожелает, разумеется.

– О-о! Он пожелает, не сомневайтесь! – оскалилась Лирана и застучала ногтями по столешнице. Бабочки взволнованно метались над её головой.

– Погодите. – Я неожиданно даже для себя встряла в разговор. – Хотите сказать, что Хоук не может повлиять на то, кого выберет? Всё, как решит… магия?

– И это может быть… кто угодно. Первая встречная. Мне придётся с ней… – Хоук побледнел и откинулся на спинку кресла. Кажется, мысль о ночи с незнакомкой пугала его сильнее угрозы войны.

Олмун сочувственно покачал головой:

– Ничего не поделать. Бывали случаи, когда принц или принцесса, будучи уже в браке, в свою первую Ночь Аанъя выбирали новых спутников. И тогда первый брак считался недействительным. Но такое случалось крайне редко, обычно между супругами успевала сформироваться крепкая эмоциональная связь и парой на церемонии становились действующие жена или муж. Но важно отметить, что мы не знаем, как магия повлияет именно на вас. Вполне возможно, что вы полностью сохраните свой разум или… потеряете его вовсе. Поэтому не вижу смысла переживать по поводу вопроса выбора наречённой, пока, собственно, этот выбор не будет сделан. Раз уж вы, – Олмун прочистил горло, подбирая слова, – не можете удовлетворить всех разом. – Аркен хохотнул, Олмун укоризненно на него покосился. – Я имею в виду стороны потенциального конфликта.